Земля королевы Мод
Шрифт:
А дальше Сережа заманивает Федора в подвал, пытается что-то узнать у него, это ему не удается, и он вполне непрофессионально его убивает.
– Ленка, не сходится! – воскликнула я. – Вадим, а не Сережа встречался с Федором уже после рынка – ты забыла?
– Не забыла. Эту встречу могла подстроить Алина, не случайно она потом приезжала не на своей машине, а на мерседесе мужа, используя его в качестве приманки.
Сережа, естественно, рассказывает обо всем любовнице-сообщнице. Дальше начинается паника. Только в твоих детективах неподготовленные к тому люди могут убить человека и спокойно жить дальше. Обычный реальный человек, не спецназовец и не психопат, случайно или намеренно убив другого человека, переживает случившееся
Постепенно время все же берет свое. Истерика прекращается. Молодые люди просто не могут сидеть на месте и ничего не делать. Спокойно лечь на дно и ждать, когда утихнет волна – это тоже удел профессионалов. Убийца, возвращающийся на место преступления – такая же психологическая реальность, как и рефлексия Раскольникова. Алина выходит на тебя, попадает с твоей помощью в квартиру и выясняет много для себя полезного. На каком-то этапе молодые люди приходят к выводу, что что-то так нами и неопознанное должно храниться у вас в квартире. Алина устраивает Сереже встречу с тобой, на которой молодой человек аккуратно выясняет, не согласишься ли ты вступить в их клуб кладоискателей. Ответ категорически отрицательный.
Надо искать другие возможности. Дорогу подсказывает случай. В вашей же квартире Алина встречает Любочку, знакомого ей инструктора из фитнесс-клуба. Посвящает ее в часть истории. Трудно наверняка предположить, что именно Алина сказала, и что не сказала этой мелкой шлюшке. Но об открывающихся перспективах, несомненно, упомянула. Любочка придумывает какую-то легенду, поселяется у Дашки и делает слепок с ключей от входной двери.
– Но ведь экспертиза подтвердила, что дверь вскрывали отмычкой! – вспомнила я.
– Ерунда, – ответила Ленка. – Достаточно вставить в замочную скважину какую-нибудь железку и там несколько секунд поковыряться. Останутся царапины. Раньше о подобных отводящих глаза приемах знали только менты, да в воровской касте они передавались из рук в руки от учителя к ученику, а теперь прочтешь десяток детективов и все узнаешь. Профанация тайного знания… Потом Любочка изучает привычки и расписание жизни насельников квартиры, караулит момент, когда все уйдут (здесь ее из окна видит Ксения), сигналит Сереже, а сама уходит из квартиры. Когда обыск только начат, внезапно возвращается с работы Зоя. Похоже, у Студента уже вырабатывается привычка к убийствам – во всяком случае, по словам оперативников, обыск продолжался еще и после того, как Зоя умерла. Но если Сережа постепенно становится все более матерым преступником, нервы его любовницы не выдерживают напряжения. Алина не просто боится – она теряет всякий контроль над собой. По-видимому, пластинка все это время хранилась у нее (предусмотрительный Сережа не хотел иметь на руках улику против себя). Возможно, Алине, которая днем и ночью думает над ужасными событиями, пришло в голову, что теперь Сережа может убить и ее тоже. Может быть, он даже действительно запугивал ее чем-то (соучастием в убийстве, например). В порыве отчаяния Алина решает избавиться от пластинки, то есть вернуть ее приблизительно туда, откуда она и была взята. Этот полумагический поступок, по мысли Алины, может отвести опасность от нее самой. Отсюда ее рассуждения о потусторонних силах, о зле, которое заключено в пластинке.
Ленка замолчала и выжидательно глядела на меня. Наэлектризованная ее энергичными поглаживаниями шерсть Топси или Мопси стояла дыбом.
– Знаешь, Ленка, – медленно сказала я. – Все, что ты сказала, это действительно логично. Но чего-то здесь не хватает… Как-то трудно себе представить, что они сами…
– Ты права, – согласно кивнула
– Что-то еще?
