Жатва

Салиева Александра

Art…

Арт… — повторила уже в реальности и открыла глаза.

Портьеры, как и все последние три дня, плотно задёрнуты. Плотная фактурная преграда не позволяла солнечным лучам проникать в главную спальню поместья Деверо, но даже так понятно, что время далеко за полдень. Кажется, на этот раз я спала долго. Действительно спала, невзирая на ночные кошмары, не отпускающие сознание на протяжении уже долгого времени, а не впадала по обыкновению в худшую из всех возможных для меня параллельную

реальность.

Арт… — обречённо повторилась вслух.

Сожаления

было больше, чем надежды на то, что меня мог бы услышать хоть кто-то. Вот и то, что огромная высокая кровать графини Деверо содержала лишь мою персону, да ворох раскиданных подушек и смятых простыней, говорило о том же самом. С тех пор, как приняла дар Второй Верховной, кроме Амита к моим владениям вообще никто и близко не подходил… боялись, наверное. К тому же я и сама так и не смогла найти в себе сил показаться кому-то на глаза. Тьма в ведьминской душе становилась с каждым мгновением всё сильней, пусть пока что ещё и поддавалась контролю, благодаря поддержке связи обряда единения с магом крови. Только вот страх, что подчиняющая собой целые измерения сила возобладает рано или поздно, всё равно не отпускал. Ведь я прекрасно знала, что это произойдёт. И скорее всего — рано, чем поздно. Не хотелось бы причинить кому-то вред.

Продержусь… — прошептала, на этот раз обращаясь к тем, кто действительно был со мной, положив правую ладонь на живот. — Обещаю. Вам обоим.

Ответом послужила тёплая волна, разливающаяся по крови приятным лёгким раскатом.

Всё-таки мои дети — удивительные. И пусть, скорее всего, я так и не смогу увидеть ни одного из них, всё равно люблю их всей душой и сердцем уже сейчас.

И сделаю всё, чтобы они жили… не так, как пришлось мне.

— Доброе утро, — продолжила монолог.

То, что мне никто не ответит, заботило мало. Если уж предстояло ближайшие полгода провести в большинстве своём именно таким образом, хоть не забуду, что значит вежливость.

На удивление, сегодня я чувствовала себя намного лучше. Может быть дело было в том, что пусть и во сне, но услышала самый нужный мне голос, позволяющий вновь чувствовать себя живой хоть немного. Или просто депрессия не могла длиться бесконечно. В конце концов, я сама приняла это решение и теперь должна больше думать о детях, чем о том, чтобы упиваться собственными слабостями.

Я должна быть сильной. И буду. Во что бы то ни стало.

С этими мыслями, поднялась с постели, приняла душ и, переодевшись в синие джинсовые шорты и жёлтую майку без рукавов, отправилась на кухню. И лишь когда спустилась по лестнице, повернув вправо, поняла, что в доме всё это время находилась не одна.

Почему раньше я ничего не почувствовала?.

— Ам… — нахмурилась, не договорив.

Запах, так явственно доносящийся с кухни, как нельзя красноречивее намекал на то, что вряд ли император главенствующего государства измерения Аксартон — его величество Амитиас Адальстейн Эльрилейрдский, стал бы готовить кофе.

Постояла ещё некоторое время, размышляя о том, кто бы мог ко мне пожаловать, да ещё и без разрешения, но поскольку отопление в доме было отключено, а

босые ступни успели замёрзнуть от длительного соприкосновения с холодной паркетной доской, пришлось сдвинуться с места.

Сначала установила обогрев на полную мощность, потом проследовала до кухни, собираясь поинтересоваться целью нежданного визита, а заодно узнать, кто у нас тут настолько смелый, что смог позволить себе такой опрометчивый поступок, как вторжение в пристанище одной из самых опасных чёрных ведьм.

Кажется, я не звала гостей, — переступив через порог, сказала сухо. Ещё до того, как поняла, кто именно находился на кухне.

А когда поняла, то… пожалела о том, что сказала не то, что было так необходимо и важно. Всего на миг. Но уже вскоре осознала, что на самом деле тон надо было выбрать более подобающий. Слишком мягко обошлась.

Не нуждаюсь в твоём приглашении, — ледяной усмешкой ответил Артур.

Вальяжно расположившись с чашкой чёрного кофе в руках, опираясь бедром о край мраморной столешницы всего в каких-то трёх шагах от меня, архивампир, как и всегда, выглядел безукоризненно. Такая привычная мне лёгкая щетина на его лице, на фоне тёмно- серого строго костюма поверх чёрной рубашки, не застёгнутой на две верхние пуговицы, придавала строгому мрачному виду князя Каньона Полуночника некую небрежность… Пришлось даже сжать руки в кулаки, чтобы было легче побороть желание прикоснуться.

Бездна. Зачем я вообще разглядываю его, да ещё и так пристально?.

Что это значит? — отозвалась едва ли слышно.

Горло пересохло в один миг. Удивительно, что я вообще до сих пор способна мыслить и говорить… ну пусть не здраво, так хоть каким-либо образом.

Ты же помнишь, — продолжил он в таком же тоне, — у нас с тобой всё имущество совместное. Включая и это поместье.

Да, в отличие от меня, он всегда знал, какую тональность стоило выбрать. Такую, что могла бить похлеще любого физического воздействия.

Мы с тобой больше не… — остальную часть фразы проглотила.

Довольно трудно говорить связно, когда взгляд первой весенней травы смотрел в упор, а в нём читалось лишь то, что лучше бы мне заткнуться.

Расторжение привязки между ведьмой и архивампиром не отменяет брак в государстве и измерении, в котором мы с тобой сейчас находимся, — безразлично дополнил Арт. — Или забыла как выглядит твой паспорт?

Создатель. Он что, издевается?.

Тьма внутри чёрной ведьмы была со мной солидарна. И в отличие от меня, не собиралась оставлять хамство безнаказанным.

Dalerium.

Дар Триединой Богини сорвался безудержным потоком, обрушившись на архивампира прежде, чем я сама поняла, что сделала. И если раньше Древний и Высший архивампир мог бы противостоять одной чёрной ведьме, то теперь… Создатель, дай мне сил.

Светло-зелёные глаза потемнели. Багрово-чёрные вены проступили на его лице, свидетельствуя о трансформации. А в следующее мгновение…

Ар… — только и смогла произнести я.

Сильные гибкие пальцы сомкнулись на моей шее быстрее, чем прозвучало окончание его имени.