Зелье
Шрифт:
– А вот и я, - в свою очередь перебил Киттен Порс, выскочив внезапно из ельничка.
– Где ты был?
– спросила Киттен.
– Сидел на дереве, - отчитался Порс, тяжело дыша.
– Мне захотелось посмотреть, нет ли чего-нибудь интересного на крыше этого бункера лестницы-то ведь мы не прихватили с собой! Так вот, на крыше всюду установлены мощные вентиляторы, очень большие! Я сам видел их гигантские лопасти!
– Занятно, - сказала Кай-Сунг, барабаня пальчиками по двери.
– Тем более занятно, что надпись гласит: "Всякого, кто
Киттен уже ковырялась в замке.
– Да, свежачок, - присвистнул Мэл, поглаживая сверкающие металлические поручни винтовой лестницы.
– Все так блестит, что сразу видно: недавно с завода!
Все трое давно уже потеряли счет времени, спускаясь по бесконечным ступенькам. Там был, конечно, лифт, но друзья решили не искушать судьбу: а что как не ту кнопку нажмут? Сработает сигнализация и - конец! Лестница казалась безопаснее. Правда, ноги, во всяком случае у Киттен, уже начали подкашиваться от усталости.
– Грандиозная постройка, спору нет, - сказал Мэл, - но не отличается особой прочностью, как мне кажется. Бетон уже кое-где крошится. Видно, что наспех слепили хоромину!
Вот, наконец, и дно шахты. Маленькая комнатушка, заваленная всякими слесарными инструментами и ящиками бог весть с чем. Томианец, не теряя времени, двинулся вправо по огромному, плохо освещенному туннелю. Мэла и Киттен выручали окуляры ночного видения.
Внезапно следопыты оказались в залитом ярким светом коридоре. Кругом были все двери, двери... Пол был выложен кафельной плиткой, местами уже потрескавшейся. Впереди вдруг послышался изумленный гортанный возглас.
Киттен выхватила из-за пояса свой миниатюрный пистолет, упала на живот и, не целясь, выстрелила. Техник-агама пошатнулся и рухнул ничком на пол. Бойцы мигом оттащили обмякшее тело рептилии в подземный туннель и опять тихонько прокрались в коридор.
– Так не может все время продолжаться, - шепнул Киттен Мэл, - скоро за нами вырастут целые горы трупов.
– Скоро - не значит сейчас!
– ответила Кай-Сунг.
– Некоторое время им будет казаться, что техники и часовые просто спят где-нибудь. А потом, ааннианцы страшно не любят выползать по ночам на прогулки, разве что по приказу начальства. Они предпочитают наслаждаться сном в относительно прохладное время суток.
– Едва ли они будут спокойно спать, если заметят парочку собратьев, валяющихся на земле с продырявленными шеями!
– Ну, стрелы изготовлены из очень похожего на желатин вещества, улыбнулась Киттен, приглашая Мэла двигаться быстрее, лучше всего, рысцой. Они быстро растворяются в крови. В них содержатся кое-какие агглютинирующие добавки, улучшающие свертываемость крови. Уже через тридцать секунд после поражения нужно будет прибегнуть к помощи специального химического анализа, чтобы установить наличие наркотика в организме. А то, что наркотик попал туда вместе со стрелами, и вовсе никто не сможет определить.
Мэл
– А вот и табличка, смотри, - сказала Кай-Сунг, - "Контроль жизненно важных систем". Синяя печать, бирюзовая пломба. Опасно!.. Давайте-ка заглянем сюда.
Порсупах осторожно нажал на дверную ручку, и та мгновенно подалась. Он проскользнул внутрь помещения. Киттен последовала за енотом немедленно, а Мэл - чуть погодя: постоял, посмотрел, нет ли хвоста.
В помещении сидели три ааннианца. Они совершенно опешили при виде непрошеных гостей-чужестранцев. Солдат и двое ученых широко разинули пасти от изумления.
Солдат, не успев даже дотронуться до рукоятки своего лазера, рухнул на пол и потерял сознание. Один из ученых не проявил ни малейшего сопротивления, он стоял как в столбняке до тех пор, пока не был сражен желатиновой стрелой, погрузившей его в глубокий сон. Другой ученый попытался укрыться за приборным щитом, но меткий выстрел Киттен настиг шустряка вовремя. Девушка нечаянно опалила плечо Порсупаху.
Мэл на всякий случай выглянул в коридор и, убедившись, что никаких признаков тревоги не видно, плотно притворил дверь.
Киттен заменила обойму в пистолете и дозаправила газовый баллончик, после чего занялась осмотром того места, куда так отчаянно стремился ученый за номером вторым. Мэл вопросительно глянул на девушку, и та указала ему на большую голубую лампу, рядом с которой загорелась теперь надпись: "Общая тревога! Закрыть все входы и выходы!"
Порсупах потер обожженное плечо.
– Все обошлось.
Киттен освидетельствовала сраженных стрелами рептилий.
– Живы. И крепко спят. Эй, куда вы там уставились?
– крикнула девушка Порсу и Мэлу, рассматривавшим с каким-то необычайным вниманием приборный щит.
– Иди и сама на все взгляни, - прошептал томианец, не поворачиваясь к подружке.
То, что открылось очам Киттен, напоминало сценку из бессмертных "Путешествий Гулливера". На мониторе был виден огромный, точно дворец в Бробдингнеге, зал. Там бегали крохотные фигурки в серебристых комбинезонах, очевидно, ааннианские техники. Большую же часть помещения занимало гигантское черное пятно, поверхность которого то и дело вздрагивала на манер ягодного мусса. У Порсупаха шерсть на загривке встала дыбом.
Послышался треск из динамиков, установленных в зале, потом электрошокер выпустил короткий пучок лучей, почти метнул молнию в самую сердцевину черного пятна. Пятно немедленно оттекло в сторону. Второй мощный разряд загнал чудовище в центр помещения. Мусс, приготовленный из вороньего глаза, должно быть, едва не захлестнул сиротливо стоявшего поодаль от своих коллег техника.
– Ну вот вам и разгадка тайны, - выдохнула Киттен.
– Все-таки странные вкусы у этих ааннианцев. Я б себе не выбрала в фавориты такое гадкое пятно.