Знахарь
Шрифт:
Решительность, написанная на лице крепыша, столкнувшись с холодом в глазах парня, сменилась смущением и растерянностью.
– Я тоже не рад тебя видеть, - первым нарушил неловкое молчание Владимир. – Предлагаю обойтись без объятий и пожимания рук, считай, что мы поприветствовали друг друга. С чем пожаловал?
– Я не один, - отец, ранее самоуверенный и пышущий непробиваемым апломбом, не мог собраться с духом.
– По выходным не подаю, - резко ответил Огнёв родителю, ненависть к которому давным-давно остыла, превратившись в хладный пепел, но неприязнь никуда не делась, да и прощать господина Чаровникова Владимир не собирался.
– Ты неправильно… э-э…, - запнулся папаша, наливаясь
– Повторяю, с чем пожаловал? У меня время не резиновое, рассусоливать с тобой я его не собираюсь, - пошёл на обострение Владимир. – Рожай быстрее.
Тем временем из громадного родительского внедорожника выбралась мачеха с единокровным младшим братом Огнёва на руках. От злобной мегеры не осталось ни следа, если не считать фактуры и общей стервозности, которую не смогли подавить никакие беды. Сейчас в глазах и в душе Дианы Николаевны плескался незамутнённый страх, что им откажут в помощи и от того огонь ненависти, спрятанный женщиной глубоко в душе, горел неугасимым пламенем. Противоречивые чувства буквально разрывали госпожу Чаровникову на части.
– Помоги…, - собравшись с духом и оглянувшись на жену, просипел отец. – Вылечи Вадимку. Любые деньги…
– Объясняю один раз, «лавэ» оставь себе. Бабки я с тебя не возьму. Ты другим рассчитаешься, - принял решение Владимир, окунаясь в ледяное спокойствие.
Подойдя к мачехе, он провёл рукой с раскрытой ладонью над братом, впрочем, и без показательной диагностики тёмный, с краснотой узел на позвоночнике выше поясницы мальчишки, видимый магическим зрением, показывал, что у того серьёзные проблемы с опорно-двигательным аппаратом.
– Так, коротко и ясно, когда и что произошло? Указав пальцем на спину брата, спросил Владимир у мачехи.
– Месяц назад, ударило острым краем сиденья качелей в парке, - коротко, почти по-военному выложила мачеха и зачем-то добавила:
– Нянька недосмотрела.
– Да-да, нянька виновата, а мамаша где была? По салонам таскалась? Конечно, дел невпроворот, тут бы пилинг или макияж сделать… А папаша где был? С корешами зависал? Ой, с партнёрами по бизнесу дела утрясал. Вестимо, не барское это дело с младенями сидеть. А нянька, да, виновата, кто-то же должен быть виноватым - с сарказмом произнёс Владимир, с неприязнью наблюдая за тем, как взгляд мачехи прикипел к обручальному кольцу на безымянном пальце.
– Вопросов не жду, поздравления не принимаю, - указал на приснопамятное кольцо Владимир.
– Ты можешь… - поняв, что им не откажут, мачеха стала смелее.
– Могу, - перебил Владимир, - я много чего могу, в том числе и это. Приезжайте завтра утром, займусь, а пока поговорим об оплате.
– Ты же сказал, что денег не возьмёшь, - опешил папаша, на лице мачехи также проступило недоумение.
– Деньги оставьте себе, оплату я возьму интересным документом, в котором ты, - палец Владимира упёрся в грудь отца, - полностью отказываешься от родительских прав в отношении меня. Возражения или иные варианты расчёта не принимаются. Сейчас ты сваливаешь отсюда и начинаешь заниматься этим вопросом. У вас, в скором времени мой бывший родитель, получится это быстро, я в этом уверен. Взамен я готов подписаться под любыми бумагами, в которых отказываюсь от наследства, выплат и всего прочего. Предлагаю разойтись, как в море корабли. Я вам ничего не должен, вы мне ничего не должны. Вика в расчёт уравнения не берётся, оставим её за скобками. Итак, условия принимаются?
