Зигзаг неудачи
Шрифт:
Тихо, на цыпочках, я подошла к двери, рывком потянула ее на себя – в коридоре было пусто.
– Сквозняк! – объявила Яше.
За время моего отсутствия он успел глотнуть «Каберне» и встретил меня с перекошенной физиономией.
– Хорошее вино, – еле выдавил из себя. – Я сегодня полдня в кладовке просидел в качестве свободного слушателя и понял, кто «судья»!
– Кто? – невольно ощутив дрожь в коленках, громким шепотом спросила я. Во рту неожиданно пересохло.
Выхватив из рук Маэстро вино, я сделала большой глоток и перекосилась еще больше, чем он.
– Янка – стерва! – убежденно заявил Яша. Неловко
Следующим глотком из горлышка бутылки Яша дал мне время на размышление.
– Не знаю, – честно призналась я в конце концов.
– Завтра узнаешь, – уверенно изрек Маэстро. – От передозы снотворного. Я слышал, как вы уходили на море, а Янка скандалила с бабкой по поводу отсутствия своей пиалы с зеленым чаем. Так вот, пустую пиалу с остатками чая и заварки я обнаружил на столике в комнате Аниты. К приезду следователя она оттуда исчезла.
Последнее слово Яша буквально пропел женским сопрано, сделав смычком витиеватый жест вверх.
– Но Анита успела ее вылакать и понеслась переселяться к Наталье. Помнишь, как в самый первый вечер вы нахлебались такого же чайку? Я-то предпочел кефир. Вы и подумали, что я так пошутил. Только у вас доза была маленькая. Вы не являетесь участниками увлекательной домашней игры «Кто хочет стать миллионером?».
– Надо было пересмотреть все кухонные шкафы, не ограничиваясь одним! – ахнула я. – И Наташка забыла…
– Зато у меня память хорошая! – с гордостью произнес Яша. – Кухонный санитар! Вначале нас всех хотели немножко усыпить, чтобы втихаря пошуршать в кабинете Серафимы! Теперь ни одной пачки зеленого чая с жасмином не найдете.
Я так и осталась стоять с открытым для вопроса ртом. Чтобы не выглядеть совсем тупой перед пьяным, но хорошо соображающим Яшей, сделала вид, что мучаюсь жаждой, и схватила со стола первую попавшуюся бутылку. Кто ж знал, что там водка… На секунду перехватило дыхание. Выплевывать эту мерзость было некуда. Пришлось давиться ею самой.
– На, занюхни! – Яша сочувственно протянул кусочек хлеба. – Мне тоже не нравится выпивка, а уж водка – тем более.
Вдохнув аппетитный хлебный запах, я в полной мере оценила эту заботу. Неожиданно разгорелся аппетит. Пробежавшись с тарелкой по остаткам поминального шведского стола, я подвинула стул ближе к Яше и предложила закусить вместе со мной. Он сморщился еще больше, чем от «Каберне», и отказался.
– Почему ты решил, что Аниту напоила снотворным Янка? – сделав вынужденную паузу, чтобы опустошить тарелку, спросила я.
Яша хмыкнул:
– Да вы торчали у себя и ничего не видели. Анита, вернувшись с прогулки, вообще не спускалась вниз. У нее болела голова. Поднимаясь к себе, она попросила «заботливую девочку» принести крепко заваренного чайку. Янка, не обнаружив Галы на кухне, кляла их обеих. Но чай заварила и велела Гале, вернувшейся с поломоечного фронта, отнести его Аните. Когда настоится. Гала и отнесла. А сама Янка уселась в столовой смотреть какой-то диск. Позднее, когда отец притащил с пляжа мою бабку, у них начались разборки с Янкой по поводу чая, который якобы выхлебала бабуся.
– Да, но Гала может подтвердить, что не она готовила этот чай!
– Янка ее заткнет. Кто это видел? Кто слышал, что она носила пиалу Аните? Кроме меня. А меня здесь вроде как и не было! А то,
– Яша, а у Аниты есть дети?
– Не-а. Они с Казимиром оба были бесплодны! В свое время папаша ее хорошо упаковал, замуж выдал в надежные руки. А тут перестройка! Папа со своего высокого поста полетел и без почета вышел на пенсию. Муженек Аниту обчистил до копейки. Трудился, аки пчела, непрерывно перетаскивая добро в предусмотрительно подготовленную ячейку новой семьи. С шикарной девицей – красотка с великолепной фигурой. Мало того, еще и дура редкостная. Повезло мужику. К тому моменту он с ней уже двоих деток прижил. Анита после его ухода запила. Тут ее еще, как на грех, из театра на пенсию спровадили. Балерина была рядовая, а гонору – как у примы. Так и перебивалась на свою пенсию балерины, еще наследственное золотишко спускала да подачки от Казимира с Серафимой получала. Сейчас вроде с каким-то рыночным бизнесменом в одной упряжке… Ир! Давай по маленькой, а? Ты правда замужем?
Пьяненькое лицо Маэстро осветилось слабым лучом надежды. Скорее всего, на то, что я все-таки замужем.
Я слегка опешила:
– Ты не о том думаешь! И меня с мысли сбиваешь.
– А давай зарядим мозги…
Не вставая с места, одной загребущей рукой Яша смахнул на пол все, что ему показалось лишним, и на освободившееся пространство аккуратно положил скрипку и смычок. Взгляд его хищно уставился на дальний конец стола, где красовалась бутылка коньяка. Я решила, что пора откланяться: звон разбитой посуды возвестил об окончании вечера вопросов и ответов, несмотря на то что у меня их было много в запасе.
– Извини, тороплюсь, – отступая к двери, объявила я. И очень удивилась, что дверь заклинило…
Маэстро был прав – следовало подзарядить мозги. Опять забыла, что все двери в доме открываются внутрь. Открывала ее довольно долго – почти всеми частями тела. После небольшой передышки нашла единственно правильный подход и дверь бесшумно открылась. Яша укоризненно крякнул и принял обиженный вид. «Сейчас окончательно налакается, – подумала я. – Надо идти за подкреплением». С таким страшным явлением, как пьянство, лучше бороться коллективно. И чем больше народу в коллективе, тем меньше достанется проклятого зелья виновнику сбора. Мне, пожалуй, лучше не наливать. Свой скромный вклад в борьбу с порочным явлением я уже внесла. Добровольно. В голове слегка шумело, поэтому, когда я перешагнула порог, решила, что у меня глюки: по коридору в сторону своей комнаты на цыпочках неслась Вероника Георгиевна – глухая и хромая свекровь Бабобабы. Костыль был зажат подмышкой. Видение, мелькнув подолом пестрого халата, исчезло. Я немного постояла, потом доплелась до кухни, убедилась, что там никого нет, и решила отправиться к себе. За коллективом. Но он, родной, во главе с Натальей уже спускался вниз.