Жертва Гименея
Шрифт:
Аллочке уже ничего не казалось. Беглое упоминание о состоянии, о прекрасном доме и личной фирме в корне изменило ее настроение. И что она пялится на этого Фому? Да куда он, к чертям, денется? Да она его сегодня же вечером к стене прижмет. Нет, сегодня, пожалуй, не удастся. Ей же этот славный Максим покажет свой загородный домик! Когда же еще и Фому ей наставлять на путь истинный?
– Кажется! – яростно кивнула она, и челка резво закрыла ей пол-лица. – Вот именно сейчас и показалось. Я вовсе больше не смотрю на того человека. Да пусть он
Максим Михайлович как-то странно посмотрел на нее и удивленно протянул:
– Дома не появляется? А что, этот господин еще и домой к вам наведывался?
– Ой, да никуда он не наведывался, – уже пожалела Аллочка, что не придержала язык. – Это просто наш сосед. Алкаш. Все время забегает к нам за деньгами. Так я не совсем уяснила, какого направления ваша фирма? Вы что-то о своей фирме говорили.
Максим Михайлович отчего-то выглядел растерянным.
– Ничего не понимаю. Говорите, алкаш? Нет, я не знаю, но парень запросто просиживает в весьма не дешевом ресторане?
– Правильно! Я ж ему знаете сколько денег дала! О-го-го! – бессовестно врала Аллочка. – Ему же не только на меню хватает, но и на девочек.
– А вы уверены, что он на эту девочку потратился? – совсем уж глупо спросил Максим Михайлович. – А мне показалось, что она не девочка вовсе. Дамочке-то далеко за семнадцать.
– Да что вы! – не смогла скрыть удивления Алиссия. А потом вдруг внимательно пригляделась к кавалеру. – А вы что же думаете, если девочка уже справила совершеннолетие, на нее и тратиться не стоит? Какие у вас вредные мысли, однако. А вот, например, мои кавалеры на меня всегда тратились. Это благородно, красиво – и очень экономно. А давайте выпьем!
Эту мысль кавалер одобрил, а уж после выпитого речь о Фоме больше не поднималась. Правда, и о доме с фирмой – тоже. Даже о своем состоянии вредный ухажер больше не заикался. Аллочка решила, что вытянет из него подробности по дороге к его домику, однако и в домик свой он ее не повез. И вообще, вел он себя неадекватно. Когда подали горячее (слава богу, он хоть догадался оплатить плотный ресторанный ужин!) и огромные тарелки, с доброе тележное колесо, поставили прямо перед носом Аллочки, Максим произнес:
– Когда мы с вами еще встретимся?
Конечно, кусок телятины колом встал в горле у Аллы Власовны: еще никто и никогда не назначал ей свидания, в основном, это она требовала к себе повышенного внимания с мужской стороны, а тут – поди ж ты! И главное, в такой момент, когда во рту мясо, и плюнуть нельзя, и ответить с полным ртом невозможно.
– Так когда? – не отставал Максим.
– Хав… тьфу ты… завтра! – с трудом произнесла Аллочка, затолкав в себя кусок целиком. – Завтра, ровно в пятнадцать минут седьмого.
– А почему не ровно в семь? Или в восемь? – не понял кавалер.
Аллочка вздохнула шумно и устало.
– Боже мой,
Максим Михайлович склонился над ее рукой и коснулся пухленьких пальцев губами.
– Я сам приеду, куда скажете.
Вот уж чего не хотелось Аллочке, так чтобы он заявился к Гуте! Но и напрашиваться в его «домик» она боялась, спугнешь мужика, а потом ищи его. Сколько раз так уже бывало.
– А знаете, – кокетливо опустила она глазки и проковыряла дырку в новой скатерти, – давайте встретимся на нейтральной территории, у вас на даче, а? У вас есть дача?
Максим Михайлович пожал плечами, но быстро взял себя в руки:
– На даче так на даче. Конечно, она у меня есть. Назовите ваш телефон, волшебница!
«Волшебница» шмыгнула носом и бодро продиктовала телефон.
– Ровно в шесть я вам позвоню, а в пятнадцать минут седьмого моя машина будет стоять под вашими окнами.
Аллочка затрепетала от удовольствия и закатила глазки. Что-то ей подсказывало, что это начало нового, бурного, небывалого романа! И, возможно, он начнется уже этой ночью.
Вновь зазвучала мелодия медленного танца, и Аллочка, не в силах справиться с эмоциями, поднялась.
– Простите, но я не могу больше сидеть, – покраснев, призналась она. – Ведите же меня, ну?
Максим Михайлович не спеша поднялся, взял даму под локоть и повел. Но вовсе не на середину зала, куда мечталось Аллочке, а в фойе. Она сначала растерянно озиралась и даже немножко притормозила, но когда он подвел ее к гардеробу, вмиг сообразила – взрослый мужчина не хочет терять время на глупое шатание под завывание оркестра. Он свое дело знает.
– Погодите, я возьму плащ, – плавно изогнулась Аллочка и, далеко отставив зад, понеслась к гардеробу.
– Вот я и готова, – тяжело дыша, остановилась она возле своего кавалера через минуту.
– И вы ни о чем не будете жалеть? – Максим посмотрел ей прямо в глаза.
– Ой, не знаю, – заскромничала было Аллочка и торопливо добавила: – О чем тут жалеть! Ну что мы, маленькие, в самом-то деле?
Кавалер с облегчением выдохнул и взял Аллочку за руку. По всем приметам, начиналась новая жизнь!
Они вышли из ресторана, и Максим стал ловить такси.
– У вас нет своего авто? – удивленно спросила Аллочка. Все же рыцарь-то должен быть при лошади.
– Есть, но я собирался выпить, а если так, зачем мне машина? – благоразумно рассудил Максим.
С каждой минутой он ей нравился все больше.
Когда возле них остановилась здоровенная машина, он о чем-то договорился с шофером, распахнул дверцу перед Аллочкой и склонил седоватую голову:
– Прошу!
Она взгромоздилась на заднее сиденье и подвинулась – проехаться в одном такси с таким элегантным мужчиной уже давненько было самым заветным ее желанием.