Золотые поля
Шрифт:
— Белла увидит и…
— Меня волнует не Белла, а только ты! Пошли.
— Куда?
— Куда-нибудь, где мне помогут избавиться от этой отметины.
Он подозвал экипаж, дал вознице адрес и попросил ехать быстро. Прошло всего несколько минут, и Айрис узнала район, иногда называемый Вестуорд-Хо.
— Здесь моя старая школа, — рассеянно заметила она, оглядываясь на высокие ворота женского учебного заведения.
Заплатив вознице, Джек провел девушку в сад перед большим красивым домом.
— Господи! Я
— В самом деле?
— Да. Хозяин был военный. Кажется, тоже доктор.
— Входи. — Он протянул руку, помогая ей войти. — Я попросил агента по продаже оставить дом открытым, чтобы можно было осмотреть его. — Брайант ввел Айрис внутрь.
— Ой, Джек! — произнесла она, оказавшись в помещении. — Посмотри, какой чудесный терракотовый пол. Здесь так прохладно.
— Позволь показать тебе дом, хотя, возможно, это ты должна была бы знакомить меня с ним. Из гостиной через эти двойные двери можно попасть в просторную столовую. На той стороне холла еще одна прихожая, дальше уединенная комнатка для отдыха, — объяснил он.
Стоя посреди коридора, она любовалась симметричными помещениями, отходящими от него.
Дом остался в точности таким, каким его помнила Айрис. Панели темного дерева и терракотовые паркетные полы.
— Здесь еще должны быть мозаичные окна…
— Они есть, но только в небольших проемах. Я люблю приглушенную элегантность.
— Чувствую запах трубочного табака.
Джек указал в сторону гостиной, и Айрис последовала за ним.
— Не хочу тебя огорчать, но доктор умер года два назад.
— Как жаль, — пробормотала она.
Застекленные створчатые двери вели на просторную заднюю веранду, что в свое время безусловно считалось оригинальным и роскошным. Джеку это подходило. Айрис позавидовала тому, что у него есть возможность приобрести дом.
— Так ты собираешься купить его?
— Уже купил, — сказал он.
Впервые за все время ей показалось, что Джек Брайант выглядит чуть глуповато.
— Ты шутишь.
— Я не мог ждать. Он мой.
— А как же вся эта мебель?
Джек неуверенно осмотрелся.
— Очевидно, продавец в ней не нуждается.
Айрис ошеломленно воззрилась на него.
— Но здесь есть чудесные вещи — диван, вон тот прекрасный сервант, хотя он больше подойдет, наверное, для столовой. Еще эта чудесная этажерка.
— Я знаю. Что тут скажешь? Мебель разбросана там и сям. Тебе нравится этот дом?
— Джек, безумно! Какой ты везучий! Я отдала бы все за то, чтобы жить в таком прекрасном доме!
— Все? — Джек взглянул на нее так, что у Айрис перехватило дыхание.
Его лицо было очень серьезно.
— Он может быть твоим, если ты захочешь, — тихо произнес он.
Прищурившись, Айрис ответила притворно-разгневанной миной и двинулась перед
— Если память меня не обманывает, при этом доме должен быть чудесный сад, — легко, словно летя на какой-то волне, произнесла девушка. — В нем росло высокое хлебное дерево.
— Пойдем взглянем.
Сперва он провел ее в уединенную комнату отдыха, оттуда, через еще одни двойные двери, — на веранду, с которой открывался вид на густой запущенный сад. Там и в самом деле росло хлебное дерево с крупными тяжелыми плодами.
Айрис издала негромкое восклицание. Она его узнала!
— Мы бросали плоды, кто дальше, — со смехом сказала девушка.
— Здесь надо немного приложить руку, — задумчиво произнес Брайант, окидывая взглядом буйную зелень.
— Все можно сделать быстро, — ответила она. — Взгляни на это огромное дерево манго. Какой великолепный дом с чудесным садом. Ты молодец, что купил его, я тебе завидую.
— Рад, что ты одобряешь, — улыбнулся Джек.
— Так что же ты намерен с этим делать?
— Пока не знаю. Сначала я хотел просто вложить во что-нибудь деньги. Военные ведь снимут дом в мгновение ока, поэтому я не слишком волнуюсь, что потратился. Но, поглядев на это сегодня с тобой, я подумал, что, наверное, стоит сохранить особняк для себя. Может, ты поможешь мне заново его отделать, вернуть ему былую красоту. Кто знает, возможно, он станет местом, которое я смогу назвать своим домом?
Он присел у низкой стены веранды, и в этот момент Айрис ощутила, как уязвим Джек Брайант. Он пользовался популярностью, но не имел близких друзей, не считая Неда, был одним из самых красивых и завидных женихов во всей Южной Индии, но при этом жил тихой жизнью в удаленном поселке. А кутил он, как однажды обмолвился Нед, по большей части в Бангалоре, подальше от злых языков, которых хватало в Полях.
— Ты одинокий остров, Джек.
— Мама, бывало, обвиняла меня в том же недостатке.
— Не знаю, недостаток ли это. Просто факт. — Девушку с непреодолимой силой тянуло к нему, и она прикоснулась к его щеке. — Прости. Теперь пятно гораздо бледнее.
Он накрыл ее руку своей, большой, перевернул ладонь и нежно поцеловал. То же самое всего несколько дней назад делал Нед, но действия Джека были гораздо более чувственными, губы несравненно мягче. Его нежность и эта неожиданная хрупкость растопили ее сопротивление. Последние остатки здравого смысла взывали к ней, требуя, чтобы она отшатнулась от него. Вместо этого Айрис придвинулась ближе, а он уже был готов, раскрывал объятия. Притянув ее к себе так, что она оказалась у него между коленями, Джек зарылся лицом ей в грудь и обхватил ее талию здоровой рукой.