Завоеватель
Шрифт:
То ли Земской рассказал своему собрату о решении, принятом Ольгой, то ли тот сам обо всем догадался, но после выхода из последнего прыжка к малому транссистемнику пристыковался катер, и прибывшие на нем флотские офицеры пригласили ее высочество на экскурсию по палубам «Осмотрительного». Собственно говоря, это было все, чем они могли отблагодарить сестру императора за то, что не бросила их в беде.
Макаров, разумеется, сопровождал свою подопечную.
Ольга впервые была на борту большого военного корабля, но он не произвел на нее большого
Красивая рыжеволосая женщина в облегающем платье и двое конопатых детей-подростков: мальчик и девочка…
— У вас очень хорошая семья, капитан, — сказала Ольга, и капитан просиял.
Как мало надо человеку для полного счастья!
Гораздо больше Ольгу волновало не вооружение корабля, а шагающий рядом старший лейтенант Макаров.
Через несколько часов вояж закончится, и они попрощаются.
Эта мысль колола сердце Ольги острым шилом. Ей очень хотелось, чтобы путешествие продолжалось и продолжалось, и она, сама того не замечая, замедляла шаги, и вместе с нею притормаживали и капитан Яаскеляйнен, и сопровождающие его офицеры. И старший лейтенант Макаров…
Немалая часть свободного от вахты экипажа выстроилась на одной из палуб эсминца.
Ольга прошла вдоль строя подтянутых моряков в парадной флотской форме, и ровный, как натянутая веревка, строй наградил ее троекратным «ура», и ее фигуру со всех сторон поедали мужские взгляды. Их насчитывались сотни. Но среди них не было двух серых глаз, которые, будучи рабочим инструментом телохранителя, смотрели в направлениях, откуда можно было организовать угрозу сестре императора. И которые только и волновали ее сейчас…
Потом экскурсия закончилась.
Ольга с Макаровым вернулись на борт «Ярослава Мудрого», два корабля разошлись, и малый транссистемник отправился к родной планете…
И вот теперь, шагая по переходному туннелю, Ольга отчаянно грустила.
Ей было понятно, что еще немного, и с Макаровым придется расставаться. Он сдаст полномочия кому-нибудь из дворцовой охраны и вернется к месту постоянной службы.
А Ольгу отвезут в Петергоф.
Пару дней ей будет не так уж плохо. А потом нагрянет черная тоска.
Она уже переживала подобную тоску, когда Вершитель разлучил ее с сестрами, но сейчас ей казалось, что предстоящая — еще чернее.
Вроде бы надо было говорить с Дмитрием, чтобы наговориться на всю оставшуюся жизнь… Но секретарь сейчас вовсе не казался человеком, с которым можно беседовать о человеческих чувствах.
Он впал в задумчивость и, похоже, совершенно не следил за окружающими, среди которых вполне мог находиться тип, собирающийся совершить нападение на сестру императора.
— Дмитрий, вы уже больше не охраняете меня? — не выдержала Ольга.
Макаров даже не сразу услышал ее. Но потом спохватился:
— Простите, ваше высочество!
Они прошли регистрацию на шаттл и перебрались в зал ожидания.
Теперь секретарь бросал по сторонам внимательные взгляды, но Ольга могла дать голову на отсечение, что это была чисто механическая демонстрация профессиональной готовности.
Мысли у него явно были далеко-далеко отсюда.
Наверное, возле ожидавшей его девушки, имя которой Ольга так и не удосужилась узнать. Впрочем, и слава богу, что не удосужилась — сейчас она просто ненавидела эту неизвестную тварь…
Потом был недолгий спуск на поверхность Нового Петербурга.
В здании космопорта Макаров из рук в руки сдал подопечную начальнику дворцовой охраны полковнику Пименову, прибывшему встречать ее высочество в сопровождении троих подчиненных.
Все четверо были в штатском.
Пришла пора расставаться.
Правда, тут Макаров оторвался наконец от своих размышлений.
— Всего вам наилучшего, ваше высочество! — сказал он. — Вы были лучшей моей подопечной. С вами было не слишком трудно работать.
Прозвучало это без признаков сарказма или шутки. Он просто констатировал факт. С профессиональным равнодушием.
Примерно так говорил в детстве конюх на дворцовой конюшне: «Добрая кобылка…»
— Спасибо, Дмитрий! — отозвалась Ольга. — Мы еще увидимся.
У Макарова на физиономии было явно написано: «Это вряд ли». Но он учтиво кивнул и растворился в толпе. Только что был рядом. И нет его…
— Идемте, ваше высочество, — сказал полковник Пименов. — Глайдер ждет нас!
Ольга придавила родившуюся в душе злость.
— Идемте, Макар Семенович.
«Ладно, — решила она. — Я еще подумаю, как мне поступить с тобой, бывший секретарь… Вот с братом встречусь и подумаю!»
Глава семьдесят четвертая
Брат встретился с сестрой на следующий день после ее возвращения.
Разговор был не слишком долгим: его императорское величество ждали очередные государственные дела, и на личное у него было не слишком много времени.
Хотя это «личное» тоже было государственным. Однако начал он вовсе не с имени потенциальной невесты.
— Расскажи мне, Оленька, пожалуйста, что случилось с тобой на Вайсбурге. Макаров уже доложил, но я хотел бы послушать и тебя.
— Ты ему не поверил, Миркин? Император улыбнулся:
— Всегда полезнее услышать всех участников происшествия. Кто-то заметил одно, кто-то — другое… При сравнении мнений складывается более полная картина.
— Хорошо.
И Ольга поведала брату всю историю своего похищения.
— Вот так оно и было, — сказала она, закончив. — Я только тебя прошу: не вздумай наказывать Макарова. Во всем виновата я сама. Женское легкомыслие… А Дмитрий, разумеется, пытался выполнить все мои желания! Как и положено нормальному профессиональному телохранителю. Император помолчал, раздумывая.