Зигзаг неудачи
Шрифт:
– Вот она! Нарисовалась! – торжественно объявила подруга, подходя ко мне. – Живая, здоровая и слегка пьяная.
– Это не от меня разит, а от Маэстро. Здесь сквозняк. Я всего глоток вина сделала и глоток водки.
– И где вам подавали? – встрял Славка.
– Нам не подавали… Я сама… из бутылки. В столовой, – ответила я и всполошилась: – Ой, надо помочь негритенку Яше!
– Народы Африки подождут! – заявила Наташка. – Иди приведи себя в порядок, заодно и поговорим.
Я решила поторопиться. Футболка источала омерзительный запах – впору алкоголиков пытать. За короткое время моего отсутствия Яков Лександрыч под стол не свалится. Как же я была неправа…
9
Замечательное
Из комнаты Вероники Георгиевны ничего доступного человеческому уху не доносилось. Яша громко заявлял о своей гениальности из столовой с помощью своего любимого музыкального инструмента. Вплоть до моего явления пред его светлы очи. Наташка даже расстроилась из-за меня – такую музыку испортила! В комнате супругов Сахновских работал телевизор. Похоже – только для Ванечки. Он единственный с удовольствием комментировал содержание американского боевика и даже помогал героям фильма советами типа: «Дай ему в глаз! Прячься! Ща в лоб засветят!» Супруги ругались. Причем Саша – чуть потише телевизора, Бабобаба – чуть погромче. Таким образом, разговор для Натальи получался несколько односторонним. Некоторое время она вынуждена была слушать, какая, по мнению Бабобабы, часть наследства подлежит распределению между живыми наследниками. Затем последовало интересное задание: Саше надлежало в кратчайший срок принять меры к исключению Янки из числа наследников. Этой нахалке совершенно ни к чему имущество покойной Серафимы. Пусть наследует теткины долги. Не успела Наталья разозлиться, как Бабобаба энергично возмутилась – наверное, Саша что-то не так сказанул. Она обозвала его тираном. Ванечка, ухитрявшийся следить и за действиями на телеэкране, и за разговором бабули с дедулей, радостно поправил: «Не тираном, а тираннозавром!», за что получил выговор от дедули, позволившему себе повысить голос и рекомендовать мальчику отправиться спать. После этого возникла небольшая полемика между всеми тремя по вопросу, кому следует катиться спать в первую очередь.
Наталья уже собралась покинуть свой пост, когда Бабобаба подошла вплотную к двери, чтобы закрыть ее на ночь, и злым шепотом выдала дверному косяку:
– Яша! Надо же такое сказать про собственного сына! И где? В доме, где все стены имеют уши! А слово-то какое нашел: «Убийца!» Да он абсолютно правильно дал по голове Леониду. Откуда он мог знать, что это не взломщик? Еще хорошо, что успела его оттащить. Бедный мальчик. Почти потерял сознание от страха…
В следующий момент щелкнул дверной замок в комнате Вероники Георгиевны, и Наталья мигом оказалась за углом коридора, намереваясь в случае чего нырнуть в туалет и засесть там хоть до утра. Не рассекречивать же себя перед настырной старушкой. Но, судя по тяжелой поступи бабули, она отправилась в другой конец коридора. Наташка окончательно в этом убедилась, осторожно выглянув из-за угла. Вероника Георгиевна, благополучно прокостыляв мимо холла, неожиданно исцелилась: обрела легкость походки, палочка-выручалочка перестала исполнять роль третьей ноги. Поигрывая слуховым аппаратом, старушка пристроилась у двери столовой и с интересом отслеживала ход разговора
Наталья, пробормотав: «Воистину, чудны дела твои, Господи!», быстренько свернула разведывательную деятельность и удрала наверх с мыслью, что они с Вероникой занимаются неблаговидным делом – подслушиванием. Подруга даже испытала подобие уважения к старушке: бедняжка талантливо дурит голову родным, чтобы избежать нагрузки домашних хлопот. Ну что требовать с болезной, нуждающейся в жалости и сочувствии?.. От ребят подруга получила сведения, что Янка из своей комнаты ни разу не выходила…
– Наталья, ты уверена, что это была Вероника Георгиевна?
– А что, у нас еще кто-нибудь с костылем шастает? Костыль ее, халат ее, дурацкая чалма на голове из шарфика – тоже ее. И зад – ее. Когда возвращалась, заглянула к ней – дверь открыта, кровать пуста.
– А перед?
– Ирка! Ты в своем уме? Какой перед? Говорю же тебе, это была Вероника! Что, я должна была гаркнуть бабусе – повернись к кухне задом, а ко мне передом? Темновато, конечно, было в коридоре, да и неслась она без костыля. Не как Вероника. Вот и вся разница… Слушай! Что ты меня путаешь? Я уже начинаю сомневаться в том, была ли там сама!
– Не сомневайся, была. Дело в том, что я тоже видела нашу бабусю, бодро несущейся из кухни в свою комнату. Без помощи костыля. Не старушка, а Джеймс Бонд! С чего бы она так резко поправилась на обе ноги?
Наташкиного ответа я уже полностью не слышала, погрузилась в пучину новых рассуждений. И собственные выводы мне очень не понравились. Очнулась оттого, что меня резко трясут за плечи.
– Ма! Приди в себя! – взывал ко мне сын. – Ты пытаешься натянуть на себя вторую футболку, причем через ноги. Пустая трата сил – на себе проверял. Только в темноте.
– Надо же! А мне показалось… Впрочем не важно… Это что же получается? – заволновалась я. – Яша убил Леонида Сергеевича? Нет, этого не может быть. Я-то с ним, можно сказать, из одной бутылки хлебала!
– Ты думаешь, это заразно? – Наташка издевательски хмыкнула. – Да, мать, докатилась ты. Алкашка! И ладно бы повод был…
– А повод был! Маэстро сообщил, что Аниту отравила Янка. И он тому свидетель! Кстати, Слава, постучи осторожненько в дверь к миледи. Еще не так поздно. Всего начало первого. Если она откликнется, извинишься, скажешь, что перепутал комнаты. В крайнем случае, пошлет тебя… куда-нибудь. А ты не ходи!
– А если не откликнется?
– Ты ее пошлешь! Неужели трудно догадаться? – возмутилась Наташка. – Может, сегодня ляжем все в одной комнате? Ир, ты, кажется, что-то болтала про негроидную расу? Славка, не тормози, тебя послали – ты иди.
Сын медленно направился к выходу и там застрял вплоть до окончания моего рассказа о негритятах «Made in Russia». Версия Маэстро вызвала различную реакцию: Славка с недоверчивой физиономией наконец-то вышел вон. Аленка торопливо пересчитывала на пальцах общее количество негритят. Наташка радовалась тому, что мы туда не входим.
– М-да… Дворцовые тайны… – глубокомысленно изрек Лешик.
– Миледи не отвечают, – доложил вернувшийся Славка. – Комната закрыта…
Он погасил свет, пробрался к окну, даже не отдавив никому ноги. Весь в папочку. Я бы непременно посшибала на своем пути все, что в принципе способно урониться.
– А свет в ее комнате есть. Либо она отправилась в ночное, «на дело», либо ей уже некуда спешить.
– Может быть, ты плохо ее позвал и она не пожелала откликнуться? – чувствуя заползающий в душу страх, слишком бодрым голосом поинтересовалась я.