Зимний сон Малинки
Шрифт:
– А может, останешься на ужин?
– я осмелела.
– У меня, конечно, не ресторан. Я не знаю, к чему ты привык, но…
Гордеев меня остановил. Нашел и сжал мои пальцы в своей ладони.
– Маша, поверь, я бы очень хотел остаться, - сказал, глядя в глаза, - но нельзя. Легенда должна жить вечно. Дед Мороз приходит и уходит, а мне еще костюм в театр нужно вернуть – у ребят завтра с утра представление. Я слово дал.
– Куда? – я вновь изумленно моргнула. Ведь не ослышалась? –
– Ну, да, - Димка улыбнулся шире. – В наш, художественный. У них самый красивый оказался. Вот еле-еле на два часа арендовал. Не поверишь, - тихо рассмеялся, - пришлось использовать все связи – в это время такой ажиотаж, ни с кем не договориться. Кстати, - он очнулся и полез рукой в карман брюк. – Вот, возьми. Это вам с детьми.
– Что это?
– Всего лишь билеты в театр на Новогоднее представление - первый ряд. Обещают, что будет интересно. Все оплачено с подарками.
Я никак не могла поверить, что это происходит наяву – неожиданная сказка, которую придумал Димка. Выставила вперед руки, отказываясь…
– Дима, я не могу взять! Ты сошел с ума!
…но он уверенно поймал их и вложил в ладонь билеты.
– Можешь и возьмешь, Маша!
– сказал твердо. – Это детям от меня.
– Но зачем?
– Затем.
Темные глаза на миг прикрыли густые ресницы. Взгляд и голос Димки вновь смягчились. Я почти не видела за бородой и париком его лица, а так хотелось коснуться ладонями щек. Еще раз почувствовать под губами легкую щетину.
– Малина…
– Да?
– Я не успел купить подарок для тебя. Боялся опоздать…
– Что ты, не надо!
– Это тебе.
Димка отступил на шаг и достал из-за пазухи небольшой букет – что-то очень нежное. Настолько нежное, что я все-таки не смогла сдержать слезы, и они встали в глазах, замутив взгляд.
Я и не помню, когда мне дарили цветы. Это совершенно точно было в другой жизни и с другой девушкой. Так давно, что я успела забыть.
Димка схватил меня за плечи и вытащил из прихожей на лестничную площадку, закрыв за нами дверь. Стянув с головы бороду и шапку, прижал к себе и крепко поцеловал в губы. Все целовал, целовал, не в силах оторваться. Но наконец-то вздохнул, не отпуская.
– Маша, больше всего на свете я бы сейчас хотел остаться с тобой! Это правда, верь мне! Ночью я улетаю, но постараюсь вернуться как можно скорее. Когда вернусь, поставлю елку. Не скучай, договорились?
Я покачала головой.
– Не обещаю.
– Машка! Что ты со мной делаешь! – ну вот, снова обнял, и снова поцеловал, а я и себе прижалась с чувством.
Как
– Мама!
– Мама! Ты где?
– Иди, Малина! – Димка отстранился и отступил к лестнице, когда я обернулась. – Тебя дети ждут! Иди, ты первая! – улыбнулся, и я так и не увидела, как он ушел.
– Пока!
– Пока! – только на прощание еще раз коснулась губами теплых губ, задержав дыхание. – Спасибо, Дима!
POV Гордеев
Звонок отвлекает меня в дороге. Едва я включаю телефон, как он раздается сразу же – требовательный и настойчивый, как будто отец только и ждал этой минуты.
– Слушаю.
– Дима, что происходит? Почему ты не отвечаешь на звонки? С самого утра тишина – ни я, ни мать не можем к тебе дозвониться. Исчез, как в воду канул! И где тебя искать прикажешь?
Я еду по дороге, веду автомобиль заснеженной трассой, и держу руль так же уверенно, как отвечаю.
– Привет, папа. Не нужно меня искать. Лучше скажи: зачем я тебе так срочно понадобился? Мы с тобой только вечером виделись.
– Что значит: зачем? Хочу знать: где ты!
– Со мной все в порядке, теперь знаешь.
– Это не ответ!
– Это ответ, пап, - спокойно возражаю, - и предельно честный. И лучше перестань давить, как ты привык. Мне кажется итак достаточно. Что-то ты в последнее время слишком многого от меня хочешь.
– То есть? – голос отца понижается на несколько градусов, но еще не звенит холодом, как он это умеет. Сколько раз в детстве я обжигался об этот холод, пока однажды не привык и не застыл сам.
– Дима, я по-прежнему жду, что ты одумаешься. Наш разговор не окончен с твоим вчерашним уходом. Я строил свой бизнес не для того, чтобы в один прекрасный момент он обрушился из-за твоего упрямства. Сила Гордеевых в крепком фундаменте и расчете, и пока ты не наделал ошибок, я повторю это столько раз, сколько потребуется!
Он бы не повторил. Он бы потребовал.
Если бы мог.
– Не преувеличивай. Твоему бизнесу, как и полгода назад, ничего не грозит, я это знаю изнутри. Лучше признай, что мое решение идет в разрез с твоими амбициями – в этом вся причина. По крайней мере, так будет честно. Куда честнее, чем распинать меня перед своими директорами и партнерами, обрисовывая ускользающие перспективы. За день ничего не изменилось, я готов тебе ответить то же самое. «Гарант» не нуждается в объединении с группой Бартон. Ни сегодня, ни в будущем. Он прекрасно функционирует в своих границах.