Жена-22
Шрифт:
На дворе XXI век. Неужели никто не в состоянии разработать удачные велосипедные шорты для женщин?
47 минут назад
Линда Барбедьян
“Таргет ”! [73] Новые простыни Нику в общежитие.
5 часов назад
Бобби Барбедьян
“Таргет”! Ни
5 часов назад
Келли Чо
73
“ Таргет ” – сеть недорогих универмагов.
Боится, что как аукнется, так и откликнется.
6 часов назад
Хелен Дэвис
Отель “Георг V” в Париже – аххх…
8 часов назад
В последнее время, читая чужие статусы, я испытываю такую смесь беспокойства, раздражения и зависти, что порой думаю, нужна ли мне вообще эта страница.
Я чувствую себя издерганной и измученной. Открываю “Ворд”. Проходит минута. Пять минут. Десять. Мои пальцы повисают над клавиатурой. Я нервно печатаю: “Элис Бакл. Пьеса в 3 актах”, тут же стираю, потом набираю снова – на сей раз заглавными буквами в надежде, что они придадут мне смелости.
С первого этажа в спальню доносятся звуки песни Марвина Гэя What’s Going On . Я смотрю на часы. Шесть. Скоро достанут разделочные доски. Помоют перец. Обдерут кукурузу. И кто-нибудь, скорее всего, Джек, закружит свою жену по кухне. Другим – мне и Уильяму – это напомнит о школьных вечеринках и о том, как мы пили пиво из банок в подвале у кого-нибудь из приятелей. А самые младшие, Зои и Питер, а может, даже и Кэролайн, скачают Марвина Гэ я себе на айпод, считая, что они первые, кто оценил его густой, чувственный голос.
Я кладу руки на клавиатуру и начинаю печатать.
91
На кухню заходит Уильям.
– Ты уже проголодалась? – спрашивает он.
Я смотрю на часы – 11:30.
– Вообще-то нет.
Он роется в шкафу, достает коробку крекеров.
– У нас есть хумус?
– На второй полке. За йогуртом.
– Итак. Новость, – говорит Уильям, открывая холодильник. – Мне предложили работу.
– Что? Уильям! Ты не шутишь? Когда?
– Вчера позвонили. Это в Лафайете. Отличный пакет. Медицинская страховка. И зубная.
– Кто вчера позвонил? Ты даже не говорил, что кто-то всерьез заинтересовался.
– Боялся, что ничего не выйдет. Не хотел, чтобы ты зря надеялась. Они продают товары для офиса.
– Товары для офиса? Как “Офис Макс”?
– Нет, не как “Офис Макс”. “Кингс Стейшенери”. Небольшая семейная фирма. Но они расширяются. У них два магазина в районе Залива, и они планируют открыть еще два в Сан-Диего уже в этом году. Я
– Почтовому? Рекламные листки, флаеры, открытки?
– Да, Элис. То самое, что люди обычно не глядя бросают в мусорную корзину. Мне удалось получить эту должность. Было несколько десятков заявлений. Люди в фирме вроде бы приятные. Это очень милая работа.
– Да, конечно, – соглашаюсь я. – Но, Уильям, разве ты этого хотел?
Неужели товары для офиса – предел его мечтаний?
– Уже не важно, чего я хотел, – тихо говорит он.
– Ох, Уильям…
Он жестом останавливает меня:
– Нет, Элис. Не надо. Я должен перед тобой извиниться. И если ты ненадолго замолчишь, то я смогу это сделать. Ты была права. Мне нужно было приложить больше усилий, чтобы остаться в “ККМ”. Я сам виноват, что потерял работу. Я подвел тебя. Подвел всю семью. Мне очень жаль. Правда, жаль.
Я ошеломлена. Неужели Уильям только что признал, что имеет отношение к тому, что его уволили? Что это было не просто сокращение? Что он сам виноват? Прикусив губу, он наклоняется над раковиной и смотрит в окно. Я смотрю на него и чувствую, как улетучиваются остатки моего гнева из-за всей этой истории с сиалисом.
– Ты не подвел меня, Уильям. Тебя уволили не только потому, что ты “не прилагал усилий”. Мне это известно. Далеко не все от тебя зависело.
Уильям кивает.
– Спасибо, что ты это сказала. Для меня это очень важно.
– Наверное, я тоже отчасти виновата. Во всем этом. В том, что сейчас происходит. Может, и я тебя подвела.
Он поворачивается ко мне.
– Ты не подводила меня, Элис. Не подводила. Поняла?
– Поняла. Но если вдруг все-таки подводила – а скорее всего, так и есть, то прости меня. Мне тоже очень жаль.
Он кивает и делает глубой вдох.
– Я должен принять это предложение. Я люблю бумагу. И ручки. И блокноты. И маркеры.
– О да, обожаю маркеры! Особенно салатовые.
– И конверты.
– И степлеры. Не забудь про степлеры. Ты знаешь, что сейчас начали выпускать цветные степлеры? В Лафайете очень красивый центр. Во время перерыва ты, наверное, сможешь там гулять. Заходить в “Старбакс”.
– Об этом я даже не подумал, – говорит Уильям, обмакивая крекер в хумус. – Это будет здорово.
– Ты уже дал официальное согласие?
– Сначала я хотел поговорить с тобой.
– Когда ты должен дать ответ?
– У меня есть еще неделя.
– Тем лучше, мы еще раз как следует все обдумаем. Взвесим все за и против.
Я надеюсь таким образом выиграть время, чтобы понять, что происходит с собственной работой. Я пока еще не получила ничего из Кентвуд в ответ на просьбу перевести меня с осени на полную ставку, но не теряю надежды. Ассоциация родителей часто откладывает вопрос распределения средств до последнего.
– Поскольку никаких других предложений нет, Элис, имеются только за. Не вижу никаких против.
Он прав. Мы не можем позволить себе выбирать. Никто не может. Уже не может.
92