Желтые небеса
Шрифт:
– Допустим, каждый из нас – нечто вроде компьютерного кристалла, – рассуждал Мартин. – Бессмертный носитель информации. На кристалл записаны некие файлы, потом их стирают и на их место пишут новые файлы, и так далее, до бесконечности. Вопрос, с чем мы себя отождествляем: с кристаллами или с определенным набором файлов? Интересный вопрос… Если предыдущие файлы по какой-то причине стерлись, они уже не являются частью меня. Я – это кристалл-носитель плюс текущие файлы…
Обычно он не лез в такие дебри, но сейчас, заметив, что Мадина воспрянула духом, старался вовсю. Протяжный стон заставил его умолкнуть. Мадина тоже вздрогнула, широко раскрыв
– Бесстыдница… – с отвращением прошептала Мадина. – Орет, как мартовская кошка…
Спохватившись, Мартин посоветовал ей выспаться, вытащил из кладовки канистры и отправился за водой. Вначале он выбрался наружу налегке, долго осматривался и прислушивался: темные скальные массивы, плеск ручья, искрящееся звездами небо, шуршание ночных ящериц, переливчатый вой какого-то животного – издали, из сельвы… И слух, и ощущения подсказывали, что чужих рядом нет. Он несколько раз сходил к ручью и обратно, мягко ступая по камням босыми ногами. Красноватую кадмийскую луну заслоняли горы. Мартин попытался представить себе серебряную арку в ночном небе, и вдруг в его сознании возникла довольно четкая картинка: многоэтажные дома с редкими светящимися окошками, вычурные фонари на оплетенных плющом столбах, он запирает дверцу автомобиля, оглядывается через плечо – и видит над крышами эту самую арку. Громадная, от горизонта до горизонта. На юге. Почему-то он знал, что на юге. В ее призрачном свете запаркованные машины отбрасывают черные тени на побитый булыжник мостовой…
Мартин потряс головой. К черту… А то получится, что Юстан и его тоже достал!
Спать он по давней привычке устроился в кабине. Немного раздражало то, что лобовое стекло занавешено, нет обзора… Но так надо. Хорошо, если тьессин за ночь придет в себя. Вход не обязательно находится в той горе, где Гефада. Он может быть где угодно в окрестностях, причем не один. Подземные либо пробитые в скалах туннели! Стоит поискать в районе лагеря борешанистов… или даже в самом лагере? Если вход там есть, он надежно замаскирован, иначе бы Эджен его заметила. Скорее всего, есть…
Аблес наутро чувствовал себя хорошо. Его черные губы кривились в загадочно-торжествующей, как показалось Мартину, усмешке. Сотимара выглядел обессилевшим, но просветленным и поглядывал на Эджен с неприкрытым обожанием. У Мадины настроение было кислое, однако не такое подавленное, как вчера. Наскоро позавтракав, приступили к совещанию. Для начала во всех подробностях пересказали тьессину разговор с Юстаном, фаяниец переводил.
– Юстан постиг магию Гефады не настолько, чтобы пользоваться всеми ее возможностями. Иначе он был бы непобедим. Вчера он… – Сотимара запнулся, что-то переспросил у Аблеса по-савашейски, кивнул и продолжил: – Он внезапно лишился части разума и силы, когда Эджен напомнила ему знакомое в прошлом существо. К тому существу его привязывает смертельный страх и непреодолимое притяжение. Очень-очень сильная эмоция. Тот, кто принимает похожее за одинаковое, уязвим. Аблес воспользовался этим, чтобы нанести Юстану удар и спасти нас.
– Одна поправка, – проворчал Мартин. – Юстан не может лишиться разума. Он уже сумасшедший.
Тьессин, а вслед за ним фаяниец возразили:
– К сожалению, не сумасшедший.
– Тогда как расценить весь этот бред насчет прошлых жизней?
– Это не бред. Гефада пробуждает у тех, кто с ней связан, память о прошлом. Видимо,
Чертыхнувшись, Мартин с тоской спросил:
– И я должен принять эту заумь как рабочую версию?
– Это истина. Тот, кто отворачивается от истины, не добьется победы, – строго повторил вслед за тьессином Сотимара.
– Ладно, – вздохнул Мартин. – Будем считать, что я живу много раз и что когда-то, на планете с кольцом вместо спутников, я крепко приложил мордой об стенку парня, который теперь носит имя Юстан. А еще у меня есть нимб и крылышки с перьями. Но только на время текущей операции!
Возражать на это Аблес не стал, лишь покачал головой с явным неодобрением. И перешел к делу.
– Он говорит, если он наденет такой же шлем, как у Юстана, у него появится шанс одолеть черного мага. Он никогда раньше не видел таких шлемов, но читал о них в древних книгах. Этот не единственный, должны быть еще.
– Ага… – кивнул Мартин. – Значит, добудем ему шлем.
Он изложил свой план. Выслушав, денорка сказала:
– Будет лучше, если мы пойдем вдвоем.
– Нет. Эджен, вы обязательно станете олигархом, но согласитесь: опыта в таких делах у меня побольше, чем у вас. Один из нас должен остаться здесь, чтобы охранять Аблеса и остальных. За шлемом пойду я.
Она неохотно уступила. Аблес опять что-то сказал.
– Он даст вам магические создания для защиты, но все равно вы рискуете, – перевел фаяниец.
– Не впервой.
– Мартин, пожалуйста, не убивайте Юстана, – Эджен слегка прищурила свои длинные серо-голубые глаза, обведенные серебристыми линиями. – Сохраните ему жизнь, если у вас будет выбор!
На секунду ее взгляд стал умоляющим. У стороннего наблюдателя могло бы сложиться впечатление, что она просит за Юстана из милосердных соображений.
– Я иду за шлемом, – напомнил Мартин. – Только за шлемом. Пришел – схватил – смылся. С Юстаном я постараюсь не встречаться.
– Он надеется, что вы будете осторожны, как очень-очень мудрый старый тьессин, – перевел Сотимара напутствие Аблеса.
Мартин рассовал по карманам безрукавки все, что могло пригодиться во время рейда. Надел на запястья и щиколотки тьессинские браслеты, которые должны были обеспечить ему дополнительную защиту. Они оказались для него маловаты, пришлось соединить застежки цепочками. Закончив с экипировкой, плотно поел, разложил кресло в кабине и устроился на отдых. В машине было душно, как будто спертый влажный воздух на восемьдесят процентов состоял из пота, но нечего и думать о том, чтобы поднять тент и проветрить до наступления темноты. У Мартина имелся большой счет к Юстану, однако сейчас его особенно доставало то, что этот сукин сын угробил ему, заодно с другими приборами, все бортовые кондиционеры.
«Поймаю – убью, – подумал он, ворочаясь в кресле. – Или нет, не убью. Отдам Эджен».
Он привык не обращать внимания на неудобства, но ему элементарно не хватало кислорода. Мадина и Сотимара чувствовали себя еще хуже.
До захода солнца оставалось полчаса, когда в кабину пришла денорка.
– Мартин, я кое-что вспомнила, – осветив кабину карманным фонариком, она положила на пульт листок. – В лагере борешанистов я видела грот в форме арки. Правильная арка полутораметровой высоты, под ней вроде бы сплошная скала. Полтора метра – это низковато и для человека, и для тьессина, но если икс-объекты, включая Гефаду, были созданы много тысячелетий назад…