Зеркало
Шрифт:
Голос Феофана, как удар грома, рассек эту гнетущую атмосферу:
— Ну, вот теперь мы можем начинать. Сегодня я тебе уже говорил, что придется сделать выбор. — слепец обратился ко мне. — Час пробил. Согласно Великому Договору, заключенному еще нашими предками не одну сотню лет тому назад, мы не имеет права насильно склонять смертных к служению своим интересам. Именно поэтому сегодня наш друг Златан хочет рассказать тебе о своем видении мироздания и места магии в нем. Мы же приведем свои аргументы. Но решать тебе. И только тебе. — старик посмотрел на меня своими незрячими глазами. — Помни, дитя мое,
Закончив свою вступительную речь, Феофан облокотился спиной на стену и закрыл глаза. Златан, полный решимости взять слово, встал со скамейки и принялся расхаживать по залу:
— Здравствуйте, друзья маги. Давно мы с вами уже не виделись.
— Сто лет бы еще не видеть. — негромко огрызнулся Сэт.
— Правда? — Златан все-таки расслышал этот язвительный комментарии и подошел вплотную к парню. — А мне казалось, что мы всегда ладили.
Между ними разгорелась безмолвная перепалка. Сэт едва сдерживался, чтобы не продырявить Златана мечом, который он нервно покручивал в руках. Маги стоящие рядом, уподобились натянутой струне, которая вот-вот сорвется и лопнет. Но сам Златан, словно не замечая происходящего, продолжал нагло смотреть прямо в глаза Сэта. На выручку пришел Лазарь:
— Мне кажется, мы собрались здесь, чтобы рассказать о магии непросвещенной и дать ей возможность сделать выбор, а не для того, чтобы сводить старые счеты.
Не меняя положения, Златан меланхолично произнес:
— Ты как всегда прав, друг.
Словно вспомнив о моем существовании, Златан резко повернулся и, отмеряя шаги, подошел ко мне.
Я могла ошибаться, но их отношения отнюдь не показались мне дружескими. Стороны еле терпели присутствие друг друга. Казалось, будь их воля, то «друзья» охотно опробовали бы свеженаточенное оружие. Все этот Договор, будь он неладен! Именно из-за него мне никто толком не может объяснить, что тут происходит.
Со мной Златан разговаривал куда ласковее, чем с Сэтом. Видимо, этот поганец уже и старому магу успел перейти дорогу. Хотя, чему тут удивляться, с таким-то характером!
— Как тебе уже, наверное, объяснили, мое имя Златан. Я являюсь одним из сильнейших магов настоящего времени. Но мои знания, мой опыт не могут принадлежать мне одному. Поэтому я ищу себе достойную замену. Сегодня я предлагаю тебе присоединиться к моим ученикам. — взмахом руки он указал на пришедших с ним юношей. — У тебя будет еще возможность спросить все у них, если не поверишь мне. К тому же, я думаю Сэт тоже может многое тебе рассказать.
Маг ехидно подмигнул блондину. Весея сделала шаг в сторону Златана, достав из сумки склянку, наполненную темно-синей жидкостью, но Михей тут же крепко ухватил ее за плечи, не дав наделать глупостей. Девушка еще пару паз пыталась дернуться, но сопротивляться брату было выше ее сил. Веся сжала губы в тонкую линию, готовая в любой момент накинуться на мага голодной тигрицей.
— Что я вижу! Какая агрессия! И в таком духе вы собираетесь воспитывать новую Хранительницу?! — все происходящее явно веселило Златана.
— Я призываю Хранителей к спокойствию. Держите себя в руках. — протокольно проговорил всегда сдержанный Софон. — Прости, Златан.
Довольный собой маг продолжал:
— Что ты видела в жизни, дочка? Страх. Нужда. Постоянные лишения. Тебя всю жизнь окружали люди, не ценящие тебя ни на грош. Ты работала, хотя могла учиться, как учатся сотни, тысячи счастливых детей. Они живут, а ты просто гниешь заживо в своей забегаловке. Тебя и там топчут. Вспомни хотя бы один абсолютно счастливый день своей жизни? Что? Не можешь? А знаешь почему? — он надвигался на меня с каждым словом. — Потому что не было в твоей жизни счастья! Потому что все досталось другим — этим бездарям, которые даже распорядится не могут тем счастьем, что им выпало! И, несмотря на все твои старания, кто-нибудь хоть раз поблагодарил тебя? Нет! Ты никому не нужна. Да ты даже матери своей оказалась не нужна! А мне ты нужна. Очень нужна. Я смогу дать тебе все то, что ты хотела, но не смогла получить. Тебя будут уважать. Тебя будут бояться. Ты всем им сможешь доказать, что ты не пустое место.
Я никогда не отличалась особой внушимостью, но слова Златана задели все то, что я так старательно прятала на самом дне души и старалась не вспоминать. Меня вдруг одолела волна ужасной жалости. Самое страшное, что может испытывать человек — это жалость. Особенно когда это жалость к самой себе. У меня на глазах появились слезы, а грудь сжало как в тисках. Передо мной в один миг пронеслась вся моя никчемная жизнь. Самое страшное, что Златан был прав. Я действительно пустое место. Но не хочу, не хочу!
— Ты видела себя в зеркале? — продолжал маг. — Думаю, видела. Я могу сделать тебя ослепительной. Весь мир будет у твоих ног. Только позволь мне. Позволь мне научить тебя, и взамен я подарю тебе жизнь. Нет, не ту, от которой ты так устала. Другую. Такую, о которой многие могут только мечтать. Тогда уж точно никто не посмеет тебя обидеть или докучать тебе. Никакого Гоши, никаких полоумных соседок, никакой навязчивой Люськи. Ничего этого не будет в твоей жизни. Только ты одна в силах порвать эти путы. Пойди за мной. Сделай правильный выбор. Начни жить.
Златан взял мою руку. Сквозь пелену слез, я смотрела на него, как зачарованная. Его теплое прикосновение заставило меня поверить, что сказка может превратиться в реальность. Что вот она — моя мечта. Мир без лишений и боли. Без кошмаров. Без унижений. Новая жизнь. И я сделала шаг навстречу старому магу. В его взгляде легко читалось ликование — как все просто получилось. Он повел меня к выходу из дома. Ученики тут же встали со своих мест и пошли за своим наставником. Это были хорошо одетые молодые люди, с ухоженными лицами. Вот такой же буду и я.
— Мне кажется, что ты кое-то забыл, Златан. — знакомый бархатный голос вывел меня из оцепенения. — Мы тоже имеет право на слово.
Златан, неожидавший такого поворота событий, натянуто засмеялся:
— Я думаю, это уже излишне. Она сделала свой выбор.
— И все же Деян прав. — включился в разговор недремлющий Феофан. — Мы выполнили свое обязательство — пустили тебя сюда и позволили познакомиться с нашей сестрой. Но за нами все же остается право тоже рассказать ей о себе. Не перетягивай одеяло на одну сторону, мой друг.