Жертва

Уэст Сэм

Грег резко оттолкнул мать и успел поймать пакет, прежде чем тот попал ей в голову.

Нечто в пакете было тяжелым и твердым, и его внутренности сжались. В глубине души, еще до того, как заглянуть внутрь, он понял, что это такое, по выступам и контурам, которые ощущал сквозь целлофан.

Набравшись сил, он развязал пластиковые ручки и заглянул внутрь...

Грег вскрикнул, и пакет выскользнул из пальцев, упав к его ногам. Пакет распахнулся, и он увидел лицо Сьюзен. Зазубренный обрубок шеи свидетельствовал о том, что ей отрубили

голову, а лицо представляло собой кровавое месиво. Ее рот застыл в беззвучном крике, губы были опухшие и рваные.

Однако хуже всего были ее глаза: они выглядели ужасно, как будто получили серьезную травму при жизни. Они были полузакрыты, веки набухли вокруг запавших глазниц, и были покрыты запекшейся кровью.

У него в глазах все поплыло, зрение расфокусировалось, и он чуть не упал, лишившись сознания.

– Не будь таким слабаком, Грег. Она была тупой, гребаной, толстозадой шлюхой и заслуживала смерти. Не стоит и говорить, что сегодня я не обращалась в полицию - я была слишком занята, пытая эту жирную потаскуху.

Ее слова эхом отдавались в его голове, приводя его в чувство.

– Как ты могла?

– Мне кажется, ты специально меня бесишь, а ты не захочешь увидеть меня в гневе. Я имею в виду, я только что убила твоего гребаного отца, а ты готов разныться из-за того, что я убила какую-то шалаву, которая лезла тебе в штаны? Ты, блядь, любил ее?

– Что? Нет!

– Лжец!
– Ее лицо покраснело от ярости, а слова слетали с губ с плевками.
– Я видела тебя, помнишь? Я видела, как ты щупал ее задницу. Я видела твой гребаный стояк.

Грег закрыл глаза, слушая звук собственного неровного дыхания и мамины всхлипы. В этот момент у него не было сил даже на то, чтобы утешить мать.

– Открой глаза, Грег, я, блядь, с тобой говорю. Теперь я тебе скажу, что произошло. Вчера вечером ты похитил Сьюзен из ее дома, а сегодня убил ее.

– Но это безумие, у меня есть алиби, ради всего святого, я был на вечеринке.

– Я думал, ты сказал, что это была не вечеринка?

– О, отвали.

Она продолжала, как будто не слышала его.

– Итак, по дороге домой с вечеринки ты похитил Сьюзен из ее дома и отвез ко мне, так как у тебя был запасной комплект ключей. Ты бросил ее там и вернулся домой ко мне.

– Тебе это никогда не сойдет с рук...

– О, смени уже эту гребаную пластинку. Один раз сошло, и еще раз сойдет. И кстати, те сообщения с угрозами, которые я получала - они пришли с твоего компьютера, с фальшивых аккаунтов в соцсетях, которые ты создал.

– Никто никогда в это не поверит.

– Ты уверен в этом? А мне кажется, ты совсем спятил, не так ли, Грег? Похитил Сьюзен и провел большую часть сегодняшнего дня, пытая ее. Ты отпилил ей голову и принес ее сюда сегодня вечером, чтобы трахнуть ее на глазах у меня и своих родителей. Но сначала ты, конечно, изнасиловал меня, то есть, блядь, разорвал мой анус, а потом выебал голову Сьюзен в трахею...

Выебал

голову Сьюзен? Я не ослышался?

– Но соседи видели бы, как ты сегодня заходила в свой дом, а не я.

Он знал, что хватается за соломинку, но должен был что-то сказать. Что угодно, чтобы заставить ее заставить сомневаться в своем плане.

– На той улице всем плевать на происходящее, они бы и не заметили. Кроме того, я пришла туда пешком и вошла через черный ход.

– Но твои отпечатки пальцев будут повсюду, - пробормотал он.

Она пожала плечами.

– В своем безумии ты решил, что будет хорошей идеей поджечь мой дом с телом Сьюзен внутри. Ты купил взрывное устройство через Интернет, и оно должно сработать в половине седьмого.
– Хлоя взглянула на настенные часы. Было без четверти семь.
– Но хватит болтать, давайте приступим к делу. Встань. Сейчас же!
– рявкнула она, когда он не двинулся с места.

Шатаясь, Грег поднялся на ноги. Она подошла к нему и одной рукой расстегнула ремень его джинсов, а другой приставила пистолет к его голове. Девушка засунула руку в его боксеры и обхватила длинными изящными пальцами его член.

– Какого хрена ты делаешь, - спросил он сквозь стиснутые зубы.

– Я собираюсь поднять твоего дружка.

Он задохнулся, когда она стянула его джинсы до колен, прихватив с собой трусы. Пистолет опустился вниз, и он почувствовал, как холодное дуло уперлось ему между ног, прямо под яйца, и вздрогнул, когда оружие уткнулось в тугое кольцо мышц сфинктера.

Кровь ледяным потоком хлынула по венам, пот струйками стекал в глаза.

Он должен был заставить ее говорить, отвлечься от того, что она задумала.

– Но зачем мне покупать гребаную бомбу через Интернет? Это же безумие, никто не поверит в такую глупость.

– Я не знаю, может, потому что ты долбаный псих? Мне на таких везет, не так ли? Бедная я, - притворно вздохнула девушка, гладя его член в попытке вызвать эрекцию.

Почему я позволяю ей делать это со мной? Она все равно меня убьет...

Но он знал, что его единственный шанс - подыграть ей, в пределах разумного. Шанс обезвредить ее скоро представится, и когда это произойдет, он покончит с этим кошмаром.

Внезапно рука, массирующая его вялый член, и пистолет, угрожающий лишить его анальной девственности, исчезли.

– Еще кое-что, - сказала она, снова полезла в сумку и достала пару наручников. Она жестом указала на ближайший стул, кивнув головой.

Ну, это просто чертовски чудесно.

– Сядь и заведи руки за спинку стула.
– Он на мгновение заколебался, понимая, что выполнить ее просьбу было самоубийством.
– Если ты не сделаешь этого, то я угощу твою маму свинцом. Съест немного свинца. Это звучит так круто, я всегда хотела так сказать.