Жар сердец
Шрифт:
— Нам лучше пойти по этой дороге. — Марни повела Силвер по основательно заросшей тропинке, идущей в густых зарослях.
По тропинке они добрались до гавани, затем продолжили путь по дорожке, идущей мимо таверн. Не успели они миновать несколько домов, как дверь одной из таверн распахнулась, и из нее спиной вперед вылетел человек. Из его носа хлестала кровь, покрывая багровыми пятнами лицо, грудь и рубашку.
Упав на землю, он продолжал лежать, издавая жалобные стоны. В Силвер вспыхнул порыв подбежать к этому человеку и узнать, как он себя чувствует,
— В следующий раз, когда ты попытаешься мошенничать, англичанин, подбирай кого-нибудь своего размера.
У него был сильный французский акцент. Хлопнув мощной рукой себя по штанине, человек раскатисто рассмеялся. Поднявшийся с дороги англичанин отряхнул с себя пыль и потрогал челюсть, дабы удостовериться, что она не вывихнута. Когда француз сделал угрожающий шаг в его направлении, англичанин поспешно выпрямился и побежал по улице прочь.
Силвер уже намеревалась продолжить свой путь, когда дверь распахнулась снова, и на пороге таверны показался Джордан, на лице которого играла довольная улыбка. Они увидели друг друга одновременно, и светло-карие глаза Джордана стали круглыми от изумления.
— Мисс Джоунс! Что вы здесь делаете?
— Я… я… — виновато опустила глаза Силвер, лихорадочно пытаясь сочинить какую-нибудь правдоподобную историю. — Марни решила показать мне город. — Она указала на стоящую рядом худенькую чернокожую девушку, держащую в руках полотняный мешочек со средством Мамы Кимбо. Марни молча кивнула и улыбнулась.
— Привет. — Джордан приподнял за козырек свою шапочку, показывая клок рыжих волос.
— Джордан, — повернулся к нему француз, — ты должен представить меня своей прекрасной даме.
— Извини. — Джордан смял шляпу в руках. — Мисс Джоунс, это — Ипполит Жак Буйяр, первый помощник на «Саванне». Самый лучший моряк изо всех, кто когда-либо бороздил море.
— Месье Буйяр, мне кажется, я вас знаю. — Силвер протянула руку. Из обрывков разговоров, из того, что она слышала от Джордана и от Моргана, она могла сделать вывод, что Ипполит Жак Буйяр был хорошим человеком.
— Мисс Джоунс — дочь…
Локоть Силвер уперся в бок Джордана.
— Мой отец — плантатор на Катонге. — Она бросила на Джордана предостерегающий взгляд.
— Рад нашей встрече, мисс Джоунс. — Бережно подняв руку Силвер, Жак слегка коснулся ее губами. Щекотание его бороды заставило ее губы дрогнуть в улыбке.
— Это и для меня удовольствие, месье. — Она произнесла это на прекрасном французском, радуясь тому, что имела возможность выучить этот язык.
— Вы можете называть меня Жаком.
— Тогда вы можете
— Силвер, — повторил он. — Это честь для меня.
— Это та самая девушка, о которой я вам говорил, — произнес Джордан. — Та самая, что ползла по рее.
Силвер сжала губы, борясь с желанием его ударить.
— Нет! — разинул рот Жак. — Этого не может быть!
— Нет, в самом деле. Она также умеет плавать как рыба.
— Джордан, — произнесла Силвер, стараясь говорить приветливо, но в ее голосе все же прозвучал металл, — я думаю, что месье Буйяру это неинтересно.
— Нет, отчего же?
— Пожалуйста, Жак, я не хотела бы об этом говорить.
— Это вы — та самая женщина, которая дралась с Морганом Траском? — Он все еще не мог поверить.
— Я… пыталась бежать, — произнесла Силвер, чувствуя, как ее охватывает злость. Какое, черт побери, ему дело? Гордо подняв подбородок, она бросила на него пренебрежительный взгляд.
Жак Буйяр оглядел ее снизу доверху, и по его лицу было видно, что он еще сомневается, что столь хрупкая девушка довольно обычного вида смогла задать жару всей команде «Саванны».
Затем он начал смеяться. Сначала это было что-то вроде бульканья, которое перешло в хохот, а затем — в громовой рев, идущий из самого живота. Этот смех казался бесконечным.
— Ты? — показал он на нее пальцем между приступами смеха. — Малышка?
— Я не такая уж и маленькая. Если вы не прекратите смеяться, могу и вам продемонстрировать, как я проделала все это.
Эти слова остановили его смех, по крайней мере на несколько мгновений.
— Прошу меня извинить. Я не хотел показаться неучтивым. — Было видно, как он пытается сдержаться, но все же пара смешков вырвалась наружу. — Так это вы удружили капитану Траску? Немногие мужчины смогли бы совершить подобное. Если бы со мной проделала что-нибудь похожее такая прелестная маленькая крошка, я бы этого не пережил. — Буйяр хохотнул еще раз.
Силвер хотела бы разделить его веселье, но воспоминания о стычках с майором были еще слишком свежи в ее памяти.
— Ничего я с ним не проделывала. Это он привез меня сюда. — Силвер умоляюще взглянула на Жака. — Думаю, мне не надо просить вас не сообщать о нашей встрече.
— Прошу меня извинить, но обещать этого я вам не могу. — Он снова рассмеялся, затем на его лице появилось удивление. — Куда вы направляетесь, моя дорогая? Вам не следовало появляться в этой части города.
— Я остановилась у леди Грейсон и как раз направляюсь к ней.
— Я хотел бы пойти с вами.
— В этом нет никакой необходимости.
Жак негромко рассмеялся.
— А я в этом совсем не уверен, Силвер Джоунс. Я всё равно вас провожу.
И он это сделал, оставив их только у заднего входа дома леди Грейсон. Он не спросил, почему она не воспользовалась парадной дверью, как это сделала бы любая другая дама. Было похоже, что Буйяр не любил лезть в чужие дела.
И она решила для себя, что ей понравился широкоплечий бородатый француз Ипполит Жак Буйяр.