Завоеватель
Шрифт:
От разочарования ему захотелось кричать.
— Это уже переходит все границы! — прошипела у него над ухом Алис, но Рольф словно не слышал ее и все еще гадал, наяву или во сне Кейдре смирилась с его присутствием. Неужели он напрасно воображал себя ее спасителем?
Осторожно опустив больную на подушку, Рольф выпрямился и обернулся к Алис.
— Если бы ты потрудилась помочь ей так, как положено, мне не пришлось бы будить ее собственноручно.
— Вы позорите меня перед вашими подданными! — со слезами на глазах выкрикнула
— Ничего подобного.
— Разве это не позор — открыто взять в любовницы мою сестру!
— Она мне не любовница! — отрезал Рольф; затем, грубо схватив жену за руку, он потащил ее из комнаты. — Я хочу, чтобы ты уяснила одно: ты — моя жена, и я намерен относиться к тебе с подобающим почтением; но если ты еще хоть раз осмелишься обсуждать мои связи с другими женщинами, то раз и навсегда отправишься под арест. Я мужчина и не собираюсь поступаться своими правами, и не тебе на них посягать! Я волен взять любую из своих рабынь, какая мне приглянется. И когда я говорю, что Кейдре не была моей любовницей, значит, так оно и есть; упаси тебя Бог обвинить меня во лжи. Тебе все понятно?
— Да, — нехотя произнесла Алис, дерзко задрав подбородок. — Можно теперь скажу я?
Он небрежно кивнул, пытаясь представить, что происходит в комнате Кейдре.
— Я не собираюсь попрекать вас вашими любовницами и, как истинная леди, буду только рада тому, что внимание моего мужа распространяется на всех женщин в замке. У меня и в мыслях не было обвинять вас во лжи. Но я также знаю, как моя сестра умеет вертеть задницей…
— Хватит! Мне надоела эта тема! Я ложусь спать, а ты вольна делать что пожелаешь. — Он повернулся и отправился в спальню.
Прошло довольно много времени, прежде чем Алис присоединилась к нему на супружеском ложе.
Глава 28
— Куда вы едете, милорд?
— В Йорк.
Алис не скрывала своего удивления. За окном едва забрезжило утро, Рольф уже отдал подробные инструкции Гаю, остававшемуся в замке за старшего. Когда рыцарь с поклоном удалился, он быстро собрал в дорогу смену белья и не забыл захватить нарядный бархатный плащ ржаво-рыжего оттенка с лиловым подбоем. В дорогу он надел свой обычный потрепанный черный плащ с алой подкладкой, закрепив его фибулой с огромным сверкающим топазом.
— И надолго вы нас покидаете? — поинтересовалась Алис, с нетерпением предвкушая, как будет хозяйничать в замке одна. Теперь уж никто не заставит ее лебезить перед этим чурбаном в надежде сделать настоящим их брак или делать вид, будто ее не коробят его грубость и заносчивость. Свобода! Алис чуть не пела от счастья.
— Самое большее, на две недели. Если случится что-то непредвиденное, я пришлю гонца.
Алис кивнула. Она была слишком умна, чтобы лезть с лишними расспросами. Норманн сам объяснит ей, зачем отправляется в Йорк, — если пожелает.
Звеня шпорами, Рольф направился к двери и своей
Рольф задержался на пороге, не сводя глаз с соседней комнаты, и ненависть к мужу и к сводной сестре вспыхнула в груди Алис с новой силой. Ночная сцена только подлила масла в огонь и породила новую тревогу. Он волен утверждать что угодно — Алис чуяла нутром, что само существование Кейдре ставит под угрозу ее благополучие.
А норманн все торчал у двери Кейдре, прожигая ее мрачным взглядом. Алис знала, что сестра еще спит, как знала и о той внутренней битве с самим собой, которую все-таки удалось выиграть ее мужу.
Наконец он резко повернулся и пошел прочь. Алис дождалась, пока его шаги затихли на лестнице в зал, на секунду заглянула к сестре — убедиться, что та не проснулась, а затем поспешила во двор проводить супруга в дальний путь.
Во дворе Рольфа дожидался конный отряд из десяти рыцарей; все они были при полном вооружении. Алис боязливо вздрогнула, разглядывая сверкающие доспехи и плюмажи на шлемах; только такие дураки, как Кейдре со своими настырными братьями, могли вбить себе в голову, будто саксы способны одержать верх над этими великанами.
Серого хозяйского жеребца с трудом удерживали на месте два конюха. Великолепное животное злобно прижимало уши и грозило ударить копытом любого, кто подойдет слишком близко.
Рольф не торопился спуститься с крыльца; его черный плащ раздувал ветер, и алая подкладка напомнила Алис свежепролитую кровь.
— Милорд, я бы хотела спросить вас об одной вещи! — негромко сказала она.
Он кивнул.
— Вы не считаете, что нам следовало бы как можно быстрее выдать Кейдре замуж, если не за крестьянина… то хотя бы за управляющего?
Лицо норманна оставалось неподвижным, но Алис успела заметить, как он стиснул челюсти и сверкнул глазами. Поэтому она затараторила, изображая искреннее сочувствие:
— Ведь от этого всем нам будет только лучше, милорд!
— Хорошо, я подумаю, — буркнул он.
— Храни вас Господь, милорд! — вежливо попрощалась Алис.
— И тебя тоже.
Он вскочил на коня, и застоявшийся жеребец вздыбился, готовый выкинуть из седла даже своего хозяина, но Рольф так хлопнул его по шее, что животное мигом присмирело и больше не пыталось буянить.