Животные

Щукин Илья

Фонарь стал выскальзывать. Я накрепко стиснул зубы.

— Не вздумай улизнуть, дорогуша…

Задняя, левая и правая стены бункера оказались чисты. Мы ничего не нашли на их поверхности. Выключатель находился на передней либо же под землей, а туда мы не имели доступа.

— Рассуждай логически! — кричал Ветролов. — Если это оружие работает, значит, им кто-то управляет! И, скорее всего этот кто-то находится под нами! Стало быть, если он умрет, оружие останется включенным, поэтому должен быть альтернативный выключатель для тех, кто

оказался наверху!

— Глупости! Оружие может быть запрограммировано на сотню лет вперед, а кто-то веселится в аду!

Слева стена оказалась пустой, но справа я обнаружил большую дверь и тяжелый амбарный замок. Большой замок, покрытый ржавчиной и нехорошей кислотой. Я выбил его пистолетным выстрелом, и когда он слетел, дверь отпружинила мне в пасть. Мне повезло, что я вовремя выплюнул фонарь, а иначе бы он порвал мне глотку. Ухитрившись отскочить, я всем телом прижался к стене, чтобы не выпасть на проклятый асфальт. Он будто шептал мне в спину: "Я размажу тебя, как только ты упадешь".

Фонарь, укатившись на площадку, освещал мои ботинки. Ничего не произошло.

Я кое-как сохранил равновесие, слизывая с губ кровь, бегущую из порванного лба. Мое тело полыхало жаром, покрытое испариной и толстым слоем пыли. Узлы нервов отчетливо реагировали на любые повреждения. Я накалился до предела. Мне казалось, что я вот-вот разорвусь на куски, лопну как воздушный шарик. Сплошная багровая пелена пульсировала и вращалась, застилая мои глаза. Я глубоко передохнул, и наваждение сгинуло.

Пятерка фонарей била в открытую дверь.

— Что там? — сказал я, не решаясь заглянуть внутрь.

— Там никого нет! — крикнула Басолуза. — Это всего лишь ловушка!

Я осторожно заглянул в комнату. Она была прямоугольная, вылитая из крепкой бетонной смеси. Там висел смрадный запах и густая многолетняя пыль. Прокравшись в помещение, я замер, чтобы не провоцировать спрятанные ловушки, если они были. В свете фонарей я увидел переплетения толстых металлических проводов, пожалуй, дюйма четыре в диаметре, и еще рычаг, срубленный по самое основание. У меня возникла мысль, что его растворили какой-то адской кислотой.

Альтернативный выключатель?

Я наобум выстрелил по проводам. Пуля коротко лязгнула, дала рикошет и умчалась в темноту. О да, мне понравилось это приключение. Я перетянул оружейный ремень так, что бы дробовик свободно лег в руки, и несколько раз ударил по стене, но и дробь не помогла. Порвать провода, думал я, порвать их любыми способами.

Я покинул комнату и вернулся к арочному входу.

— Нужно отклеить провода, Ветролов! Пусти туда ракету!

— Шутник! Спрячься за арку!

Ветролов выстрелил, когда я спрятался. Ракета стремительно пересекла площадку, точно проникла в комнату, и тогда комната переполнилась грохотом. Снопы ярких искр, густая пыль, куски бетона — все это вырвалось наружу и рассыпалось по площадке. Ядовитый язык огня облизал внешнюю стену, колыхнулся в воздухе и умер.

Я знал — что-то

должно случиться прямо сейчас. Хромая, я выбежал на середину площадки. Подо мной был самый обыкновенный асфальт.

— Неужели? Все чисто! Вы можете идти сюда!

Основная группа миновала площадку и присоединилась ко мне. В конечном счете мы застряли на центральном входе. После раздумий скотины решили, что им не стоит уступать нам, и решили попробовать взрывоопасные пироги, которые хранили в походных рюкзаках. Они не стали жадничать и обложили дверь тротиловой взрывчаткой на восемь килограмм, уверив, что этого должно хватить.

С безумным хихиканьем мы укрылись позади бункера и там одна из скотин с веселым "пи-пи" нажала кнопку дистанционного управления. Когда грянул взрыв, и сотряслась земля мы, прихлопнув руками уши, наблюдали в небе неистовый ураган из пыли, бетона и железа.

Он бушевал несколько секунд, а потом все стихло.

— Вот так мы открываем двери. — протянула вторая скотина и отряхнула одежду. — Как вам это нравится?

— Курган, проверь что там осталось. — сказал Варан.

На площадке не осталось ничего кроме полнейшего разгрома. Тут как будто проплясала тысяча добрых чертей. Взрыв прорвал стальную оболочку двери, обрушил некоторые участки стен, вырвал сетчатое ограждение. Площадка превратилась в сплошной открытый пустырь, и я стоял посреди него, пораженный силой недавнего взрыва. Когда ветер разогнал пыль, я увидел большое полукруглое отверстие, зиявшее под разбитой аркой. Ступая по смеси мусора, я осторожно приблизился к дыре. Как только я пролез в нее, внезапно вспыхнул яркий свет, ослепивший меня. Сердце застучало у меня в голове. Удар, второй, третий… я ожидал от этого фокуса все, что можно было ожидать. Прикрыв глаза, я разглядел длинный железный коридор. После взрыва он тоже оказался завален мусором.

Не это испугало меня.

Я опасался мертвой тишины, царившей в нем. Сзади раздались множественные шаги. В пробоину поочередно забрались мои напарники, а потом, хрипя и вздыхая, тяжелые скотины. Они все сгруппировались за моим хребтом.

— Спокойно, — сказал я. — Не делайте лишних движений.

— Здесь точно что-то интересное. — сказал лидер скотин.

— Почему загорелся свет? — спросил Варан.

— Он загорелся, когда я вошел.

— Это волшебная лампочка. — сказала Басолуза. — Она работает, пока мы добрые. Курган, милый, подойди ко мне.

Басолуза кое-каким аптечным дерьмом обработала мне спину и котелок. Она сделала это, пока был свет, но никто не знал, сколько он будет гореть. Варан дожидался, когда она закончит со мной, а я показывал ему язык и строил смешные рожицы. И вот я уже сидел вымазанный спиртом и перетянутый бинтами, готовый к новым героическим выходкам. Варан оценил мое состояние, а затем сказал:

— Курган, продолжай двигаться вперед. Теперь мы вместе.

— Видите, — зевнул Стенхэйд. — Там дальше идет разветвление.