Зов
Шрифт:
Я попыталась сфотографировать солнце. Папа мне потом объяснил, что так делать нельзя: камера испортится. Повезло — с камерой все в порядке. Но вместо солнца на фото осталось пропасть черного диска — словно дыра в небе.
Проснувшись, я не вставала — просто распахнула глаза. Тот день возвращения из последней семейной поездки на море успел забыться. По правде, я старалась забыть все, что происходило со мной до гибели родных — так легче жить. Только забыв все. До мелочей, до малейшего слова и даже взгляда. У меня не было другого выхода, кроме как вырвать это из памяти — такая
Пришлось быстро взять себя в руки и украдкой вытереть слезы — еще не хватало, чтобы кто-то тут увидел, как я реву.
Я бродила взглядом по брезентовому потолку крытой повозки. Но перед глазами до сих пор был монитор, на котором застыла фотография с черным пятном вместо солнца.
Солнце было в зените, когда караван подъезжал к Фетесарину.
Не уступая в величии и красоте, главный город стихийных магов резко контрастировал с Эданором.
Крепостные укрепления состояли всего из двух стен, каждая из которых была по три метра толщиной. Вдоль них на каждых двадцати метрах находились сторожевые башни с суровыми бойницами.
Высота зданий не превышала шести-семи этажей. Лишь несколько зданий в центре города выбивались вверх, будучи вдвое выше. Все они были необычайно пышные, украшенные золотыми куполами. Даря глазу бесконечное количество статуй и барельефов в виде драконов, фениксов, тигров, фей, благородных мифических животных и замысловатых завитушек, стиль архитектуры будто возвещал: здесь хозяйничают маги. Везде колдовские магазинчики, даже на рынке все время вспыхивали и свистели волшебные игрушки, которыми играли дети. В самом центре города находилось круглое здание, увенчанное золотым куполом с драконом, фениксом и тигром на верхушке. Вокруг него вверх тянулись четыре стройные башни: самая большая была высотой около четырехсот метров, самая низкая — вдвое меньше. Похоже, это Гильдия магов стихий. Если не ошибаюсь, недалеко от нее должен находиться университет.
Вдалеке, в самом торце большой бухты, шумел порт. Казалось, жизнь там не замирает ни на минуту! Корабли прибывали и отчаливали, матросы сходили на берег и покидали его, разгружали и загружали самые разнообразные парусные корабли.
Увлекшись зрелищем, я не заметила, как караван остановился, купцы распрягли лошадей и начали разносить товар по магазинчикам или отдавать торговцам, которые подходили за ним с бланками, подтверждающими заказ.
— Алиса, чего спишь? — окликнул Карил, когда закончил седлать последнего коня. — Нам пора в Гильдию.
Мне осталось лишь вылезти из повозки, прыгнуть в седло и отправиться вслед за Карилом и Вадимом. Уже заезжая за поворот, я обернулась и поймала на себе последний взгляд Ларгуса.
День пролетел в бешеном ритме. Ни на минуту не прекращалась изнурительная беготня по коридорам, заполнение бланков, составление заявлений и тому подобное. Наконец в четыре часа мы с Карилом, уставшие, как рабы на строительстве Великой Китайской стены, сидели на стульчиках
Вадима, похоже, вся эта беготня нисколько не утомила — как только с документами было покончено, он быстро нашел университетскую библиотеку, где и засел.
Скоро я осталась в полном одиночестве, потому что Карила вызвали в кабинет с табличкой, на которой было написано: «Ланор Карнесс. Ректор». Там его также ждал и глава Гильдии стихий.
Не знаю, что они там делали, но около восьми ко мне вышла секретарша, которая приказала разыскать Вадима и вместе с ним зайти к главе приемной комиссии.
Невероятно обрадовавшись перспективе искать Вадима, я поднялась с кресла и собралась было отправиться в библиотеку, когда увидела парня в нескольких метрах от себя. Рядом с ним стоял древний дедок, с которым он как раз закончил говорить и, ни слова мне не сказав, зашел в нужный кабинет. Мне больше ничего не оставалось, кроме как пойти следом.
— Итак, — начал глава приемной комиссии. — Вы оба зачислены в университет магии Ануары. Занятия начинаются с первого сентября, с двадцать девятого по тридцать первое августа вы должны прийти в приемную комиссию, сообщить ее членам о выбранной вами по этой брошюре специальности, — сказал он, протянув нам с Вадимом по брошюрке. — После вас поселят в общежитие. Тогда останется дождаться первого сентября. Вопросы есть?
— Да, — озадачилась я. — А что нам делать до двадцать девятого августа? У меня в этом мире нет дома, родственников или друзей, у которых я могла бы пожить до этого.
— Это ваши личные проблемы, госпожа Гайлинова, — отрезал глава приемной комиссии. — Будьте здесь в назначенное время, а до того ступайте на все четыре стороны. До свидания.
По тону я поняла, что разговор закончен. Как всегда, руководству вуза на студентов плевать. В самом деле, наши миры очень похожи!
Едва мы вышли из кабинета, Вадим опять куда-то убежал. А Карил посадил меня обедать (точнее — уже ужинать) в уютном кафе с названием «Деканат», которое расположилось рядом с университетом. Сам он побежал куда-то — вероятно, искать Вадима.
— Нет, Алиса, ты представляешь! — пробурчал эльф, когда вернулся минут через двадцать. Я тогда как раз допила чай.
— Что случилось? — спросила я, ставя на стол пустую чашку.
— Тот подхалим спелся с главным библиотекарем, и он взял его своим личным помощником и заместителем!
— Не может быть! То есть, ты хочешь сказать, что теперь он…
— Да! Вадим получил не только хорошую работу с питанием трижды в день, но еще и служебное место жительства в виде однокомнатной квартирки возле университета.
— Черт, устроился же! А мне что делать?
— Ой, даже не знаю, куда тебя деть, — вздохнул волшебник. — С тебя глаз нельзя спускать! А мне нужно срочно ехать на те раскопки, я и так надолго их оставил…
— Слушай, Карил, а может, ты меня туда с собой возьмешь?
— Куда? В Васильковую степь?
— Да! Запиши меня, как своего помощника. Тогда я получу крышу над головой, работу и собственного репетитора по истории.
— Даже не знаю, что тебе сказать.
— Скажи, что согласен!