Жиголо
Шрифт:
Я невольно хныкнул, представив такую жизненную картинку: законопослушная, но габаритная гражданка России отправляется в полночь на тараканью кухоньку свою, чтобы там втихую от благоверного навернуть холодных щец да заглотить клонированных тефтелек, приготовленных родной мамулей. И вот обжора грациозно шлепает танго будущего харчевого услаждения; и вот даже тарелка готова, и ложка готова, и вилка готова... и вот дверца холодильника ЗИЛа, лучшего, кстати, в мире, открывается... и что там Бог послал? А там, в арктическом холоде возлежит вилок промерзлой капусты... Впрочем, кажись,
Вот такая вот картинка из жизни простодушного населения, решающего иной раз свои семейные проблемы таким веселеньким и весьма действенным способом. А что тогда говорить о тех, кто занят кровопусканием на уровне, скажем, общественном?
Но меня не оставляет впечатление, что некто работает под "духов" - во всяком случае малопонятно подобное зверство. Зачем кромсать красивое тело, если можно обойтись профилактическим ударом в беззащитный висок с венозным вензелем.
То есть наблюдается некое несоответствие между, скажем, делом и телом. Отчего такая грубая "зачистка"? Не является ли это предупреждением нам, живым?
– Похоже, - согласилась капитан милиции Лахова, когда мы уже находились в машине.
– А зачем предупреждать, если можно убрать, призадумалась.
– Что Верочка могла такое знать?
– Ничего, - ответил я и ляпнул, - кроме того, что господин Житкович fuck`ал госпожу Пехилову на рабочем столе.
– Что?
– не поняла - Что делал?
Пришлось воротиться в недалекое прошлое, правда, без некоторых интимных частностей. Выслушав меня, Александра хрустнула ключом зажигания и сделала естественный вывод, что такие откровения секретаря "Russia cosmetic" могли быть получены мною только в койке.
– Или мойке, - попытался глупо отшутиться.
– Вообще мы ходили в "Кабанчик".
– К-к-куда?
Я объяснил, как мог: хороший такой ресторанчик, где подают поросячьи хвостики, копытца и пятачки.
– Хвостики, говоришь, копытца, - Александра с напряжением выруливала "девятку" из дворика, - пятачки, говоришь, - и неожиданно предупредила. Впредь обещай мне говорить все.
– Что, значит, - занервничал, - "все"?
– Все, что касается твоих отношений с женщинами, - автомобильчик выкатил на проспект; он был шумен и праздничен от цветных, как флажки, малолитражек.
– Ну здрастье, мать!
– хохотнул.
– Тогда проще кастрировать меня, как кота.
– Это хорошая мысль, - мстительно прикусила губу.
– И чтобы без анестезии.
– Александра... Федоровна, - даже запнулся от возмущения.
– Может, растерялся, - сразу под венец, - кивнул на взгорье, где ладилась церквушечка, устремленная позолоченным куполом и летящим в синь летних небес крестом.
Капитан милиции мельком глянула на игрушечный храм, потом на меня и вдруг просветлела улыбкой:
– С каким ты был, с таким и остался, - и повинилась.
– Прости, веду
Я попытался было обнять за плечи: ревнивая какая, да понял, что лучше пока не надо: женщины, что змеи, могут и ужалить больно - и даже смертельно. Хотя в щадящих дозах их, аспид, яд полезен.
– Хорошо, - пообещал, - буду верен тебе до гробовой доски, которая может сейчас прихлопнуть нас обоих, - нервно заметил по той причине, что капитан не соблюдал никаких правил дорожного движения и пер на красный свет с маниакальным желанием размазать на асфальте любого зазевавшего пешедрала, похожего, подозреваю, на меня.
К счастью, нам удалось избежать жертв и вовремя прибыть к ДК АЗЛК, где, как известно, цвел цветником дамский клуб "Ариадна", прикрывающий своей яркой, скажем так, клумбой суровый антитеррористический центр под руководством господина Королева, который нас, собственно, и ждал для серьезного разговора.
– О!
– главный секьюрити клуба искренне порадовался за капитана милиции.
– Выглядишь великолепно, Саша!
– и чмокнул дамскую ручку.
Потом Анатолий Анатольевич пожал мою руку со словами, что с таким героем можно штурмовать любые цитадели.
– "Муху" дайте, - пошутил я.
– И на Кремль.
– Кремль - это святое, - отрезал охранник и пригласил сесть за стол.
После чего без лишних слов, открыв сейф, вытащил бумажное полотнище. Я думал, что это карта Российской Федерации в масштабах 1: 1000, и ошибся. Это была ещё одна схема мафиозной структуры, но более разветвленная и подробная: указывались не только Ф.И.О. и должности, а также адреса, телефоны, привычки и основные грехи.
Я занервничал: неужели вся эта армада завязана на одной маленькой фирме по производству душистой (от слова - душить) водицы? Господин Королев посмеялся: эта карта нужна ему для работы и полноценного контроля за ситуацией в стране - ситуацией экономической.
– Экономической?
– решил уточнить.
– Политическая меня не интересует, - ответил АА и выразил следующую мысль: пока есть кремлевский овощ "синьор Помидор", то гниение на грядках верно, как бессмертное учение чучхе Ульянова-Ленина-Бланка.
Мы посмеялись: такое впечатление, что наша навоженная землица выступает полигоном для безумных идей, равно как является последним приютом для властолюбцев, теряющих от родной и горькой последний ум, если он, разумеется, у них наличествовал, в чем есть большие сомнения.
После этой политинформации переходим к нашему конкретному делу. И выясняется, что пока я, прошу прощения, почивал, капитан милиции доложил о моем явлении в четвертом часу поутру и о том сногсшибательном запахе, который герой струил как эфир.
– Струил как эфир, - повторила женщина.
– Неправда, что ли?
– Был в коровнике...
– ... у доярок?
– недобро прищурилась.
Я развел руками, мол, какие могут быть дела с таким подозрительным и желчным на слова партнером. Анатолий Анатольевич вздохнул: мальчики и девочки, договоримся сразу - никаких производственных тайн, в противном случае нас по очереди вынесут на погост.