Золушка
Шрифт:
Дэниел Неттингтон был муж-волокита Карлы Неттингтон.
Звезда порноспектакля, записанного Отто в спальне женщины по имени Рита Киркман.
Карла говорила Мэтью, что ее мужу сорок пять лет. Выглядел он намного старше. Седеющие волосы были зачесаны сбоку на темя в тщетной попытке скрыть вполне солидную лысину. Зубы, а также два пальца — указательный и средний — пожелтели от никотина. Маленькие карие глазки глубоко утонули в припухлых веках. Исключительно непривлекательный мужчина, и Мэтью никак не мог понять двух вещей: а) зачем
— Этот черный детектив, — продолжал Неттингтон, — сообщил мне, что человек, которого убили, выслеживал меня. Что моя жена обратилась к вам и вы наняли для нее этого человека, чтобы он следил за мной.
Он прицепился к глаголу «следить» и спрягал его на все лады. Глагол его завораживал. Он был потрясен и оскорблен тем, что Отто Самалсон выслеживал его. Что Отто был убит — имело для него второстепенное значение.
— И все это находилось в деле, которое черный детектив получил от помощницы Отто Самалсона, как я уловил, китаянки. Этакая небольшая Организация Объединенных Наций, а?
Мэтью ничего не сказал.
— В соответствии с этим черный детектив Купер Роулз сказал мне…
— Да, я знаю Купера Роулза.
— Прекрасно. Из его слов я понял, что за мной следили примерно десять дней, после чего с тем, кто следил, произошел несчастный случай. Так ли это, сэр?
— Это не был несчастный случай. — Мэтью подчеркнул два последних слова. — Отто Самалсон был убит.
— Вот именно, — согласился Неттингтон. — И поскольку он следил за мной, выходит, я попал в подозреваемые.
— Детектив Роулз сказал вам об этом? Что вы подозреваемый?
— Черному детективу совершенно незачем было говорить мне об этом, поскольку он явился ко мне в дом — ни больше ни меньше как в воскресенье вечером — и принялся расспрашивать меня, где я был в прошлое воскресенье, восьмого июня, около одиннадцати вечера, то есть именно в тот час, когда человек, следивший за мной, был застрелен на сорок первой федеральной дороге. И я хотел бы узнать, мистер Хоуп…
— Да, что именно хотели бы вы узнать?
— Имейте в виду, я не желаю слушать всякую чушь насчет конфиденциальности отношений между юристом и клиентом, потому что я сам юрист.
— Сожалею, что слышу об этом, — сказал Мэтью.
— Что это значит?
— Только то, что я сказал: мне жаль это слышать. Какую юридическую фирму вы представляете?
— Если вы не возражаете, вопросы буду задавать я, — раздраженно сказал Неттингтон и тем не менее тут же ответил: — Я не работаю ни на какую юридическую фирму. Я домашний консультант «Бартел текнографикс».
— Понятно, —
— Иногда, скорее редко.
— Жаль.
Неттингтон поднял на него глаза.
— Именно по этому поводу я хочу с вами объясниться. Моя жена утверждает, что получила какую-то пленку, причем запись она еще не слушала, но будто бы это запись моего разговора с одной женщиной. Бог знает, что она имеет в виду, но тем не менее — существует ли в природе такая пленка?
— Я не имею возможности обсуждать это, мистер Неттингтон.
— Так есть она или ее нет? — настаивал Неттингтон.
— Оба предположения допустимы.
— Она существует?
— Я не могу ответить вам, и вы прекрасно понимаете, что не могу.
— Но ведь Карла мне уже сказала…
— Ваше утверждение голословно, мистер Неттингтон.
— Мне сказала Карла.
Мэтью промолчал.
— Сообщила, что запись есть.
Мэтью молчал.
— Где эта запись?
Молчание…
— Я не думаю, что она попала в руки полиции, потому что черный о ней не упоминал. О записи говорила только Карла. Так и заявила, что вы сообщили ей о наличии компрометирующей записи.
Молчание.
— Я хочу получить эту пленку, — сказал Неттингтон.
Молчание.
— Если она существует.
Та же реакция.
— Существует ли она?
Мэтью продолжал молчать.
— Я готов, — сказал Неттингтон, — заплатить хорошие деньги за эту пленку. Если она существует.
— Если запись существует, — заговорил наконец Мэтью, — то за нее уже заплатила миссис Неттингтон.
— Значит, все-таки существует, — оживился Неттингтон. — И как вы только что заявили, моя жена оплатила ее, когда наняла вас, чтобы вы пустили ищейку по моему следу, а этот сукин сын сумел установить где-нибудь «жучок», верно?
— Что значит «где-нибудь», мистер Неттингтон?
— Где-нибудь у Риты в доме, вы отлично знаете где, мистер Хоуп. Если это вы сообщили Карле, что запись компрометирующая, значит, вы ее слышали, и, конечно, вам известно, каким способом она получена.
— Так или иначе…
— Я хочу получить запись, — перебил Неттингтон.
— Мистер Неттингтон…
— Вы меня слышите? Я хочу получить запись!
— Я вас отлично слышу. Мистер Неттингтон, когда детектив Роулз расспрашивал вас…
— Не уходите в сторону от темы, — снова перебил его Неттингтон.
— Когда он спрашивал, где вы были в ночь убийства Отто, что вы ему ответили?
— Я точно сообщил ему, где я находился.
— И где же?
— Если вам интересно, спросите у него. Или вы не слишком ладите? — Улыбка Неттингтона была похожа на волчий оскал. — Хотели бы вы узнать, что он говорил о вас?
— Не особенно.
— Он сказал, что вы обожаете игру «полицейские и воры». И еще сказал, что, если вы явитесь ко мне, я должен немедленно позвонить ему.