Золотые поля
Шрифт:
— Что-то мне не очень нравится такой разговор. Надеюсь, обвинения Беллы и в самом деле беспочвенны.
— Хватит. Я просто хочу сказать, что в наше время все сложнее. Сейчас уже не надо выходить замуж за первого, кто этого пожелает, просто потому, что его одобрили родители. Я должна быть уверена в том, что хочу оставаться с Недом всю жизнь. Теперь, пока не передумала, давай я лучше пойду за асафетидой.
— Зайти в лавочку в Марикуппаме.
— Хорошо, но тогда одолжи мне на сегодняшний вечер нитку жемчуга.
— Договорились.
Утро было чудесное. На улице царила такая восхитительная прохлада, что в воздухе будто пахло Рождеством. Айрис задумалась о том, приедет ли Джек еще. Вчера вечером она его видела. Он не мог знать, что она находится в саду, вполголоса разговаривая с Джимом о предстоящем решении.
— Вон мотоцикл. — Сквозь ветки тамаринда Джим заметил в отдалении свет фар.
У Айрис скрутило живот. Был только один человек в Полях, который, как ей было известно, грозился завести мотоцикл. Так что они внимательно наблюдали, как Джек притормаживает, останавливается и смотрит на дом.
— Отличный мотоцикл, — шепнул Джим.
Только он один, кажется, не осуждал Джека.
— Надо же, как он по тебе чахнет, — поддразнил ее брат, и она в темноте ущипнула его.
Сейчас, подъезжая на велосипеде к магазину, девушка припомнила порыв желания, отравленного чувством вины, которое ощутила вчера. Она не забыла пылкие объятия Брайанта, поразительный момент триумфа, когда они слились в апофеозе близости. Каждый раз, когда Айрис поддавалась этим мучительным воспоминаниям, она словно заново ощущала Джека. Но с каждым проходящим днем эти чувства бледнели, а на их место заступали недавние — о том, что она пережила, когда поняла, что и в самом деле рискует потерять Неда.
Вчера, перед дневной сменой, Синклер зашел к ним. Он не стал задерживаться, просто осведомился, пойдет ли она на танцы в Нандидруге.
Она хотела поцеловать Неда, но в его манере было что-то такое, что не позволило ей это сделать. Айрис сказала, что планирует пойти с семьей. Он ответил, что его смена заканчивается в десять вечера. Он надеется встретиться с ней после работы и услышать ее ответ. Айрис сейчас вспомнила, как молча кивнула. Потом Нед исчез, а она занялась приготовлениями к ужину, на который ждали братьев и сестер с семьями. Ей предстояло познакомиться с давнишней подругой Руперта, по всей вероятности, его будущей женой. У Айрис возникла к Дженнифер мгновенная симпатия. Несмотря на то что Руперт теперь стал инвалидом, чувства славной молодой женщины не изменились.
Появление Джека разворошило костер, начавший уже было угасать. Невозможно отрицать, что ее к нему тянет, но его любовь слишком велика, глубока, чересчур интенсивна.
Вчера, после того как он отъехал, она осознала, что все это время не дышала, и молча выдохнула.
Джим в темноте улыбнулся и спросил:
— Так что же будет, сестричка?
— Не твое дело, — отмахнулась она тогда, но сейчас, накручивая педали, уже все знала.
Ей недоставало
Айрис удивилась, когда увидела в магазине служанку Джека, и не могла вспомнить, как ее зовут. Девушка наводила порядок на полках, из чего Айрис заключила, что магазинчик, вероятно, принадлежит ее семье.
Айрис оказалась единственной покупательницей, так что невозможно было притвориться, что она не замечает девушку, которая повернулась и устремила на нее серьезный взгляд.
— Гм, здравствуйте. Мы встречались во время несчастного случая.
— Здравствуйте, мисс Уокер. Я помню.
Айрис стало неловко оттого, что высокая женщина помнит ее имя и говорит на беглом английском. Она поколебалась.
— Чем могу вам помочь?
— Я… я думала, вы работаете у мистера Брайанта.
— Работала.
Прямой взгляд этой особы выводил Айрис из равновесия. Поразительные светлые глаза смотрели, казалось, сквозь нее, видели все.
— Прошу прощения, — пробормотала Айрис и на мгновение утратила дар речи.
— Вам нужно что-то конкретное?
От раздражающе спокойного тона, с которым это было произнесено, Айрис почувствовала себя еще более неловко.
— Да, — ответила она, унимая бурю в душе. — Асафетида.
— У меня есть, — кивнула женщина.
Айрис последовала за ней. Только сейчас она заметила, что до сих пор разговор шел в крохотном отделе письменных принадлежностей.
Айрис испытала неловкость еще в первую встречу с этой женщиной, когда та вот так же смотрела на нее, и с тех пор ничего не изменилось.
— Вот, — произнесла девушка. — Самого высокого качества.
Она протянула Айрис бледный порошок, важное дополнение к блюдам из чечевицы или овощей, облегчающее пищеварение.
— Спасибо. Мне маленькую ложку, пожалуйста.
Айрис приблизилась к прилавку следом за продавщицей. Та, изящно двигаясь и позванивая золотыми браслетами, положила пряность в пакетик и тщательно запечатала.
— Вы скучаете по нему? — спросила Айрис.
— По кому, мадам? — В серых глазах мелькнула вспышка.
— По вашему хозяину, мистеру Брайанту.
— Может быть, он скучает по мне.
— С какой стати ему скучать? — Айрис так опешила, что эти слова соскочили у нее с языка, прежде чем она успела подумать.
— А с какой стати, по-вашему, мне по нему скучать?
— Я… я просто хотела поддержать разговор, э-э…
Женщина кивнула и представилась:
— Меня зовут Канакаммал, мисс Уокер. С вас две анны.
Доставая деньги из кошелька, Айрис придумывала резкий ответ.
Когда Канакаммал вручила ей пакет, она выпустила когти:
— Сомневаюсь, что мне стоит запоминать ваше имя, юная леди, потому что у меня нет никаких причин когда-либо сюда возвращаться. В будущем, пожалуйста, не обращайтесь ко мне. Нам нечего друг другу сказать.