Железная Дева

Синявская Лана

– Убивать надо таких как вы. Вы не человек, вы…

– Конечно, я не человек. – Хмыкнула она, пожав плечами. – Я – Эрзули, ее земное воплощение!

– Ничего подобного! Вы просто сумасшедшая! Злобная, жестокая психопатка, до одури боящаяся старости! – Выкрикнула я.

– Заткнись немедленно. Если не хочешь, чтобы я разнесла твою жалкую тушку на части. Не сомневайся, это очень легко. – Сказала она с угрозой. Я понимала, что она не шутит и постаралась как-то отвлечь ее. Не знаю, на что я рассчитывала. Рано или поздно она все равно разделается со мной. Но поздно все же лучше, чем рано.

– Как

вы проделывали все эти фокусы с кошками и призраками? – Спросила я.

– Это целая наука, милочка, и в двух словах не объяснишь. Но ответь и ты на один вопрос: почему ты не вышла на помощь этой своей бомжихе?

– Вы неправильно воссоздали ее образ. Она теперь совсем другая.

– Ну что ж, все мы не без греха. – Вздохнула она. – Придется учесть это на будущее.

– Как вам удалось вывести девочек из института незаметно для всех?

– Мне? Да я к ним даже не подходила. Это сделал Гоша. Он мастер на такие дела. В большинстве случаев он подсматривал в документах фамилию девушки и обращался к ней по имени с какой-нибудь просьбой. Например заполнить еще одну анкету. Остальное было делом техники. Оказавшись с ней один на один в тихом месте, Гоша доставал убедительный девятимиллиметровый аргумент и показав оружие перепуганной девчонке, объяснял, что если она будет вести себя хорошо, то останется в живых. И они подчинялись как миленькие. Ты себе даже не представляешь, какое действие производит на людей оружие и страх немедленной смерти. Глупцы.

Она презрительно скривилась, а я решила, что не стоит больше терять времени и, прихватив тяжелую статуэтку со столика, бросилась на нее. У меня должно было получиться, но внезапно, когда до ведьмы оставалось не больше двух шагов, страшной силы воздушная волна ударила мне в грудь и отшвырнула на другой конец комнаты. Она сама при этом даже не пошевелилась.

ГЛАВА 37

С интересом наблюдая за тем, как я пытаюсь подняться, она сказала:

– Я вижу, ты устала от разговоров, моя милая. Что ж, ты права. Пора приступить к основному блюду. Иди вперед.

Я неохотно подчинилась и поплелась туда, куда указывала ее рука, хотя впереди была обыкновенная стена, покрытая драпировкой. Но за ней, как и в предыдущем случае, оказалась комната. Ничего подобного мне видеть не доводилось: пол и стены были выложены мраморной плиткой удивительной красоты. Повсюду – пышная зелень живых растений и легкие как паутина, прозрачные занавеси. Посредине, на возвышении, опираясь на четыре позолоченные львиные лапы, стояла изящная ванна, сделанная из белоснежного фарфора.

Позади возвышения на стене висел огромный портрет прекрасной женщины в средневековом костюме. Женщина выглядела как живая, казалось, она вот-вот сойдет с портрета. Единственное, что портило впечатление – это уродливая железная фигура в человеческий рост, стоящая возле ванны и напоминающая матрешку. Фигура располагалась на небольшой подставке с нелепо торчащим сбоку железным краном. На кран был надет прозрачный гибкий шланг. Другой его конец был опущен в саму ванну.

Я остановилась в недоумении. Она что, перед тем как убить, решила меня искупать? Чтобы оттянуть развязку, я спросила, указывая на портрет:

– Кто эта женщина?

Мне показалось,

что вопрос доставил женщине удовольствие.

– Не правда ли, она великолепна? – Спросила она с гордостью.

– Красивая. – Подтвердила я, чтобы не злить ее лишний раз.

– Она не просто красивая. Она прекрасна. Настоящее совершенство. Ты спрашиваешь кто она? Это твоя тезка, Елизавета Баторий. Знаменитая представительница блистательного рода. Именно она изобрела рецепт вечной молодости и красоты. Хотя, справедливости ради, надо сказать, что это удалось ей случайно, когда она, наказывая молоденькую горничную, измазала руку в ее крови. Нежная кожа графини, на которую попала эта кровь, стала еще свежее и моложе…

– Так вот почему у девочек почти полная потеря крови? – С ужасом прошептала я. – Это вы забрали их кровь, чтобы сохранить свою молодость? Чудовище!

Не помня себя, я снова бросилась на нее, и вновь была отброшена неведомой силой прямо к подножию отвратительной статуи.

– Ну, хватит. – Неожиданно резко сказала ведьма. – Ты слишком резвая. Посмотрим, надолго ли тебя хватит. Снимай одежду.

– И не подумаю. – Огрызнулась я, даже не пытаясь подняться с пола. – Если вам это надо, можете сделать это сами.

Я надеялась, что она действительно подойдет ко мне и тогда мне, возможно, удастся с ней справиться, но она поступила совсем иначе: вскинула руку и ткнула пальцем в мою ногу. Туфля, на которую указал ее палец, немедленно вспыхнула и загорелась ярким огнем.

– О, черт! – Закричала я, скидывая туфлю. Тем временем вспыхнула и вторая. Мне пришлось остаться босиком. Но колдунья только начала развлечение. Секунда – и на мне заполыхала блузка, пока я стягивала ее, обжигая руки, начали тлеть джинсы. Таким образом она заставила меня остаться голой еще до того, как я успела бы сосчитать до трех.

– Ну и что теперь? – Заорала я, с ненавистью глядя на нее.

– Теперь познакомься с «Железной девой». – Со смехом сказала ведьма. Она быстро подошла ко мне и распахнула железные дверцы. Я растеряла остатки самообладания, увидев нутро ужасного устройства. Вся внутренняя поверхность «Железной девы» была утыкана острыми шипами. Только пол, как в душевой кабинке, был усеян маленькими отверстиями.

– О, Господи, нет! – Прошептала я, вскочила на ноги и бросилась бежать. Ведьма, неизвестно как, в то же мгновение оказалась впереди меня. Она схватила меня за руку и поволокла, упирающуюся, за собой. Мои ноги скользили по полу, она обладала невероятной силой для такой хрупкой женщины и я была бессильна что-то сделать. Я только громко кричала и звала на помощь, хотя понимала, что ждать ее неоткуда.

Но самый страшный крик вырвался из моей охрипшей глотки в тот момент, когда она втолкнула меня внутрь «Железной девы» и захлопнула двери. В ту же секунду сотни маленьких жал вонзились в мое тело и я закричала. Не думала, что могу ТАК кричать. У меня самой заложило уши от этого звериного воя. Я чувствовала, как по моей коже струится теплая кровь, невыносимый запах забивал ноздри, ужасная боль казалась невыносимой. Самое жуткое – я не могла даже пошевелиться!

Я сорвала голос и больше не могла кричать. Да у меня и желания больше не было. Жизнь вытекала из меня по капле, но мне было уже все равно.