Змееборец
Шрифт:
– Мне все равно кого убивать, – задумчивость в голосе Эльрика никак не увязывалась с тем, как твердо держал он меч. – Она нарушила… правила.
«Закон» – Легенду слегка передернуло. Эльрик хотел сказать «закон», но в последний момент подобрал другое слово. А красные глаза уже вновь глядели на прижавшуюся к стене женщину.
– Второй раз, – шефанго по-прежнему не опускал меч. – Первый я простил, помнишь? Но сегодня ты попыталась отравить не меня, а мою прекрасную госпожу. Этого я простить не могу. Выбирай, жрица.
Он не
Играл?
Прежде чем Легенда смогла додумать неожиданную мысль, хозяйка сдавленно проговорила:
– Вира, Змееборец. Я заплачу виру, которую ты назначишь.
Меч опустился с угрожающей неспешностью. Хасг обошел Легенду, молча протянул Эльрику ножны, и сияющий клинок лег туда так беззвучно, словно лезвие было лучом света, а не полосой стали.
– Что ж, – шефанго раздумчиво постучал по ножнам кончиками когтей, – будет справедливо, если ты исправишь ворожбу ворожбой. Ты начала ткать черные чары, значит, берись за белые. Командор, ты сможешь расплести начало ее заклятья?
– Только уничтожить, – Хасг поглядел на Легенду с холодным интересом, как будто не он минуту назад вступился за нее вместе с Эльриком. – Я работаю аккуратно, но тут плелось по живому. Будет ожог.
– Нет уж, не надо. Яга? Ты сама способна распутать то, что наделала?
Жрица покачала головой.
– Нельзя плести обратно. Легче мне самой упасть на твой меч.
– Вот и ответ на твой вопрос, – Хасг вновь первым обратился к Легенде, второй раз за сегодняшний вечер.
– На какой вопрос? – Легенда более-менее успевала за событиями, хотя ей казалось, что многое проскальзывает мимо ее зрения и слуха, остается между Хасгом и Эльриком. Между Эльриком и Ягой… и она не помнила, чтобы спрашивала о чем-то.
– Она человек, – Хасг кивнул на жрицу. – Люди не умеют давать обратный ход подобным чарам и заклятьям, и не умеют уничтожать их.
– Умеют, – вмешался Эльрик, – но только ценой жизни или дара, о чем и речь. Но мы поступим проще. Командор, ты перенесешь чары с Легенды на нашу хозяйку. А ты, – холодный мертвый взгляд уперся в Ягу, – исцелишь ее душу. – Он чуть изогнул губы в намеке на улыбку, – наворожишь счастье, так вы это называете. И верь мне, женщина, за каждым витком твоей ворожбы будет следить чародей, обманывать которого не рискну даже я.
– Пощади меня, Змееборец, – с неподдельной тоской взмолилась Яга, – ты не знаешь, какой ценой дается такая ворожба.
– И знать не хочу, – Эльрик пожал плечами, – Дхис…
Змей метнулся с его руки, как живая молния. Обернулся вокруг шеи жрицы, раскрыв пасть зашипел ей в лицо.
– Можешь выбрать смерть, – сказал шефанго, – или отдать свой дар, чтобы распутать наложенные чары. Тебе решать. Только решай быстрее, не заставляй меня ждать и сердиться.
Легенда
– Она приняла нас в своем доме, – тихо напомнила Легенда на эльфийском.
– Вот именно, – подтвердил Эльрик. – Она приняла нас как гостей, чтобы преступить правила гостеприимства. Ты знаешь, что она делает с теми, кто умирает под ее крышей? Ты понимаешь, что она попыталась проделать с тобой?
Он резко развернулся к застывшей у стены хозяйке:
– Ты определилась? Что бы ты ни решила, иди к себе и начинай ворожбу. Йорик…
– Я прослежу, – кивнул Хасг.
На глазах у растерянной Легенды Яга шагнула в стену и словно растворилась в живых узорах деревянных панелей, а спустя миг точно так же исчез из горницы Хасг. Кем бы он ни был, орочьим шаманом, черным колдуном, или – да простит Владыка за ересь – эльфийским жрецом из рода Нур, он понимал, что происходит, и мог что-то предпринимать.
А еще он, кажется, был единственным, кто реально способен противостоять хозяйке этого дома. Несмотря на то, что Эльрика та боялась больше. Гораздо больше.
– Ты не убил бы ее, – сказала Легенда, когда решила, что никто их не слышит.
Эльрик вздохнул и вышел из горницы. Не сквозь стену, а по-людски, через дверь. Ту самую, из которой они с Хасгом появились так вовремя. Там, за дверью, был коридор и несколько спален и лестница на первый этаж…
И Легенда не могла отделаться от мысли, что полчаса назад ее не случайно оставили наедине со жрицей.
Шефанго вернулся с кувшином горячего вина и деревянным подносом, на котором горками была уложена разная еда. Совсем разная. Нарезанные яблоки соседствовали с копченым мясом, а рыбная строганина – с кусочками сотового меда. Что-то там было еще, так же вперемешку, и во всех продуктах Легенда опознала их собственные припасы.
– Подержи.
Эльрик сунул поднос Легенде в руки. Сдвинул расставленные на столе блюда, сдвинул даже скатерть. В гостях у Яги лучше не принимать угощения. Он тоже знает это. И Хасг наверняка знает. И они, все трое, все же, пришли сюда и останутся здесь ночевать.
– У меня был повод убить ее, – сказал Эльрик, водружая на стол кувшин, и усаживаясь напротив Легенды, – а когда доходит до убийства, я не делаю разницы между мужчинами и женщинами.
– Нас что подслушивают? – уточнила Легенда, обмакивая в мед белую яблочную дольку.
– Нет.
– Тогда почему бы тебе не сказать правду?
– Ну, – Эльрик улыбнулся, – я ведь не говорю, что смог бы ее убить. Я всего лишь говорю, что у меня был для этого повод.
– Причем, дважды.
– Да.