Завтра
Шрифт:
На крик Лены отреагировал местный житель высунувшийся из окна третьего этажа:
– Что там происходит?! – спросил он взволнованно.
– Полиция, нарушители! – закричал случайный свидетель.
– Ладно идём с нами! Пошли! – сказал первый партизан Лене.
– Нет, мне не нужна ваша помощь!
– Вот тебе связной пароль, – быстро заговорил первый партизан. – Если нужна будет помощь, обращайся. Каждую субботу выходит газета «Завтра». В ней, в третей полосе, в рекламном блоке буква каждого последнего слова предложения составляет локацию для связи. Как будешь готова,
Первый партизан протянул Лене газету. Но Лена не взяла её а выбила газету из руки партизана и убежала.
– Пошли с нами! Куда ты! Мы тебя пристроим!
В промежутке между домами появился патруль, особенно настороженный. Они были во всеоружии, осведомлённые о только что случившемся инциденте. Этот патруль оказался на укреплении при обыске территорий. Все силы района города оккупантов были подняты по тревоге.
Первый партизан бросился было за Леной в догонку, но его за плечо остановил второй. Оба партизана проверили ничего ли они не оставили здесь и, натянув маски, быстро скрылись во тьме.
2.2. Настоящее время. 07.08.2039 г.
Неделю Лена бродила и пряталась от оккупантов по своим друзьям, которые на второй день выпроваживали её, боясь последствий и не зная подробностей её скитаний, которые Лена никому не открывала. Широкая публика не знает кого и где арестовывают, в новостях этого не показывают, поэтому никто не знал что Лена в бегах. На работу Лена не ходила, позвонив и сказав, что заболела. Справку о больничном она обещала предоставить позже.
Что-то переменилось в Лене. Она стала ощущать в себе силу, она поняла что врага можно бить. И жёстко бить. И нужно бить жёстко. Курок терпения внутри неё спустился. Она стала увереннее и целенаправленнее. Лена решила действовать. Она решила связаться с партизанами, и попросить вывезти её за город. Но не для того чтобы бежать в Казахстан, а чтобы вступить в ряды повстанцев и сражаться вместе с ними против оккупантов. Но Лена не знала связного пароля. Она отвергла тогда газету, которую давали ей партизаны. Теперь жалела об этом.
Лена пришла на то место, где прежде рассталась с партизанами, в надежде найти ту газету. Она крадучись и оглядываясь подошла на то самое место и увидела газету, разорванную ветром уже на части и валявшуюся на осенней, орошённой вчерашним дождём влажной земле. Лена схватила мокрую газету, расползавшуюся у неё в руках, и начала её разглядывать. Она вспоминала, что говорил ей первый партизан. И в её голове крутились его фразы про последние буквы в последних словах. Наконец она вспомнила код связи и поспешила домой за вещами. Она понимала что это не очень хорошая идея – возвращаться домой в такой момент. Но ей нужно было переодеться в удобную одежду, нормально покушать и взять деньги у родителей на первое время.
Лена смотрит на подъезд своего дома, видит, что слежки нету. Роман Николаевич не выдал Лену. Дедушка жил в соседнем с Леной доме. Возле его дома тоже не было излишней активности, как успела посмотреть Лена, когда пробиралась к своему дому. Дедушка на допросе сказал что это была девушка которую тот провожал
Лена зашла в свой подъезд, поднялась на шестой этаж пешком, всё также осторожно открыла квартиру ключом и проскользнула в дверь. Её родители, с которыми она жила в хорошо но скромно обставленной двухкомнатной квартире, сидели в креслах перед телевизором, вещавшим пропагандистские передачи круглосуточно. Отец читал газету «Завтра», в которой работали они оба с женой. Мать была корректировщиком, отец – наборщиком. Хоть они и знали тексты будущих газет – оголтелое очернение повстанцев и восхваление «достижений» оккупантов, они всё равно послушно их перечитывали вновь каждый выпуск.
– Лена где ты была? – спросила мать чуть более озабочено чем обычно равнодушно.
– Я была у подруги. Я приболела и осталась у неё.
– Но я звонила твоей подруге, – с претензией произнесла мать Лены, полная добродушная женщина сорока пяти лет. Она была дочерью дедушки Лены.
– Я ночевала у Оли, потом съезжала от неё, потом снова у неё была… – отбрехалась Лена и прошла в свою комнату.
Лена, быстро переодевшись в удобную одежду и накинув сверху серый комбинезон, спешно собрала вещи первой необходимости в рюкзак: зубную пасту и щётку, запасное нижнее бельё, нож канцелярский, скотч, огниво и прочее. Всё это она приготовила для побега с дедушкой. Кроме того она сунула в рюкзак свою рабочий белый халат и бэйджик.
Изредка Лена выглядывала в окно, что бы вовремя увидеть патрульную машину и скрыться, если она появится. Но внизу никого не было. В комнату Лены зашёл отец – худой высокий мужчина очень интеллигентного вида.
– А почему ты даже не поздоровалась?
– Ах, простите, что не сделала вам поклон!
Родители Лены были равнодушны к её проблемам, вырастив её до поступления на работу, и посчитав таким образом свой долг перед ней выполненным. Хоть жили они и хорошо и не знали ни в чём нужды, но Лене не нравилась такая жизнь – она знала, что такая жизнь – просто существование. Лена не любила родителей за их позицию. За их молчание и потакание режиму. В небольшой квартире им было тесно и физически и морально. Лена давно искала повода уйти и вот он появился. Лена любила своего дедушку больше чем своих отца и мать.
– Меня кто-то искал?
– Нет, а должны были?
– Вас то точно не тронут, случись что…
– Что ты себе позволяешь, дочь?! О чём ты говоришь?
– Деда арестовали! Вы знали?
– За что, что произошло? – вошла в комнату Лены и спросила встревожено мать.
– А разве важно? Они хватают кого захотят!
– Деда выпустят, не переживай, готовься к Балу лучше, – проговорил спокойно отец.
– Вы малодушные негодяи! – истерично выпалила Лена.
Лена накинула на плечо небольшой чёрный рюкзак и вышла из комнаты в зал.