Жрон
Шрифт:
Тёмное небо прочертил метеор, а сбоку послышался шорох мантии и лёгкие шаги, почти неслышимые, но ночь обостряла слух.
— Уизли, — протянул до боли знакомый голос.
— Профессор Снейп, — поприветствовал я преподавателя, не поворачивая головы.
— И как вы это объясните? — голос «ужаса подземелий» сочился раздражением.
— Что, это? — нет, я не строил из себя дурака, мне было просто лень озвучивать догадки.
— Ваше нахождение вне спальни.
— Решил на звёзды посмотреть, профессор, — заложив руки за спину, я отыскивал
Снейп начал медленно закипать, прошипел:
— Сначала весь этот цирк на моих уроках, потом это чемпионство. Вы видимо окончательно возомнили себя особенным, Уизли. Мало мне одного Поттера. Двадцать баллов с Гриффиндора!
Потянув носом воздух, он зашипел ещё яростней:
— Вы ещё и пьяны, Уизли!
— Не пьян, а просто выпил, — уточнил я для проформы.
— А есть разница? — с издёвкой поинтересовался декан Слизерина.
— Как минимум семантическая, профессор, — не дав тому разразиться очередной гневной тирадой, спросил в ответ: — Профессор, а что вы скажете о Дафне Гринграсс?
На что Снейп подавился, забулькав, и ошарашено замолк.
— Как вы считаете, такая девушка как она, подошла бы такому парню как я? — не дожидаясь ответа, продолжил я. — Ну, не в смысле, какая мы пара, тут и так понятно, она привлекательна, я чертовски привлекателен, а в смысле насчёт совместной семейной жизни. Понятно, что не бывает девушек одновременно умных, красивых и с ангельским характером. Но хотя бы два из трёх должны присутствовать. А кому как не вам знать о своей студентке.
Посмотрев на побагровевшего декана, вспомнил вдруг, что с семейной-то у него как раз и не сложилось. Сказал, досадуя на себя, вполне искренне:
— Простите профессор, совсем забыл, что вы в этих вопросах не самый большой специалист.
— Во-о-он! — заорал Снейп, страшно выпучив глаза. — Пятьдесят баллов с Гриффиндора, нет, сто баллов с Гриффиндора!
Оглушённый звуковым ударом, я тряхнул головой, сказал хмуро:
— И незачем так орать. Я всё равно уже в спальню собирался.
Это были мои последние слова за сегодня, после которых от Снейпа прилетела в меня сиреневая вспышка, а последнее, что я запомнил, было моё падение по стойке смирно на твёрдый камень площади.
Глава 23
Очнулся я в месте, в общем-то, вполне ожидаемом — в больничной палате Хогвартса. Попадать мне сюда ещё не доводилось, но ничего необыкновенного или удивительного мне на глаза, когда я обвел палату взглядом, не попалось. Каменные стены, да белые ширмы, не считая кровати на которой я лежал и стула, опа…
— Привет Джин, — я улыбнулся, заметив сестру, что куковала на стульчике рядом с кроватью.
— Круче меня только горы. Я ученик Грюма, — передразнила она меня язвительно. Вид имея суровый и гневный, никак у матушки поднабралась. — Так и знала, что тебя нельзя одного оставлять.
— Э-э, а что собственно произошло? — поинтересовался я, смутно припоминая разговор со Снейпом.
Джинни вздохнула, сложив
— Не помнишь?
Я скривился, ответил, почесав повязку на лбу:
— Как-то, знаешь, смутно.
— Мадам Помфри рассказала, что ночью пришёл Снейп, принёс тебя в отключке, сказал, что ты упал во дворе, ударился головой о брусчатку и потерял сознание.
Я хмыкнул, спросил, припоминая, однако, несколько иное развитие событий:
— А он, значит, меня нашёл?
— Ага, — младшая кивнула.
— Очень интересно, — я задумался, рассказывать или нет, свою версию событий. Тут вспомнил, что «Ужас летящий» меня там налишал, а вернее факультет через меня, баллов, как бы не на рекордную сумму. Про сто баллов за раз с одного ученика я ещё ни разу не слышал. Спросил осторожно:
— Там, э-э, народ сильно переживает за баллы?
— Да нет, — Джинни удивилась. — А что?
— Ну, там за ночь баллов сто не пропало?
— Да нет, — снова повторила она, смотря на меня с лёгким недоумением. — Нормально вроде всё.
— Да? — сие известие заставило меня ещё раз копнуть воспоминания, но нет, разговор я помнил прекрасно и то, что Снейп меня именно лишал, а не угрожал лишением, было совершенно чётко. — Странно.
Тут вдруг сбоку раздался всё тот же прекрасно знакомый холодный голос:
— Я смотрю, вы проснулись, Уизли.
А вот и он собственной персоной, его чернейшество зельевар всея Британии тут как тут. Караулил что ли или следилку какую навесил. Я долгим взглядом посмотрел на него, получил в ответ презрительно-холодный взблеск, и промолчал. Вопрос был риторический.
— Мисс, мне надо наедине переговорить с вашим братом.
Джин кивнула, молча, бросив на меня косой взгляд, и ушла, оставляя нас двоих. Снейп, однако, присаживаться на освободившийся стул не стал, как и изображать радушие. Отошёл к окну, не поворачиваясь ко мне, бросил:
— Надеюсь, вы протрезвели?
— Более чем, сэр, — вежливо ответил я, с кряхтением садясь на кровати и придерживая стрельнувшую болью голову.
После долгой паузы декан Слизерина с видимой неохотой продолжил:
— Прошлой ночью, некоторые, гм, действия, и с вашей, и с моей стороны, были слегка необдуманными. При зрелом размышлении, я решил списать ваше поведение на стресс и алкоголь и отменить лишение баллов, как и иные претензии к вам со своей стороны. Надеюсь, что и от вас ко мне также претензий не последует, — тут он, развернувшись, бросил на меня острый взгляд.
— Никаких, сэр, — искренне ответил я. Ну да, применение магии к ученику не самый благовидный поступок. Это Грюму в каноне было наплевать на всё, он отморозок, а вот Снейп несколько иной тип. Однако хорошо, что вчера он петрификусом, а не авадой меня приложил. Я ещё раз прокрутил разговор в голове. Да, за такой базар можно было и отхватить. А Снейп, смотри-ка, сдержался.