Золотая девушка
Шрифт:
– Бедный старик, – покачал головой Трент.
– Он пытался тебя убить! – воскликнул Волкштадт. Его глаза вдруг сделались внимательными, на лицо вернулась привычная улыбка. – Так на чьей ты стороне?
– Ни на чьей. Я
– Черта с два! У меня на тебя такое досье, что у тебя волосы встанут дыбом. – Волкштадт встал. Взгляд его стал холодным и твердым, и Трент на мгновение вспомнил Луиса, психопата. – Играй со мной в игры, да оглядывайся.
Трент вскочил с кресла. У него было не много сил, но он подумал, что на это хватит.
– Оглядываюсь, – отозвался он. – Стоит мне лишь что-нибудь разузнать, ты труп. – Собрав последние силы, он ударил Волкштадта по лицу и почувствовал, что сломал американцу нос. – Черт! – Трент засунул руку под мышку.
В отличие от Волкштадта, у него не было никаких вещей. Он вышел из госпиталя.
В тени акации стоял белый джип «Чероки» и около него – Бенсон. Рядом на пончо разлегся Пепито, положив голову Да колени симпатичной темнокожей женщины лет тридцати в джинсах и футболке без рукавов. Трент заметил красивые кольца, дорогие часы. Другая женщина сидела поблизости с книгой в руках. Она была одета в запахивающуюся юбку и короткую блузку. Короткие волосы, вздернутый
Из автомобильного приемника доносились звуки «Фигаро». Мексиканец спал. Трент подошел к ним, чувствуя боль в руке. Женщина закрыла книгу. Изабель Альенде, «Любовь и сумерки». «Она на верном пути», – подумал Трент.
– Мануэла Фуентес, – представилась она.
– Трент, – сказал Трент. – Очень приятно, сеньорита.
Пепито зевнул и открыл один глаз.
– Ну что, вмазал ему? Трент показал руку. Сквозь бинты просочилась кровь.
– Змею всегда нужно давить вовремя, – сказал мексиканец. Он указал на женщину рядом. – Тина, инженер из Венесуэлы. Мы подумали, что нам следует съездить и посмотреть, как снова поставить твою яхту на воду.
– Звучит неплохо, – улыбнулся Трент. Пепито еще раз зевнул, потянулся и встал.
– Мы пригласили Бенсона, но сумасшедший гринго говорит, что должен возвращаться в офис.
Несмотря на костюм, Бенсон выглядел своим в этой компании.
– Как-нибудь в другой раз, – сказал он.
– Спасибо, что дождались, – поблагодарил его Трент. – У меня все записано на пленку. – Он повернулся к Пепито:
– Ты снимешь с меня этот магнитофон или мне носить его до конца жизни?