Зеро
Шрифт:
Он повернулся и вышел из комнаты, оставив их наедине со шкатулкой. Майкл неподвижно стоял, не смея открыть крышку из дерева кеки. Элиан, как зачарованная, не отрывала взгляда от шкатулки. Этот старинный ящичек хранил то, что привело к гибели многих людей. Клочок бумаги, способный изменить мир.
— Открой, — наконец прошептала Элиан, — открой, Майкл. Ты должен открыть ее.
Он здесь, думал Майкл. Документ Катей здесь, под этой крышкой. Еще мгновение, и все станет на свои места, он наконец-то поймет, кто враг, а кто друг, что такое Дзибан и почему все так стремятся завладеть этим клочком бумаги. Может быть, он даже поймет, кем был
Майкл судорожным движением открыл шкатулку. На дне белел перевязанный шнуром свиток.
— Теперь, — осторожно подбирая слова, начал Масаси, — я хочу услышать от вас, что ваш отец написал вам перед смертью.
Одри быстро взглянула на него.
— Вы хотите сказать, перед тем, как его убили? Его ведь убили. Может быть, это сделали вы?
— Нет, — Масаси постарался улыбнуться как можно обаятельнее. — Напротив, я ищу человека, виновного в смерти вашего отца. Он должен предстать перед лицом правосудия.
Как же трудно быть умным и обаятельным, говоря на английском, подумал он про себя. Так много слов, которых я не знаю, но которые так необходимы.
Одри пыталась понять, что за человек перед ней. В этом просторном здании она находилась уже несколько часов, возможно даже сутки, поскольку не знала, долго ли проспала.
Проснувшись, Одри увидела, что находится в небольшой комнате, где кроме нее присутствовали две японки. Шуршание шелковых кимоно подействовало на Одри успокаивающе.
— Где я? — громко спросила она, справившись с паникой. Но японки лишь шушукались и склоняли голову то к одному плечу, то к другому. Они помогли ей снять грязную одежду. Одри зябко поежилась — вряд ли это Гавайи.
Завернув девушку в мягкий халат, женщины повели ее по длинному пустому коридору. Одри слышала ровный машинный гул. Она поняла, что это не частный дом или гостиница. Скорее всего, какой-нибудь склад или учреждение.
Женщины открыли дверь и подтолкнули Одри вперед. Она ступила на деревянные решетки, тело окутал горячий пар. Под ногами струилась вода. Японки помогли ей снять халат и сесть в горячую ванну. Одри, на несколько минут забыв обо всем, наслаждалась. Японки помогли ей выбраться из ванны и подвели к другой. Здесь вода была еще горячее. Одри вытянулась в воде и расслабилась. Женщины, переговариваясь и хихикая, отошли в сторону. Одри закрыла глаза и глубоко вздохнула. Горячий пар был насыщен пряным ароматом какой-то травы.
Одри вспомнила комнату, в которой проснулась. Она была совсем крошечной, с голыми стенами. Кроме обшарпанного деревянного стола и футона там ничего не было. Когда она открыла глаза, японки сидели на пятках возле футона и тихо переговаривались. Заметив, что Одри проснулась, они предложили ей чаю. Одри жадно выпила ароматный чай. Больше всего на свете ей хотелось вымыться. И вот ее желание исполнилось. У нее есть несколько минут, чтобы подумать.
По всей видимости, это все-таки склад. Комнаты без окон, длинный коридор. Безлюдье. На учреждение не похоже.
Японки подошли ближе. Одри поняла, что пора кончать нежиться. Женщины вытерли ее насухо, расчесали волосы, облачили в темно-синее шелковое нижнее кимоно, затем в верхнее, переливчато-голубое с изысканным рисунком.
Ее отвели обратно в комнату без окон. На столе стоял поднос с едой. Одри с жадностью набросилась на нее, не разбирая, что ест, и почти не чувствуя вкуса. Что произошло дальше,
Через несколько минут в комнату вошел человек и отвел ее к Масаси. Тот сидел за огромным столом красного дерева в просторной, ярко освещенной комнате. На стенах висели свитки. Сёдзи, полупрозрачные ширмы из рисовой бумаги, пропускали свет из окон. Масаси представился, сообщил Одри, где она и как долго здесь находится. Одри знала, что такое якудза, хотя никогда не сталкивалась с представителями этого племени.
— Я понимаю, вы напуганы, — начал Масаси. — Напуганы и растеряны. И, возможно, сейчас вы не захотите ответить на мои вопросы. Разрешите, я вам все объясню. — Не дожидаясь ответа, Масаси продолжал: — Вы были похищены врагами вашего отца, вероятно, теми же людьми, которые убили его. — Он печально улыбнулся, но тут же лицо его прояснилось. — Но судьба оказалась благосклонной к вам: вы попали ко мне. Здесь вы в полной безопасности. Я принял все меры предосторожности. Люди, охотящиеся за вами, не смогут сюда добраться.
Одри поежилась.
— Этот человек на Гавайях, — сказала она, — тот, что привязал меня к стулу...
— Как он выглядел? — спросил Масаси. Одри, как могла, описала его и спросила:
— Он работал на вас?
— Нет, — возмутился Масаси, — это один из ваших похитителей. Мои люди вынуждены были убить его в аэропорту Мауи. У них не было другого способа привезти вас сюда.
— В таком случае я, наверное, должна поблагодарить вас, — с улыбкой сказала Одри, но внутри у нее еще оставался холодок. — Я многим вам обязана. Могу я позвонить? Я хотела бы поговорить с кем-нибудь из своих близких. Они, должно быть, с ума сходят от тревоги.
— Мои люди уже позвонили вашей матери, — Масаси импровизировал на ходу. — Она была очень рада узнать, что с вами все в порядке.
— Я вам очень благодарна, но все-таки мне хотелось бы самой поговорить с мамой. Масаси быстро закивал.
— Конечно, конечно. Но сначала я прошу вас уделить мне несколько минут и ответить на два-три вопроса. Что написал вам отец? Это очень, очень важно.
Одри нахмурилась:
— Я не понимаю. Какое отношение имеет письмо моего отца к вам?
— Оно может вывести нас на его убийцу.
— Сомневаюсь, будет ли вам от него хоть какая-нибудь польза. Для меня то, что он написал, не имело никакого смысла. Я ничего не поняла.
Масаси едва сдерживал нетерпение.
— Может быть, я пойму больше.
— Хорошо, — помолчав, согласилась Одри, — я расскажу вам.
— Документ Катей! — воскликнула Элиан за спиной Майкла.
Майкл осторожно достал свиток и развернул его. Рукописный текст был составлен на кандзи. Майкл быстро пробежал его глазами. Он почувствовал, как кровь застыла в жилах. Этого не может быть, подумал Майкл, это манифест сумасшедших. Он не верил своим глазам, вчитываясь в строки документа. Это безумие, но безумие опасное, в любую минуту способное разрушить мир. Реальность превзошла все ожидания Майкла. Он нашел документ Катей и понял, в чем дело, почему за этой бумагой шла такая напряженная охота. В этом листке была вся суть Дзибана, план полного переустройства мира, вызов всему человечеству. Люди, написавшие его, настоящие безумцы, убеждался Майкл, читая план возрождения Японии, той Японии, которая должна завоевать мир.