Зов смерти
Шрифт:
Пятьдесят пятое: безумный медиум со своими услугами!
Пятьдесят первое: «Такое бы никогда не случилось в Виннипеге!* Ага, но ведь случилось и в Норвей-Хаусе, и в Джимли, сэр!
Стерев все сообщения вплоть до двадцать второго, Хейзел записала только три номера телефона, на которые решила позже перезвонить. В следующем сообщении к ней обратился взволнованный голос: «Детектив, извините, что продолжаю вам названивать. Наверное, вы уже отключили телефон, но прошу вас, перезвоните нам обязательно!» Тот же голос оставил еще пять сообщений.
— Когда это случилось? — спросил Джеймс.
— Терри сказала, четырнадцатого ноября! Ранним утром, понимаешь? Майкл Алмер убит в полдень того же дня, а от Хамбер-Коттеджа до Чемберлена всего каких-нибудь пятьдесят километров!
Хейзел гнала автомобиль по шоссе со скоростью сто шестьдесят километров в час, включив мигалки. Даже в небольших городах, попадавшихся по дороге, она не снижала скорости, оглашая окрестности воем сирены. Города и села, похожие друг на друга как близнецы, мелькали за окном машины, словно выстроившись для парада.
До Хамбер-Коттеджа детективы доехали за три часа. На стук открыла удивленная хозяйка дома.
— Быстро вы приехали! Нуда вам, полицейским, можно и скорость превысить!
— Поверьте, это единственное преимущество нашей профессии! — пошутил Уингейт.
Терри гостеприимно открыла дверь и впустила их в дом. На подносе детективов ожидало угощение — сандвичи и кофе, чему оба несказанно обрадовались. В комнате находилась и Грейс, сестра миссис Баттен, но старалась не смотреть в сторону полицейских. Терри позвала в дом игравшую во дворе дочь.
— Это моя Роуз, — представила она.
Девочка пожала руки детективам. От прогулки на свежем воздухе ее шеки раскраснелись, как наливные яблочки.
— Как ты себя чувствуешь? — спросила Хейзел.
— Очень хорошо!
Сестры переглянулись.
— Я сказала что-то лишнее? — смутилась под их взглядами Хейзел.
— В феврале ей поставили диагноз — злокачественная опухоль головного мозга. Нам сказали, что операцию делать нельзя, к тому же к июню она увеличилась в два раза.
— Сколько тебе лет, Роуз?
— Восемь! — Девочка потянулась за сандвичем с яйцом.
— Роуз, это для гостей!
— Терри, я хочу есть!
— Пусть возьмет! — Хейзел удивилась, что Терри никак не отреагировала на фамильярное обращение дочери. — Присаживайся рядом со мной, малышка!
Роуз запрыгнула на диван рядом с инспектором, ее ноги едва доставали до пола. Малышка съела серединку сандвича, а корку положила обратно на поднос. Хейзел снова обратилась к девочке:
— Мама говорит, ты тяжело болела.
— Терри всегда сходит с ума по пустякам!
Хейзел непонимающе посмотрела на мать девочки, и та объяснила:
— Это все из-за переходного возраста! —
— Тебя же зовут Терри! — по-своему поняла ситуацию Роуз.
— Конечно, милая.
Хейзел похлопала девочку по коленке, пытаясь привлечь к себе внимание.
— А как ты выздоровела?
— Тетушка Грейс привела мне доктора-колдуна!
— Он представился знахарем! — подала голос Грейс Макдоналд. — Или натуропатом, что-то в этом роде!
Может, он сказал «психопат», а ты не расслышала? — взвиласьТерри.
— Да кем бы ни назвался, — продолжила свой рассказ Грейс. — Он пришел в кафе на рассвете. Ну, мы с ним и заговорили. Я же не думала, что он…
— Поймите, мы не уверены, что это тот самый человек! — успокоила ее Хейзел. — А даже если и он, вы все сделали правильно. Роуз! — Она опять повернулась к девочке. — Познакомься, это Джеймс Уингейт. Он работает вместе со мной и сейчас покажет тебе портрет одного мужчины, а ты посмотри и скажи нам, это тот доктор или нет.
— Джим сокращенно от Джеймса! — продемонстрировал свои знания ребенок.
— Если хочешь, зови меня Джимом! — Уингейт открыл блокнот с наброском Виневы Этлукан, на котором она попыталась изобразить убийцу отца. — Посмотри!
— Ой, какой непонятный рисунок! — засмеялась Роуз. — Сидите и никуда пока не уходите! — Она спрыгнула с дивана и помчалась в свою комнату на втором этаже.
— С тех пор у нее прекратились приступы с судорогами… с тех пор как здесь побывал тот человек. — Терри растерянно развела руками. — У нее бывало по десять — двенадцать приступов за день, а с того воскресного утра уже прошла целая неделя…
— Это же замечательно! — порадовалась за нее Хейзел.
— Даже не представляете, до какой степени!
— Вы обе не знаете, что этот человек делал с Роуз тем утром?
— Он попросил нас выйти из комнаты и оставить их наедине. Да, еще попросил кипяток…
— Горячую воду, а не кипяток! — произнесла Грейс, будто обращаясь к невидимому человеку, находившемуся в комнате.
— Он закрыл дверь, оставшись с девочкой наедине. Мы слышали, как они разговаривали. Роуз в какой-то момент заговорила об эльфах. Что они делали на самом деле, я не знаю. Он вышел из комнаты через сорок минут и распрощался с нами, а она спокойно спала в кроватке. Роуз не просыпалась в течение девяти часов! Когда же проснулась, ей стало очень плохо.
— Ее рвало почти полтора дня! — закричала Грейс, возвращаясь к действительности.
Хейзел поняла, что та находится на грани нервного срыва.
— Это нормально! — попыталась она ее успокоить.
— Нет! Не нормально! — кричала Грейс. — Мы думали, она умирает. У нее поднялась температура, сорок два градуса! После такого не выживают! И я сама привела мерзавца в дом! — Округлившимися от ужаса глазами она посмотрела на сестру. — Он хотел ее убить!