Жатва
Шрифт:
И сами знаете, — бросила прежде, чем поняла, что затронула запретную тему. — Что вы вообще от меня хотите?
Невольно обернулась назад, чтобы оценить степень понимания в прозвучавшем третьего участника разговора, но оказалось, что… действующего князя Каньона Полуночника уже и след простыл.
Я подумал, что так будет гораздо… — брюнет сделал вид, что задумался, — легче. Нам всем.
И тут абсолютное понимание, наконец, до меня снизошло.
Где Аарон? — поинтересовалась вопреки всему, что так напрашивалось на язык. —
А разве Артур тебе не сказал? — ответил вопросом на вопрос ещё более коварный, чем предыдущий архивампир. — Как видишь, кресло было пустым… до меня.
Твою ж… Вот так и знала.
И с каких пор князь Ортего начал играть по вашим правилам? — усмехнулась горько.
То, что меня в очередной раз провели, как полнейшую идиотку, злило. Очень-очень сильно. Так, что тьма внутри чёрной ведьмы медленно, но закономерно начала подыматься из глубин души, потихоньку начиная брать контроль. Когда ведьма не могла постоять за себя
за неё это делал дар Триединой Богини… Будь она проклята ещё больше, чем прежде.
С тех самых, когда его правила перестали работать, — невозмутимо отозвался Александр. — Но я сюда пришёл не о нём разговаривать. О тебе, Ева. И… — взгляд архивампира плавно перешёл от моего лица ниже, — сама знаешь о ком. Если ты можешь распоряжаться своей жизнь на своё усмотрение, и тут я не властен, то они, — ещё один многозначительный взгляд, — часть нашего рода. И ты должна прекрасно понимать, что тут твоего мнения спрашивать не будет никто.
Постановка вопроса мне не нравилась. Но ещё больше напрягало другое. Если он заговорил о детях, то…
Вы рассказали ему, да? — поинтересовалась обречённо.
Ответ слышать совсем не хотелось. Но ничего не поделаешь. Быть последней, кто в курсе происходящего, хотелось ещё меньше. А если учесть нынешнюю манеру поведения Арта, так и вообще было бы неплохо хоть отчасти уяснить, чем она мотивирована.
Нет, — ни секунды не раздумывая, ответил архивампир.
Вздох облегчения, слишком громко сорвавшийся с моих уст, вызвал у оппонента очередную насмешку. Взгляд тёмно-карих глаз также выражал неодобрение.
Как ты думаешь, сколько времени ещё тебе удастся скрывать, пока, — мужчина сделал паузу, демонстративно уставившись на мой живот, — всё не станет слишком очевидным? Или твой названный супруг его величество император главенствующего государства измерения
Аксартон и это уладит? — сделал вид, что задумался. — Очень интересно, каким образом. Расскажешь?
Это уже моё дело, — буркнула недовольно.
Быть отчитанной, словно нашкодившая девчонка — ощущение не из приятных.
Хорошо, — медленно протянул Александр явно в издёвке. — А что будет, когда подойдёт срок, ты подумала?
Об этом я думала. И не раз. И это пугало так, будто бы сама преисподняя касалась моих мыслей. Только вот знать об этом всем не обязательно.
Да, —
Последнее, очевидно, его как раз интересовало больше всего, потому что после моих слов Александр помрачнел так, словно я ему только что в убийстве собственных детей созналась.
Ты умрёшь, — только и сказал он.
Не вопрос. Утверждение. Безоговорочное.
Да, — не стала отрицать очевидное. — Зато они будут жить. Оба.
Ни один мускул не дрогнул на моём лице. И слова дались легко. В конце концов, я уже приняла решение. Самое верное из всех, что только могло бы быть, учитывая обстоятельства. Жаль только, что мою точку зрения архивампир не разделил и на этот раз.
А как же Арт? — то ли спросил, то ли поставил в укор. — Ты же знаешь, что привязка не будет расторгнута никогда. Если умрёшь ты — умрёт и часть него. Об этом ты подумала?
Вы сейчас издеваетесь?. — неожиданно даже для себя самой сорвалась на крик. — Да я думаю об этом каждое мгновение. Неужели будет лучше, если позволю расплатиться за свою жизнь одному из них? — в защитном жесте тронула живот, бессознательно пытаясь отгородить своё будущее потомство от всего мира.
Лёгкая волна тепла послужила ответом, одновременно успокаивая и меня и тьму, начинающую выходить из под контроля… Надо будет попробовать развить эту способность и дальше. Вдруг пригодится на будущее.
Могут быть и другие варианты, — продолжил всё также мрачно Александр. — Там, где тебе не придётся выбирать.
Нет других вариантов. — уже начиная задыхаться, возразила едва слышно.
Начинающий утихать гнев мгновенно заполонил рассудок, и на этот раз гораздо сильней прежнего. Словно ударная волна, он опустошил собою всё, что было в разуме до этого мгновения. Но ярость не находила выхода. Словно что-то мешало. И это душило настолько сильно, что казалось — сознание сейчас разорвётся на миллионы осколков. Будто бы оказалась в эпицентре огромного костра. Так невыносимо тяжело давался каждый вдох.
Ева, — встревоженно отозвался Александр, подымаясь с места.
Не подходите, — выставила руку вперёд, не позволяя архивампиру приблизиться. — Или из нас двоих кто-то умрёт, — добавила почти беззвучно.
Странный приступ удушья продолжал расходиться, сжимая душу и сердце вязкой пеленой безысходности. Тьма внутри чёрной ведьмы продолжала бунтовать. И я уже было решила, что пора бы пойти навестить цитадель, ведь только алтарь позволит вновь вернуть равновесие, при условии, что не останется ни одной внешней угрозы, способной провоцировать дар, но венец падшего Паладина решил иначе. Вибрирующая волна холода разогнала давящие ощущения с такой лёгкостью и абсолютно не по моей инициативе, что невольно задумалась о том, что что-то слишком часто в последнее время я стала быть такой