Зубы дракона
Шрифт:
— Сбежал. Керри, ты в самом деле не знаешь…
— Н-нет. Я ничего н-не видела — было слишком т-темно…
— Керри, малышка. Ты…
Послышался негромкий стук в дверь, ведущую в коридор.
Девушки посмотрели друг на друга. Затем Вай подошла к двери и спросила:
— Кто там?
— Квин. Кто здесь кричал?
— Не впускай его, — шепнула Керри. — Я не одета… — Она внезапно успокоилась.
Вай отперла дверь, приоткрыла ее на два дюйма и холодно посмотрела на Бо. Он был в пижаме; волосы его были взъерошены.
— В
— Кто-то влез с террасы к ней в спальню и пытался ударить ее ножом. Она закричала, и он убежал.
— Ударить ножом… — Бо помолчал и внезапно крикнул: — Керри!
— Что вам нужно?
— С вами все в порядке?
— Абсолютно.
Бо облегченно вздохнул.
— Кто это был?
— Не знаю. Я не видела.
— Значит, ножом, — пробормотал Бо. — Слушайте. Никому об этом не рассказывайте. Я… я буду смотреть в оба. А вы запирайте на ночь окна и двери!
— Хорошо, — сказала Керри.
Вай закрыла и заперла дверь. Вместе с Керри она прошлепала босыми ногами к двери в будуар и в свою спальню, заперев все двери.
— Ну, малышка, теперь мы в безопасности.
— Вай, — прошептала Керри. — Ты… боишься?
— Не очень.
— Можно я лягу спать у тебя?
— Конечно, Керри.
Керри заснула в кровати Вай, прижавшись к ее большому теплому телу. Вай долго не спала, глядя в темноту.
Бо не спал вовсе. Он вернулся к себе в комнату, оделся и начал бесшумный обход. Найдя место под окном Керри на террасе, откуда таинственный незнакомец влез к ней в спальню, Бо взобрался по винограду, как кошка, обследуя каждый дюйм при помощи фонарика. Но, кроме нескольких царапин и треснувшей в одном месте шпалеры, ему ничего не удалось обнаружить.
Бо разыскал ночного сторожа, но тот ничего не видел и не слышал.
Вернувшись в дом, он пробрался в спальню Эдмунда де Карлоса. В полумраке слышался храп; де Карлос распростерся на кровати. Вокруг него ощущался запах алкоголя, он был полностью одет; его борода торчала вверх; в открытом рту поблескивали зубы.
Бо прислушался к его храпу, глядя на неподвижную фигуру. Храп был ровным — даже слишком ровным, а в лежащем навзничь человеке ощущалось напряжение, не похожее на расслабленную позу спящего.
Де Карлос притворялся.
Бо ощутил желание схватить его за горло и вытащить из кровати, но вместо этого повернулся и потихоньку вышел из спальни. Остаток ночи он провел дежуря в коридоре перед апартаментами Керри.
Де Карлос отсутствовал в течение следующих трех дней. Сообщили, что он играет в покер где-то в городе.
В то утро, когда де Карлос вернулся, проклиная свои проигрыши, Бо в доме не было, а Керри ощущала непреодолимое желание куда-нибудь уйти.
Она надела костюм для верховой езды и пошла к конюшням вместе с Вай.
Конюх оседлал двух лошадей: Гордячку — любимую белую арабскую кобылу Керри — и Гаргантюа — большого чалого
Они ехали рядом в лесной прохладе. Кошмар трех прошлых ночей казался далеким, словно это был дурной сон. Лучи солнца, проникая сквозь листву, усыпали дорожку золотистыми пятнами.
Керри дышала полной грудью.
— Впервые за долгое время я чувствую себя по-настоящему живой. Знаешь, Вай, у деревьев есть запах. Раньше я никогда его не ощущала.
— Лошади тоже его ощущают, — сказала Вай, наморщив нос. — Ну, пошла вперед, кляча!
— Ты совсем не романтичная! Я поскачу вперед.
— Керри, будь осторожна!
Но Керри уже помчалась вперед. Ее маленькая белая кобыла неслась по дороге, едва касаясь ее стройными копытами и вытянув красивую шею. Они скрылись за поворотом.
Вай пришпорила Гаргантюа, но жеребец, недоуменно повернув массивную голову, продолжал двигаться неуклюжей рысью.
— Пошел! Быстрей!
Гаргантюа внезапно остановился, навострив уши. Где-то впереди послышались крик и грохот.
— Керри! — вскрикнула Вай и с такой яростью стала колотить жеребца по бокам, что он поскакал вперед.
За поворотом Вай увидела в сотне ярдов впереди две фигуры: одну — яростно дергающуюся, другую — неподвижную. Белая кобыла металась, распростершись на земле и лягая воздух тремя ногами. Правая передняя нога была поджата под туловищем, как сломанная ветка.
Керри молча лежала у дорожки.
Гаргантюа, подскакав, начал обнюхивать Гордячку, а Вай спрыгнула на землю и подбежала к подруге.
— Керри! Открой глаза! Пожалуйста…
Керри застонала и села, ошеломленно осматриваясь.
— С тобой все в порядке, Керри? Ты не чувствуешь, что у тебя что-то сломано?
— Со мной-то все в порядке, — с трудом ответила Керри. — По крайней мере, мне так кажется.
— Что произошло, Керри?
— Гордячка сбросила меня. Но она не виновата. Она скакала галопом и внезапно споткнулась. Я пролетела у нее над головой и чудом не сломала шею. Удар смягчила куча листьев. Что с лошадью, Вай?
Она посмотрела на кобылу, извивавшуюся от боли на дорожке.
— Вай! Гордячка сломала ногу!
Подбежав к кобыле, Керри опустилась перед ней на колени, гладя ее шею и принуждая себя посмотреть на сломанную переднюю ногу. Стальная подкова свисала с неподвижного копыта.
— Вай, — с ужасом прошептала Керри, — посмотри на это.
— В чем дело?
— Подкова на сломанной ноге. Она… Этого не может быть. Я этим утром сама наблюдала в кузнице за Джеффом Кромби. Он всего четыре часа назад подковал все четыре копыта!
— Не понимаю тебя, — медленно произнесла Вай.
Ползая на четвереньках, Керри начала обследовать дорожку, разбрасывая листья и ветки.
— Четыре гвоздя пропали!
— Ты имеешь в виду, что кто-то…
— Вот! — Керри села на дорожке, разглядывая два гвоздя от подковы. Они были погнуты и исцарапаны.