– Принимаются, - выдавил отец, загнанный в угол обстоятельствами. – Сука ты и сволочь.
– Хотите познакомиться с эпитетами в отношении вашей персоны или у вас проснулось и зудит желание побазарить за жизнь, господин Чаровников? Нет? Почему-то я так и думал, а теперь
Через минуту громадный чёрный внедорожник скрылся за поворотом, а Владимир, чувствуя себя будто после разгрузки пары вагонов с цементом в мешках, поплёлся к себе. Слава всем святым, в массе своей горожане ещё не прознали о возвращении целителя, а то в квартиру пришлось бы пробиваться с боем. Но ничего, сарафанное радио скоро разнесёт новость по округе. Как-то же папаша узнал о нём. Скорее всего через братков и прикормленных чиновников, шепнул кто надо за мзду малую или большую, тут надо смотреть на должность «шептуна». Завтра он займётся этим вопросом. Пришло время задействовать собственные связи. «Болтуну» не помешает прижечь язык.
– Это были твои родители? – встретила Владимира Настя. – Я в окно через тюль наблюдала.
– Отец с мачехой и братом, - рухнул в кресло Огнёв.
– Красивая и эффектная женщина.
– Змеи, особенно ядовитые, тоже красивые, а какие эффектные - просто не передать словами, - не полез за словом в карман Владимир. – Я думал, что пережил это, а всё равно, будто раскалённой кочергой в душе пошуровали. Когда-то давным-давно я мечтал об отце, стремился чтобы он принял меня и не отталкивал. Наивный… А сейчас хочу окончательно избавиться от последних связей с ним.
– Я слыхала расхожую житейскую мудрость о том, что, если вы хотите тепла от детей в старости, не дышите на них холодом в детстве.
– В том то и дело, что ни тепла, ни холода, ничего не было. Дышали равнодушием и ненавистью. Изгой, по сути, пустое место для папаши и живое ненавистное напоминание для мачехи, которое она стремилась извести всеми доступными способами, а позже, после того как отобрал у них Вику, я стал ещё и врагом под первым номером.
– Господи, как ты ещё не стал обладателем кучи разных комплексов?
– А кто говорит, что не стал? Куда без них, но я с ними боролся с переменным успехом. Просто, когда стал чуть постарше, я отгородился от мира и только Вика была связующим звеном с окружающей действительностью. Чуть позже я открыл для себя бесплатные спортивные секции и кружок танцев в школе. Наверное, так везде, парней на танцах вечно не хватало, поэтому в кружок гребли всех подряд, было бы желание. Думаю, что некоторым даже приплачивали, - усмехнулся Владимир. – Так вышло, что, найдя «лунку» на законных основаниях не видеться с «горячо любимыми» родителями, с шестого класса я только ночевал дома, поэтому папаша махнул рукой на переезд отпрыска в летнюю кухню. С глаз долой, из сердца вон и в доме никто под ногами лишний раз не путается.
– А на каникулах?
– Работал, - спокойно ответил Владимир. – С деньгами на карманные расходы, как ты понимаешь, у меня был полнейший напряг, поэтому наполнение кошелька и прочие хотелки целиком и полностью ложились на собственные руки, голову и способность заколотить копеечку. Автосервис, курьер, дворник, бригады строителей и шабашников, так что и летом я старался как можно реже мозолить глаза папаше с мачехой, тем более мне прямо сказали быть готовым освободить занимаемую жилплощадь на следующий день после совершеннолетия. Откормили, отпоили – досвидос! Вали на все четыре стороны. Зато и плюсы есть: заколотить гвоздь, починить машину или построить дом твой супруг теперь сумеет без посторонней помощи, хотя с помощью быстрее и веселее. У меня, Лапушка моя, до определённого времени практически не было ничего своего, поэтому нет ничего удивительного в том, что у бедного сиротки при живых родителях развился комплекс беречь и защищать то, что сиротинушка считает своим. А ты, красавица, как ни крути – моя, поэтому теперь смиренно принимай защиту и не обижайся на собственнический инстинкт мужа.