Жиголо
Шрифт:
Запах гари, кровь, конвульсирующие тела - это все лишь усиливает обаяние российской бойни.
Фью-цок-фью - запели пули. Это в ближний бой заступили личные телохранители семейства Мамудов. Их было двое и вели они пальбу из кабинета хозяина.
Чтобы снять проблему, хватило одной Ф-1 на двоих. Потом я перепрыгнул через корчащие туши, развороченные горячим металлом, и врезался в очередную дверь.
Это была комната отдыха - за низким столиком сидели два тучных выходца из теплого юга и уминали куски баранины. Они были похожи
– Приятного аппетита, - позволил пошутить.
– Кто Аслан?
– Ыгы, - признался один из пузанов.
Я понял, что меня не обманывают, и выстрелил из ППС правдолюбу в правый глаз, отчего его крупная голова лопнула переспелым плодом манго.
– Аслан нам не нужен, - объяснился с тем, кто остался сидеть ни жив, ни мертв.
– Нам нужен Ахмед. Надеюсь, ты это он?
– Ыгы, - получил новый утвердительный ответ.
Зачистка продолжалась минуту сорок пять секунд - и закончилась успешно. В том смысле, что цель её была достигнута - Ахмед. Теперь проблема возникла другого порядка.
– Поднялся, хачипурик, и побежал балериной, - приказал вору в законе.
– Можешь с куском мяса, - пошутил.
Меня поняли буквально. Картинка случилась забавная, право: мелким шажком по окровавленному, пропахшему гарью коридору трусит бонвиван, а в поднятой руке его - кус жареной баранины.
Я танцующим jig`оговым шагом двигался за уморительным Ахмедом и чувствовал, как хлюпает кровь под ногами. Было впечатление, что иду по горло в крови. Всюду была кровь. А в ней куски корчащего человеческого мяса. Это закон бойни - кровь, каша мозгов, слизь кишок, корчь поврежденных тел, вкусный запах пороховой гари и привкус победы.
Дальнейшие события начинали развиваться по моему плану. Когда я с вором в законе вырвался из дирекции, то обнаружил мертвую зону в секторе А. По законам ближнего боя - такая мертвая зона существует три минуты, потом коллективный шок проходит и могут приниматься равносильные меры.
У меня оставался запас в двадцать пять секунд. Их потратил, чтобы затолкать ахмедовскую тушу в крытый короб "газели". Затем, нанеся рукояткой ППС профилактический удар в височную часть головы вора в законе, тиснулся в кабину.
– Поехали, Вася, - приказал по-доброму.
– Все будет хорошо. И даже лучше, чем ты думаешь.
Как утверждают в похожих случаях, на шоферюге не было лица. Тем не менее он запустил мотор и грузовичок покатил вдоль бетонных ребристых стен стадиона.
– Как у динозавра в жопе, - пошутил я.
Меня не поняли. Впрочем, это было не важно. Впереди нас прозвучал характерный вой милицейских патрульных машин.
– Посторонись, Вася, - сказал я.
– Менты спешат. Должно, случилось что. Не знаешь что?
И не получил ответа. Выполнив мою просьбу, шофер трудно сглотнул небритым кадыком, а потом...
Эх,
Проще говоря, махнул из кабины рязанский Вася: был человек - и нет человека. И я понял, что у меня могут возникнуть проблемы - в самое ближайшее время.
Я наивно полагал: сам веду военно-тактическую игру, не догадываясь, что вокруг меня уже давно возникло силовое поле противостояния...
Как позже выяснилось, я выполнял лишь роль фитиля, бегущего по бикфордову шнуру событий.
Этого я всего не знал - и прибывал в полной уверенности, что сумею один разрешить проблему на злобу дня. Основанием для такой уверенности была туша всезнающего Ахмеда, которая болталась мануфактурным тюком в кузовке "газели". Я крутил баранку грузовичка и надеялся, что успею вырваться на тактический простор магистрали, уводящей транспорт в область.
Поначалу услышал знакомый и неприятный вой патрульных машин - они плясали в зеркальце заднего обзора; потом возникли три, тоже знакомые мне джиповые коробки с бригадой "Арийс".
Естественно, такая ситуация на дороге жизни заставила меня нервничать. Тем более грузовичок газелил очень даже неспешно. И возникла крайняя необходимость в принятие экстренных и нестандартных решений.
Эх, вывози, нелегкая! И я кидаю грузовичок на разбитую колею, петляющую вдоль железнодорожного пути. Этот маневр позволяет уравнять шансы с патрульными импортными "мерседесами", непригодными для наших разбитых дорог. Но что делать с внедорожниками? Три джиповые коробки приближаются неудержимо, как закат солнца. Не будет ли закат этого дня для тебя, сержант, последним?
Этот вопрос показался мне не лишним. И очень не лишним. Дело в том, что дорога закончилась у древнего деревянного моста. Как-то отцы столицы позабыли его отремонтировать и он благополучно гнил над рекой, не мешая, впрочем, никому.
У меня был богатый выбор: или принимать ближний бой и пасть смертью храбрых в горькой полыни, или прорываться по оставшимся доскам в надежде на диво. Это закон диверсанта - если пиздец неизбежен, умей творить чудо, как Сын божий. Кажется, ОН ходил по водам? А почему бы мне, грешному, не прокатиться по небу?
Веруй и ты победишь, сержант!
Я нажимаю педаль газа до основания и грузовичок, вибрируя от напряжения и скорости, накатывает на дощатый дырявый настил.
Трескающийся звук сухого дерева под колесами походил на звуки выстрелов. Все мое внимание было обращено на мелькающее в расщелинах полотно реки и тем не менее неким периферийным взглядом я вдруг заметил, что на берегу происходят совершенно невероятные события - там идет бой. Настоящий бой! То, что я принимал за треск дерева, было на самом деле выстрелами.