Жесть
Шрифт:
Наверху вдруг что-то загрохотало, а затем по лестнице, примерно на двадцать этажей выше, застучали осколки, обломки и прочий мусор. Видимо, наверху тоже началась заварушка. Леший и компания бросились наверх, но поднялись только на один этаж, когда сверху прилетел вопль командира отряда.
— Бортник, ко мне! Быстро!
— Все не слава богу, — сержант кивнул Лешему. — Рысью! Боец, не отставай!
Рысью подняться на два десятка этажей не такая уж трудная задача, но в любом случае на ее решение требуется время. Поэтому командир отряда мог орать сколько угодно, ругаться самыми
Двадцать пятый, если считать снизу, этаж являлся одновременно грунтовым этажом полуразрушенного здания, в котором навьюченную загадочным хабаром половину группы встретили какие-то случайные бандюганы. Справиться с гопниками «бройлерам» не составило труда, но на шум мгновенно примчался более серьезный противник. Между развалинами ближайших домов протиснулись несколько рапторов и до двух десятков шагающих ботов.
Машины не стали разбираться, кто попал им в прицел и что они несут в рюкзаках. Биомехи друг с другом-то зачастую не церемонились, если требовалось согнать конкурентов с энергополя, а уж по людям открывали огонь и вовсе при любой возможности. Так вышло и сейчас.
Двое бойцов прикрытия приняли бой, раскидали больше половины биомехов, но в результате получили множественные ранения и выбыли из строя. Командиру отряда пришлось приказать носильщикам бросить ценную ношу и тоже взяться за оружие. Это почти решило проблему, но Зона часто подкидывает подлянки.
Когда ноздри командиру уже щекотал запах победы, к биомехам подтянулись свежие силы, и «бройлеры» были вынуждены отступить ввиду явного численного перевеса чугунков. Отступили почти на исходную позицию, на лестницу в подземелье, да к тому же оставив на поле боя обоих раненых товарищей. Тогда-то командир и начал орать, призывая Бортника.
Бортник на призыв откликнулся, прибежал, но, как уже было сказано, опоздал на считаные секунды. Именно в эти роковые мгновения уложилась новая атака биомехов, которую «бройлеры» успешно отбили, но при этом не сумели уберечь командира отряда. Какой-то раптор выстрелом из импульсной пушки снес командиру половину черепа.
— Всему вас учить надо! — прошипел Бортник, вылетая из подвала, как пробка из бутылки. — В цепь! Перебежками вперед! «Фрич-гранатами» огонь!
— Бортник, там хабар валяется… — подчиняясь инстинктам давнего обитателя Зоны, крикнул вслед сержанту Леший. — Не зацепи.
— Как получится! — бросил на ходу инструктор, вскидывая «Шторм». — Леший, прикрывай меня!
Леший охотно поддержал порыв сержанта, и у них получилась неплохая сцепка, несмотря на то что сталкер растерял половину былой формы. «Бройлеры» поддержали контрнаступление инструкторов огнем из подствольных гранатометов, что значительно облегчило Бортнику и Лешему задачу. Самые крупные цели развалились на запчасти от холодных взрывов «фрич-гранат», а о биомехах среднего размера позаботились инструктор и проводник.
Буквально за минуту в порядках биомехов образовалась огромная брешь. Метров на сто по
— А-а, все равно засветились! — Бортник сплюнул и вынул из подсумка горсть миниатюрных, но мощных плазменных гранат самого нового образца, РГП-2М. — У тебя такие же, доставай!
Он взглядом указал на подсумок, который сам же и вручил Лешему в сто первом бункере, перед выходом группы в рейд. Сталкер вынул пригоршню керамических цилиндров с кнопкой на одном донышке и светодиодом на другом. Размером эти забавные «гранаты» были со стандартный патрон для порохового автомата вроде «Калаша». А вот результаты их применения выглядели далеко не забавно. Оранжево-белые «одуванчики» плазменных взрывов даже превосходили в диаметре те, что «расцветали», когда взрывались гранаты предыдущего поколения, массивные, с банку из-под энергетического напитка, РГП-1.
На зачистку флангов сталкер и сержант потратили по пять или шесть гранат, а в подсумках у них почти не убавилось. И это тоже не забавляло, а радовало.
— Теперь можно и хабар забрать, — удовлетворенно хмыкнув, заявил Бортник.
— Минус три, не считая командира, — Леший покачал головой. — И все из-за этого хабара?
— А в бункере сколько народу полегло? А сколько в Копачах осталось? И сколько еще погибнет? Тебе всю статистику довести или только по рядовым?
Бортник невесело усмехнулся.
— Ты не отползай, — Леший остановился рядом с телом Матвеева и поднял взгляд на «пятьсот пятьдесят пятого». Боец стоял, склонив голову, и с тоской (или опять с мрачной завистью?) смотрел на труп товарища. — Найденов, слышишь меня? Давно Игорь преставился? Найденов! Пятьсот пятьдесят пятый!
— Я! Да, он сразу умер. Только подниматься начали. Но я решил, что лучше здесь…
— Что «лучше здесь»? — недопонял Леший.
— Сюда всех кладите, — сталкера подвинул в сторону Бортник. — К семьсот шестнадцатому. Плотнее. Командира… необязательно. Хотя кладите тоже!
— И что дальше? — Леший проследил за движением руки Бортника. Сержант потянулся к подсумку с гранатами. — Погоди, ты сжечь их собрался?
— А ты предлагаешь вырыть братскую могилу?
— Нет, — Леший сделал шаг назад и скрестил руки на груди. — Это ваши дела. Но обычно рядом с трупами оставляют маячки, чтобы потом их забрали коронеры…
— Ну да, а потом эти тела бродят по Зоне в виде морботов или сталтехов, потому что скорги добираются до них первыми, — Бортник достал гранату и положил палец на кнопку активации. — Речь кто-нибудь скажет? Нет? Так я и думал. Всем отойти на тридцать шагов! Кругом! Шагом марш!
Новая плазменная вспышка поглотила тела и спалила их практически без остатка. Когда свечение погасло, Бортник построил оставшихся бойцов и вновь навьючил их хабаром. Правда, перед этим он провел одну незамысловатую профилактическую процедуру: достал аптечку и вколол всем шестерым по лошадиной дозе допинга.
— Теперь, сталкер, твоя очередь, — обернувшись к Лешему, серьезно сказал Бортник, когда группа подготовилась к новым подвигам.
— Ужалиться? Нет, спасибо.
— Твоя очередь вести группу, ты ведь у нас проводник?