Жнец
Шрифт:
— Да они ничего не придумывают, все воруют! — хихикнула Валентина, и снова посмотрела на штаны. Вернее, туда, куда недавно пролилось варенье — Я не сильно ушибла?
— Не сильно — вдруг смутился я, и Валентина довольно хихикнула. А потом начала хохотать — звонко, заливисто. За ней захохотала Настя, не очень понимающая, что случилось, но на всякий случай поддержавшая мать. И…я вдруг расхохотался. Ну правда же — глупо как-то вышло, ей-ей.
Потом я ел оладьи, с тем же самым клубничным вареньем, пил чай, и мы разговаривали о всякой ерунде — о китайцах, которые так-то
Потом Валентина отправила Настю к себе в комнату играть на скрипке, а мне вдруг начала жаловаться на мужа, который вчера от нее сбежал. Рассказала о том, как они с ней встретились, и он ей понравился — такой интеллигентный, такой умный, такой уверенный в себе… А потом оказалось, что он ничтожный, мелкий человечек. В глаза говорит одно, улыбается людям, а за спиной говорит гадости. Она уже хотела с ним разбежаться, да он сам выкинул финт — сбежал к какой-то своей шлюхе. Да и слава богу! Вот совершенно не жалко! Неужели она — молодая, красивая, не найдет себе нормального мужика?!
Я поддакивал, кивал, и не вставлял ни слова в этот монолог-исповедь. А что тут скажешь? Ей и не нужно, чтобы кто-то что-то говорил. Ей нужно — чтобы выслушали. А слушать я умею.
Самохин появился в одиннадцать тридцать. Он отдал мне документы на киа-«спектру» какого-то лохматого года, но по его заверениямисовершенно исправную и очень даже шуструю. А еще — он за это время умудрился узнать, кто именно является владельцем нужного мне коттеджа (адрес я ему вчера написал). Все готово, теперь можно ехать, решать вопрос.
Сумку со своим барахлом оставил в квартире Валентины, или точнее будет сказать — в квартире Самохина. Попрощался, сказал, что приеду скорее всего вечером, и пошел на выход.
Машинка и правда оказалось вполне приличной, и приятным сюрпризом было то, что в ней работал кондиционер. Я закупорился в салоне, включил «кандюк», установив температуру по минимуму, и неспешно влился в поток машин, заполонивших улицы города. Утренняя пробка уже слегка рассосалась, вечерняя еще не назрела, так что пусть и с затруднениями, но я без особых проблем ехал по проспекту, раздумывая о том, что мне предстояло сделать. И что меня ожидает в том самом коттедже.
Глава 3
Забор. Опять забор! Высоченный, метра четыре высотой. Читал где-то о том, что за границей легко определить, что в этой вилле живет русский. Ну или украинец — разницы никакой. У этой виллы обязательно будет непроницаемый высоченный забор.
Вот и здесь — коттедж окружен забором, через который мне вряд ли удастся перебраться без специальных средств. И заглянуть туда тоже не удастся. Ни одной, даже маленькой щелочки ни в заборе, ни в воротах. И теперь со мной нет поддержки в лице ЧВК, работающей на олигарха. Можно было бы, конечно, попросить его помощи, но…смысл какой? В чем помощь? Помочь перебраться через забор? Это я и сам смогу…при достаточном усилии.
— Проверьте,
— Уже проверили. Двое. Видно — сторожа. Вооруженные. Ружья. Форма, охранное агентство «Аргус».
Иду к воротам, жму звонок. Вернее — кнопку домофона. Через несколько секунд раздается голос:
— Чо надо?
— Войти, поговорить.
— А больше ничо не надо? Пошел на…й отсюда!
Звоню снова — не открывают. И не отвечают. Что делать? Послать бесов, чтобы помучили придурка? Или придурков. Ладно, послал, помучили — а дальше что? Как я донесу до придурков информацию о том, что мне надо открыть калитку? Никак. А значит — что толку в их страданиях?
Ладно, я что-то такое и предполагал. Иду к воротам и начинаю методично долбить в них ногами и руками. Мне надо, чтобы кто-нибудь из охранников вышел наружу, и тогда можно будет подцепить его моей магией. Я же не могу колдовать заочно, по домофону! Мне нужно видеть объект, а лучше — его касаться.
— Ты по башке себе постучи, придурок еб…й! — слышу я по переговорной системе.
— Открой, или высунись! — требую я, но голос радостно отвечает:
— Щас прям! Вот побежал — волосы назад! Ты еще х…м побейся, я может тогда и выйду! Гыыыы…
Ладно. Будем действовать по варианту «Б». Подхожу к калитке и очень осторожно капаю янтарной маслянистой жидкостью туда, где у калитки замок. Главное, чтобы на руки на попало, иначе будет такой пердимонокль…век помнить буду! Вдруг заклинание сработает неточно? Потому и пузырек потом не в карман кладу, а на землю, в травку. Поколдую — и после подберу! Опасаюсь, что заклинание подпалит и то, что осталось в пузырьке. Сгореть заживо на огне своего же заклинания — что может быть обиднее и глупее?
Отхожу на несколько шагов, на всякий случай отворачиваю лицо в сторону и пускаю заклинание.
Жахнуло! Меня обдало волной горячего пламени, но даже волосы не подпалило. Все-таки я немного жидкости вылил, совсем немного.
Весело горит. И чему там гореть — я не знаю. Но только за считанные секунды встали прогорела дыра размером со сливу. Сквозь нее уже вижу и подъездную дорожку к дому, и бассейн, в котором меня едва не утопили. Ну как вижу…угадываю! Вот прожжет посильнее, тогда все увижу. Скоро, скоро прожжет! Металл горит, как бенгальский огонь! Вонь, конечно, краска горит. Дымина! Фу, противно воняет! Хмм…как бы пожарных не вызвали. Хорошо еще, что дом стоит на отшибе, дальше только лес и поле.
Пшшшш! Белый туман!
Ага, прибежали! Нет, парни, огнетушитель вам не поможет. Вам вообще сейчас уже ничего не поможет. Калитка оплавится, и я войду. Как там в сказке сказано? «А я еду — не свищу! А наеду — не спущу!» Не…не буду спускать.
Дыра уже диаметром не меньше метра. Но пусть пока горит, пусть… Интересно горит — раньше-то я этот процесс не видел. Эдакое синее пламя по ровному, как вырезанному циркулем краю окружности. О! Вот уже и на камень перешло! Калитка-то недалеко от забора! А забор сложен из так называемого «дикого камня». Кстати — дорогое удовольствие. Похоже, хозяин коттеджа в деньгах не стеснен.