Зимних Дел Мастер

Пратчетт Терри Дэвид Джон

— Почему? Что они…? Нет, не говори мне! — быстро сказал Роланд.

Он шел через тени, открывая и закрывая глаза, чтобы ничего не упустить. Старуха ушла, но сумрак начал заполняться людьми. Многие из них просто стояли или сидели. Были и такие, что безмолвно бродили среди теней. Он миновал мужчину в старинном одеянии, уставившегося на свою руку так, будто никогда раньшее ее не видел.

Им встретилась женщина, укачивающая воображаемого ребенка и тихим, дестким голосом выпевающая какой-то

бессмысленный набор слов. Она улыбнулась Роланду странной, безумной улыбкой. Прямо позади нее стояла мара.

— Ну хорошо. — мрачно сказал Роланд. — Можешь рассказать мне, что они делают.

— Они воспоминания едят. — ответил Роб Всякограб. — Думы твои для них существуют наяву. Все, что желаешь и на что уповаешь — то для них харчи! Паразиты они, вот кто. Вот что случается, когда за такими местами нет пригляда!

— И как мне их убить?

— О, как злостно ты щас сказанул. Послушайте ка Величего Героя! Не утруждайся ими, хлопец. Они на тя не нападут, а у нас есть здесь работенка.

— Ненавижу это место!

— Ага, в пекле малек поживее будет. — сказал Роб Всякограб. — Притормози-ка — мы вышли к реке.

Через Подмирье текла река. Она была черная и маслянистая и сочно плескалась о берега.

— Я слышал об этой реке. — сказал Роланд. — Здесь должен быть перевозчик, верно?

— ДА.

И внезапно он оказался перед ними — в длинной лодке с низкими бортами. Перевозчик был конечно же в черном и капюшон был глубоко надвинут, чтобы полностью скрыть лицо, что, явно, было только к лучшему.

— Здорово, приятель. — бодро поприветствовал его Роб Всякограб. — Как делишки?

— О НЕТ, ТОЛЬКО НЕ ВЫ ОПЯТЬ, — сказала темная фигура голосом, который скорее можно было почувствовать, чем услышать. — Я ДУМАЛ, ВАМ СЮДА ВХОД ЗАПРЕЩЕН.

— Да всего лишь мелкое непоразумение. — ответил Роб, съезжая по роландовым доспехам. — Но ты должон нас пропустить, потому как мы уже мертвы.

Фигура вытянула руку. Рукав черный балахон открылся и на Роланда указало то, что на его взгляд было костью.

— НО ОН ОБЯЗАН ЗАПЛАТИТЬ, — обвиняюще сказал перевозчик голосом могил и кладбищ.

— Только когда окажусь на другой стороне. — твердо ответил Роланд.

— Ох, да ладно те! — сказал Вулли Валенок перевозчику. — Не зришь что ли — энто Герой! Если нельзя доверять Герою, то кому же доверять?

Одеяние так долго рассматривало Роланда, что казалось прошла сотня лет.

— О, НУ ТОГДА ЛАДНО.

Фиглы начали карабкаться на борт гниющей лодки со своим обычным энтузиазмом и криками — „Кривенс!“ „Когда выпивку дадут?“ и „Вот мы и в Стиксе!“, а Роланд забирался с осторожностью, подозрительно поглядывая на перевозчика.

Фигура налегла на большое весло и они отправились в путь, сначала со скрипом, а потом —

как это не было прискорбно и к вящему отвращению перевозчика — с песней. В какой то степени песней, потому что пели ее невпопад и игнорируя тональность.

— Из-за острова трова из-за на острова…

— ПОЧЕМУ БЫ ВАМ НЕ ЗАТКНУТЬСЯ?

— На простор речной простор…

— БУДЬТЕ ТАК ЛЮБЕЗНЫ!

— И-за острова на простор речной простор…

— Мистер Всякограб? — спросил Роланд, когда лодка толчками заскользила вдаль.

— Айе?

— Почему рядом со мной сидит голубой сыр, завернутый в обрывок тартана?

— А, энто Горацио. — ответил Роб Всякограб. — Побрательник Вулли Валенка. Он те не мешает?

— Нет. Но он пытается петь!

— Айе, голубые сыры любят малек похмыкать.

— Мнямням мням мнямням… — пел Горацио.

Лодка стукнулась в дальний берег реки и перевозчик быстро вышел на берег.

Роб Всякограб вскарабкался по дырявой кольчуге Роладна и зашептал: — Когда я дам те сигнал, драпай!

— Но я могу заплатить лодочнику. У меня есть деньги. — ответил Роланд. хлопая себя по карману.

— Чегось? — сказал фигл таким тоном, как будто это была какая-то странная и опасная идея.

— У меня есть деньги, — повторил Роланд. — Переправа через Реку Мертвых стоит два пенса. Это старая традиция. Два пенса кладут на глаза мертвым, чтобы они заплатили лодочнику.

И Роланд кинул две монетки в костяную ладонь перевозчика.

— Экий ты разумник. — сказал Роб, — А четыре пенса ты захватить не догадалася?

— В книге говорилось, что мертвым полагается два пенса. — ответил Роланд.

— Айе, мабудь им полагается. — согласился Роб, — Только мертвяков назад никто не дожидается!

Роланд поглядел назад через темную реку. На другом берегу оранжевого сияния стало намного больше.

— Мистер Всякограб, я был пленником Королевы Эльфов.

— Айе, мне то ведомо.

— В нашем мире прошел целый год, но в том мире всего лишь несколько дней… но эти недели тянулись, как столетия. Они были такими… однообразными. Через какое-то время я почти все забыл. Свое имя, тепло солнечных лучей, даже вкус настоящей пищи.

— Айе, нам то ведомо. Мы тя вызволять помогали. Спасибо ты нам так и не молвил, но ты почти все время в отключке был, вот мы и не обижаемся.

— Тогда позвольте мне поблагодарить вас сейчас, мистер Всякограб.

— Да не стоит. Обращайтесь еще. Рады были помочь.

— У Королевы есть питомцы, что кормят вас мечтами, пока вы не умрете от голода. Я ненавижу все, что пытается отнять у вас ваше я. И я хочу убить их, мистер Всякограб. Я хочу убить их всех. Когда у вас отнимают память, у вас отнимают вас самих. Все, чем вы являетесь.