Зона 7
Шрифт:
В передней части отека была несколько свободных кресел — предположительно, ожидающие двух пилотов «Боинга» и пятерых десантников «Эхо», убитых внизу в ангаре.
Шофилд медленно поднялся и вылез из «кишки»-туннеля.
Никто не обратил на него особого внимания.
Он оглядел кабину в поисках Кевина и пришел в ужас, не увидев его.
Нет...
Но затем он заметил, что одна из пятерых фигур, сидящих в салоне, казалось, не совсем подходила
В действительности, это выглядело почти забавно. Рукава скафандра в перчатках свободно болтались, штанины в ботинках свисали к полу. Похоже, что обладатель костюма был слишком мал для него...
Логично.
Чем комкать костюм, чтобы на руки Кевина можно было надеть перчатки, солдаты «Эхо» сделали так, чтобы мальчик мог воспользоваться регулирующими кровообращение манжетами, даже если при этом он выглядел как Чарли Чаплин в костюме, который ему велик.
Отлично, — думал Шофилд, вылезая из люка. — Как я сделаю это?
Почему бы просто не схватить Кевина, прежде чем кто-либо успеет отстегнуться, нырнуть вниз по «кишке», вернуться на «Боинг» и...
В эту секунду кто-то схватил Шофилда за руку, и в его наушнике раздался голос:
— Эй, Коулман.
Это был один из пилотов «шаттла», за золотистым забралом не было видно его лица. Он зашел в пассажирский салон и взял Шофилда за руку. Шофилд слышал его металлический голос по внутренней связи:
— Вас только двое? А где остальные?
Шофилд лишь покачал головой.
— Ну что ж, — сказал безликий космонавт. Двумя пальцами он указал на пару кресел рядом с дверью кабины.
— Садитесь и пристегивайтесь.
Вдруг космонавт ловко нагнулся, помог президенту вылезти из люка и закрыл за ним входной люк!
Затем он пошел вперед в кабину, на ходу переговариваясь по внутренней связи:
— Всем приготовиться к отделению от ракеты-носителя через тридцать секунд.
Дверь кабины плотно закрылась за пилотом, заблокировавшим ее, и Шофилд остался стоять посередине салона, глядя на закрытый герметичный люк в полу.
О, Господи...
Они летят на орбиту.
Шофилд пошел вперед к двум свободным креслам у двери кабины, президент следовал за ним.
Проходя мимо, Шофилд заметил, как солдаты «Эхо» подключились к централизованной системе жизнеобеспечения «шаттла» и пристегнулись в креслах.
Он подошел к креслу и подсоединил шнур своего чемоданчика жизнеобеспечения к розетке в подлокотнике кресла. Затем он сел и начал пристегивать ремни.
Президент, наблюдая за ним, делал то же самое, сев в кресло на другой стороне от центрального
Пристегнувшись, Шофилд огляделся вокруг.
Через проход от него в кресле сразу за президентом, он увидел Кевина, выглядевшего неуклюжим в огромном скафандре.
И тут произошло нечто странное.
Кевин помахал ему.
Помахал ему из стороны в сторону, и длинный рукав по-дурацки мотнулся в воздухе.
Шофилд нахмурился, внимательно посмотрел на Кевина.
На нем был золотистый космический «шлем». Кевин никак не мог видеть его лица.
Знал ли Кевин, кто он!
Как он мог это знать?
Шофилд отбросил глупую мысль. Должно быть, Кевин только что помахал всем космонавтам.
Он повернулся, что проверить, как там президент — увидел, как тот крепко затянул ремни вокруг талии. Похоже, президент сделал долгий глубокий вдох. Шофилд знал, как он себя чувствовал.
Внезапно по внутренней связи послышались голоса:
— Готовность двигателей ускорителей...
— Приближение к высоте запуска...
— Отделение от "кишки ". Три... два... один... пуск.
Внизу «шаттла» раздался громкий лязгающий звук и внезапно весь космический корабль немного поднялся в воздухе и стал легче.
— «Кишка» отделилась... мы отсоединены от ракеты-носителя...
Послышалось довольное подсмеивание. Затем голос Кобры Карни:
— Поджигайте.
— Немедленно, сэр. Приготовиться к включению ускорителей "Пегас "... Включение... три...
«Шаттл» начало сильно трясти.
...два...
Шофилд пребывал в напряженном ожидании.
...один... пуск.
Было похоже на то, как будто кто-то включил огнемет.
Когда заработали стартовые ускорители «Пегас», «шаттл» принял позицию немного выше «Боинга-747» — огромные ускорители оказались направлены прямо на серебристый самолет внизу.
Ускорители воспламенились так ярко, как вспышка магния. Два невероятно длинных языка белого огня вырвались из двух цилиндрических ускорителей в нижней части Х-38.
Две огненные струи, как две горящих стрелы, врезались в «Боинг», поразив его посередине.
Самолет разломился пополам под силой огненного потока. Топливо внутри крыльев мгновенно возгорелось, и через секунду огромный самолет взорвался тысячей дымящихся обломков.
Шофилд не видел, как был уничтожен «Боинг-747». Теперь он был в совершенно ином мире.