Жена с проблемами
Шрифт:
Раскосые темные глаза сверкнули раздражением.
— Да, я не сомневаюсь, что такому волшебному коню под силу и тайно передвигаться, но ведь Эд нас учует, как в прошлый раз. Разве нет?
Черныш снова встряхнул головой.
Я посмотрела на неумолимо светлеющее небо. Солнце уже совсем скоро должно было появиться на горизонте. Ночи-то становились все короче, а дни, наоборот, длиннее. Еще каких-то пол часа, и удачное предрассветное время будет потрачено в пустую. Эдхард наверняка уже к городу приближается.
Я закусила губу и, зная,
— Хорошо, уговорил. Но нам нужно догнать, а лучше перегнать Эда. Справишься?
Уже привычный взмах головой был принят как утвердительный ответ, и я вскочила на спину словоохотливого эх-ушкье. Даже от себя не ожидала подобной прыти.
Вопреки моим ожиданиям, мы не двинулись сквозь чащу. Черныш свернул вправо, и немного пробежав по звериной тропе, вышел к старой почти заросшей дороге. По ней двигаться верхом было легко и быстро.
Я вначале, возмутившись самоуправством глупой скотины, даже выругалась сквозь зубы и успела пожалеть, что доверилась хитрой магической твари, верной Черному Королю до мозга костей. Но, увидев две порядком заросшие колеи, сдержалась. Они вели, судя по всему, от горного массива к городу. Скорее всего, этот путь использовали, когда строили каменные укрепления, доставляя материал от Таканив к Мантуру.
До городских ворот мы добрались быстро. Солнце еще не взошло, и только бледно-розовая каемка прочертила небосвод.
Город спал, хотя скоро должен был проснуться. Тишина плотным коконом окутала мирный Мантур. И стражники, подремывающие на посту, даже не ожидали, что им на встречу в такую раннюю пору вылетит растрепанная всадница на взмыленной лошади.
Я осадила коня буквально за несколько дюймов до бдительных вояк и замерла, тяжело дыша. Даже бока эх-ушкье ходили ходуном от напряжения. Не знаю, какая невообразимая связь была между ним и Эдом, но Черныш явно переживал и торопился, словно предчувствуя беду.
— Сколь-ко… за… вход?
Слова вырывались вместе со сбитым дыханием и царапали песком сухое горло.
Стражник встрепенулся, растерянно потер глаза. И, окинув меня подозрительным взглядом, сонно прохрипел:
— Медяк!
Я, торопливо пошарив в кармане, достала тусклую монетку. Денег было совсем не много. И в другой раз я бы придумала, что-нибудь, чтобы не расставаться со скудными накоплениями. Но не сейчас, когда каждая минута была буквально на счету.
Я и сама не знала, что так упорно гнало вперед. То ли напряжение, охватившее Черныша, передалось мне, то ли, наоборот, я сама заразила его беспокойством. А может мы одновременно почувствовали что-то такое, что нам двоим не давало покоя и заставляло спешить изо всех сил.
Узкие запутанные улочки приграничного города казались хитросплетенными лабиринтами. Я уже не задавала себе вопрос, откуда Черныш знает, куда нужно двигаться. Без лишних доказательств доверяла, понимая, что сама бы ни за что не нашла верный путь и попросту заблудилась во всех
Крайняя, довольно-таки широкая улица вывела на околицу города. Низенькие хибарки уже не жались друг к другу, словно воробьи в поисках тепла, а были разбросаны беспорядочно вдоль широкой обочины. А затем и вовсе исчезли.
Нужный нам домик был последним и единственном на широкой прогалине, за которой возвышалась городская стена. Несколько чахлых деревец обрамляли широкое подворье, в небольшом загоне прохаживались лошади. Высокие, тонкокостные, с длинными ногами и пышными гривами. Совсем не похожи на низеньких, мохнатых и крепких лошадок, которых предпочитали простые граждане. Таких скакунов не запряжешь в телегу, не нагрузишь мешками с мукой или охапками хвороста.
Я притормозила, заставила Черныша попятиться вглубь улицы, и только спрятавшись за толстым стволом ореха, спешилась и перевела дух.
— Они тут? — зачем-то уточнила. Хотя ответ знала и так.
Под ложечкой засосало, плохое предчувствие, словно яд, разлилось по телу.
— Врываться туда вот так сходу было бы глупостью, правда? — пробормотала себе под нос. Зачем продолжала советоваться с Чернышом, не понимала. Ведь было ясно, как белый день, что он не сможет мне ответить. Может, чтоб просто не ощущать себя одинокой?
Мой план пришлось на ходу переделывать. Вначале я думала просто догнать Эдхарда у самого города и не оставить ему выбора. Что бы он поделал, если бы я хвостом увязалась за ним? Не покусал же. А теперь я даже не знала — внутри этот упертый король или снаружи, так же наблюдает издалека за вражеской «крепостью».
В этот момент дверь домишка открылась, и порог переступил высокий светловолосый мужчина. Он обвел взглядом окрестности, спустился по ступеням и потопал в сторону загона с лошадьми. Я затихла, словно мышь, даже губу закусила, чтоб не выдать себя невольным вздохом. Как оказалось вовремя, иначе не удержалась бы от вскрика. Потому что с виду крепкий, здоровый представитель фей-ирского народа внезапно упал как подкошенный, и что-то медленно потащило его в кусты. Блестящие кожаные сапоги сверкнули в тусклом утреннем свете и исчезли в пышной зелени жасмина.
Я скосила глаза на Черныша. Эх-ушкье задрал верхнюю губу и беззвучно фыркнул.
Черная тень метнулась вдоль ограды и скрылась за домом.
***
Мы подождали еще какое-то время. Белобрысый обладатель начищенных сапог продолжал почивать в зарослях жасмина, не подавая признаков жизни. Новые, желающие полежать на травке, не появлялись. Черная тень — особого труда не составило догадаться, кому она принадлежала — тоже не показывалась. В домике царила тишина.
— Я пошла… — выразительно посмотрела на эх-ушкье. — Ты ждешь нас тут. Вдруг Роба придется на тебя грузить. Кто его знает, что эти нелюди сотворили с бедным оруженосцем, — постаралась предугадать все варианты побега.