– Конечно.
– Ты думаешь, что Вадим снова появился в моей жизни не случайно?
– Конечно. Жизнь полна случайных совпадений. Например, встреча Любочки и Алины в вашем коридоре – это, я уверена, случайность. Но таких случайностей, как у вас с Вадимом, просто не бывает.
– Так какова же его роль во всем этом?
– Он всем руководит.
Некоторое время я молчала. Потом спросила.
– Почему ты не сказала мне с самого начала?
– Ты бы не стала слушать остальное. Не уловила моей логики вообще. Сидела бы, хлопала глазами и мысленно подыскивала несоответствия, которые могли бы оправдать Вадима. Не так?
– Так, – подумав, согласилась я. – И что же теперь?
– То самое, что я говорила тебе по телефону, – пожала плечами Ленка. – А Любаша – с самого начала. Идти к следователю. Если ты не хочешь или не можешь, пойду я. Сережу надо нейтрализовать как можно быстрее. После двух убийств, в психически нестабильном состоянии, расставшись с Алиной… Он смертельно опасен.
– А Вадим?
– Что же Вадим? – вопросом на вопрос ответила Ленка и цинично усмехнулась. – Если захочешь, будешь носить ему передачи.
Я не смотрела Ленке в лицо. Я смотрела на свои руки, лежащие на столе. И вдруг увидела, как они сами собой сжались в кулаки. И увидела, что Ленка тоже это заметила. Льщу себе надеждой, что я усмехнулась вдогонку ситуации не менее цинично.
Какие страсти, боже ты мой!
Несмотря на высокий коэффициент интеллекта и хорошо развитое логическое мышление я, как уже упоминалось, человек простой и незамысловатый. При любой возможности действовать напрямую, я так и действую.
Открыв записную книжку на странице «Светка», я последовательно позвонила ее первому и второму мужьям. У Светки есть много полезных «светских» (и от слова «свет» и от слова «Светка») контактов, поэтому у меня для нее отведена специальная страничка. Все ее мужья аккуратно пронумерованы. Пустого места на страничке осталось еще приблизительно на три замужества. Если учитывать, что теперь у всех деловых людей есть мобильники, то, пожалуй, на два. С обоими Светкиными бывшими мужьями я договорилась об одном и том же: я встречусь с ними на удобной для них территории и покажу одну вещь как бы из мира искусства. Они скажут мне, что думают по этому поводу или, может быть, посоветуют человека, который сможет разобраться. Израэль Наумович, естественно, пригласил меня к себе, а с Романом я договорилась встретиться в кафе в центре города.
Потом я опять достала из кошелька недавно использовавшуюся карточку и, так как была середина дня, позвонила по рабочему телефону. Назвалась секретарше и она меня сразу же любезно соединила с шефом.
– Вадим Викторович, здравствуйте, это Анжелика Андреевна вас беспокоит. Не могли бы вы ответить мне на один вопрос? – я допускала, что секретарша могла слушать наш разговор. Вадим, наверное, тоже это допускал, потому что быстро предложил:
– Анжелика Андреевна, мы могли бы встретиться в удобное для вас…
– Нет смысла отнимать ваше время. Всего один вопрос: зачем, по какому поводу вы встречались с Федором Кривцовым за несколько дней до его гибели?
Вадим молчал очень долго и глубоко. У меня даже возникла абсурдная мысль о том, что он куда-то ушел от телефона и вообще из своего кабинета, не положив трубки.
Когда он наконец ответил, голос его прозвучал глухо и устало.
– Анджа, я никогда не встречался с Федором Кривцовым. Вы сами что-то такое себе придумали и поставили это между нами, как предлог и повод, чтобы расстаться. Потому что на самом деле вы просто боитесь. Боитесь жить, боитесь чувствовать. Вы мне очень нравитесь, Анджа, уже много лет, но с этой вашей особенностью я, увы! – ничего не мог и не могу поделать.