Зов смерти
Шрифт:
На связь вышел второй снайпер.
— Я его вижу, но не могу прицелиться. Он твой, Гленкоу!
Спир быстро выскочил из «ленд-крузера» и завопил, повернувшись в сторону домов, где засели стрелки:
— Черт возьми, стреляйте!
— Говард, немедленно вернись! — закричала ему вслед Хейзел, но Спир уже скрылся за завесой снега. Она снова заорала по рации: — Мне нужно описание этого человека! Вы знаете как выглядит убийца…
— Да стреляйте же в него, мать вашу! — ревел посреди дороги обезумевший криминалист.
—
— На связи, — ответил голос Уингейта.
— Это не убийца…
Прозвучал одиночный выстрел. Хейзел рывком открыла дверь и выскочила из автомобиля.
— Лежать! — заорал Гленкоу.
Хейзел стремительно понеслась по улице к дому Баттенов. Она почти добежала до противоположного бордюра, как вдруг что-то глухо щелкнуло в спине, и Хейзел упала, словно подкошенная пулей. Спир, услышав крик, подбежал к ней.
— Помоги подняться…
— Ты сможешь ходить?
— Черт возьми! — ругалась Хейзел, пока Говард помогал ей встать на ноги. — Эта проклятая неделя когда-нибудь закончится?! Пошли! Скорее!
Спир кинулся вперед, а она, превозмогая мучительную боль, потопала за ним. Дойдя до улицы, на которой стоит дом Баттенов, они услышали взволнованные голоса. Уингейт вместе с тремя офицерами выбежали из дома, три патрульные машины тоже были здесь. Они резко затормозили на дороге. Несколько полицейских взяли на прицел мальчишку, который что-то кричал. Явись сюда настоящий преступник, операция прошла бы успешно. Все прибыли на место действия одновременно, как и планировалось.
Хейзел приказала убрать пистолеты и поковыляла к юноше. Его ранили в бедро, и он катался по земле, крича от боли и окропляя первый снег темными пятнами крови. На крылечках соседних домов стали загораться фонари. Шум и крики разбудили мирно спавших горожан.
— Кто ты такой? — заорала она, почти падая на раненого и пытаясь разглядеть его лицо. — Кто ты такой, черт тебя подери?!
— Господи! Господи! Спасите! Помогите!
— Кто ты такой!
— Дэнни! Меня зовут Дэнни!
Страшная мысль пришла в голову. А вдруг это отвлекающий маневр, и убийца сейчас в доме? Отодвинувшись от раненого, она взволнованно спросила:
— Кто-нибудь остался в доме? — Полицейские растерянно переглядывались между собой. — Ради Бога, скорее бегите к девочке в детскую!
Несколько человек бросились обратно в дом, а Хейзел снова переключила внимание на юношу, валявшегося у нее в ногах.
— Что ты здесь делал? Кто тебя послал?
— Я приехал из Бондхеда, — ответил, заливаясь слезами, подросток. — Леди, я ехал пять часов по заснеженным дорогам.
— С какой целью?
— Мне заплатили сто баксов, чтобы я довез письмо. Клянусь вам, это правда!
Письмо лежало на снегу в десяти футах от мальчика — видимо,
Хейзел с трудом приподнялась, пытаясь встать на ноги сама. Подросток поджал ноги к груди, не переставая стонать от боли. Из двери дома Баттенов выглянул один из полицейских в сопровождении Терри и Роуз.
— Немедленно обыскать весь дом по периметру! Мы уже выдали себя, поэтому без церемоний! Убедитесь, что на расстоянии пятисот метров все чисто! — До Хейзел донеслись звуки хлопающих дверей в соседних коттеджах — через считанные минуты здесь соберется любопытная толпа зевак. — Не пускайте сюда соседей и оцепите дом! — приказала она полицейским в патрульных машинах.
— Что происходит? — встревоженно воскликнула Терри.
Хейзел поковыляла через лужайку, отказавшись от помощи Уингейта, и наклонилась, чтобы поднять конверт. Он оказался почти невесомым. Перчатки остались в автомобиле, и рукам было очень холодно.
— Не трогай улику! — закричал Говард Спир.
Оно адресовано мне, — тяжело дыша, объяснила Хейзел.
Она открыла конверт, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди, и осторожно заглянула внутрь. Там лежал небольшой, но плотный листок! Хейзел вынула его и тотчас уронила, будто обожглась, прикоснувшись к бумаге.
— Господи!..
— Что там?! — заволновался Спир, стоявший в десяти футах от нее.
У Хейзел подогнулись колени, и все присутствующие с испуганными возгласами бросились к ней. На снегу, изображением вниз, лежала маленькая квадратная фотография.
— Босс? — Уингейт опустился на колени, поддерживая ее за плечи, но не добился ответа. — Хейзел… что это?
— Фотография, — еле слышно пробормотала она.
Джеймс дотянулся до снимка, сделанного «Полароидом», и перевернул его. Глянцевая сторона с изображением мерцала в полумраке.
— Это мой дом. — Она забрала фотографию из рук Уингейта. — На снимке мой дом!
Эмили попрощалась с дочерью, положила трубку и вышла из кухни, осторожно неся в руках бокалы. Из коридора появилась Клара с удивленным выражением на лице.
— Это не Пола, — сообщила она таинственным голосом.
— Боже, вот ведь копуша старая!
— Спрашивают Хейзел. Какой-то мужчина!
— Хорошо, я отлучусь на минутку! — Эмили поставила последний бокал на стол и вытерла мокрые пальцы о брюки. — Пойду и узнаю, что ему… начала она, но не успела закончить.
Лицо Клары Лайон вдруг превратилось в кровавое месиво, а сама она рухнула навзничь, словно подкошенная. Эмили увидела фигуру человека в длинном черном пальто, который держал в руках окровавленную стальную клюшку для гольфа. Белки глаз пришельца отливали желтизной, кожа на изможденном лице обвисла.