Зверь
Шрифт:
Ленкара стояла в стороне, наблюдая странный ритуал. Женщины по очереди подходили к нему, опускали пальцы в кубок с простой водой, а потом рисовали этим пальцами узоры на лице и руках мужчины, затем опускались на колени, касались губами то одной руки, то другой и тут же отступали, передавая кубок.
Эеншард не шевелился. Его лицо не меняло выражения со вчерашнего дня. Он был словно в каком-то другом месте, а реальность оставалась лишь тенью.
Последней к нему шагнула Дерб. Она макнула пальцы правой руки в кубок и выронила его под ноги
Эеншард тут же отступил, словно очнувшись, и протянул руку Ленкаре.
– Ты пойдешь со мной! – приказал он внезапно, не замечая, как у Дерб задрожали губы.
Ленкара не спорила. Она коснулась его руки и продолжила следовать за ним, невольно наблюдая, как блестит на его руках высыхающая вода.
Она не замечала дороги, упустила момент, когда они покинули дворец, не замечала улиц и слова людей, зато она видела вены на его руках, видела крупные капли пота, скатывающие в борозды меж мышц. Ей хотелось плакать, но слез почему-то не было, северянка просто сжимала нож и шагала за мужчиной.
– Женщинам сюда нельзя! – сказал какой-то стражник.
– Ты хочешь оспорить МОЕ желание?! – спросил Эеншард.
Ленкара даже вздрогнула от его голоса, возвращаясь в реальность.
Они стояли у дверей храма. Меч третьего принца был в ножнах за его спиной, но в его взгляде явно было что пугающего, ибо стражник мгновенно отступил, так ничего и не ответив.
В храме уже было людно. Песчаную арену окружили мужчины разных возрастов в самых разных одеждах: в дорогих длинных жилетах, расшитых нитью, и старых нищенских одеяниях.
Эеншард не замечал ничего. Он подошел к небольшой лестнице в три ступени и замер.
– Ты останешься здесь, - прошептал он, обернувшись.
Шепот его был грубым и хриплым, словно что-то душило принца.
Ленкара не ответила, не отводя от него глаз.
Эеншард прикрыл на миг глаза и опустил голову, касаясь лбом ее лба, и тут же замер.
Ленкара тоже закрыла глаза, мысленно прощаясь.
Затем они коротко взглянули друг на друга и, не произнося ни слова, разомкнули пальцы. Она осталась на краю, а он шагнул по лестнице вниз.
Ждать пришлось не долго. Дешар, а вместе с ним и Эймар, появились почти сразу, словно только и ждали Эеншарда.
Стало очень тихо, так тихо, что Ленкара слышала, как бьется ее сердце. Пока новорожденный Мэдин плакал и кричал, ее ребенок почему-то затих, словно вместе с матерью терпеливо ждал решения собственной участи. Почему-то теперь Ленкара вспомнила о нем, но не коснулась живота, а сжала крепче нож, наблюдая, как в тишине по лестнице напротив спустился Эймар.
Наследник неспешно обнажил меч и замер, высокомерно вздернув подбородок.
Эеншарду стало дурно. Он только теперь понял, что совершенно не хочет сражаться с Эймаром. Он точно понимал, что Эймар ни при чем. Он не желал ему смерти, не желал воевать с ним за трон, он даже трона не желал, ему нужна была лишь его женщина
Но меч он все же обнажил, делая шаг к брату.
Эймар тоже шагнул к нему, почти касаясь песка острием меча.
– Я не хочу с тобой воевать, - прошептал Эеншард, когда меж ними было всего два шага.
– Ты сделал свой выбор, когда бросил вызов королю, - ответил спокойно Эймар. – Этот трон мой. Я его заслужил, и не позволю тебе его отобрать.
– Но мой враг - не ты, твой враг – не я.
Эймар прикрыл на миг глаза, но ничего не ответил, нанося первый удар. Эеншард отразил его и тут же ударил в ответ, всматриваясь в холодное лицо Эймара.
Это был не бой, а банальный «обмен любезностями», как говорил обычно Мэдре. Так дрались на тренировках, в показательных поединках, демонстрируя навыки и скорость, но явно не собираясь убивать. Они меняли позиции, двигались по песку, снова и снова глядя друг другу в глаза.
Эеншард начинал хмуриться, отклоняя меч брата и нанося удар.
– Хватит! – вдруг вскрикнул Эймар, отражая удар и отступая на шаг. – Дерись по-настоящему!
Эеншард только выдохнул, невольно опуская меч.
– Дерись, - уверенно приказал ему Эймар и вновь напал, только теперь с откровенной яростью.
Его меч вонзился бы Эеншарду в левое плечо, если бы руки третьего принца нуждались в указаниях разума. Отражая удар, он тут же отклонил меч, но не напал.
– Я лишил жизни Артаса, - напомнил Эймар, вновь атакуя.
Эеншард снова отразил удар примитивным блоком и сделал шаг в сторону.
– Я убил Эраста, ты забыл?
Эймар скалился. На его висках вздулись вены. Напряженные руки дрожали. Перебросив меч в правую руку, он ударил Эеншарда в левый бок, а когда тот машинально поставив блок, развернул корпус, наследник выхватил короткий клинок, закрепленный на поясе, и попытался ударить. Это оружие было слишком коротким, чтобы именоваться мечом, но достаточным, чтобы, войдя меж ребер в правом боку, достать острием до сердца.
– Я убил Кранта, - продолжал Эймар.
Эеншард его не слушал, автоматически отпуская правой рукой меч и банально отбивая второе лезвие металлической броней на предплечье.
– Если для боя со мной тебе нужен гнев, значит, ты не заслуживаешь гнева, - произнес Эеншард, в очередной раз глядя Эймара.
Наследник замер на миг, а потом прошептал:
– Глупый шакал.
Эймар быстро скрестил руки, описывая две дуги двумя разными кленками, и ударил одновременно с двух сторон.
Эеншард, повернувшись, подцепил короткий, менее опасный меч, и, отступая назад, буквально скользя по песку, резко отвел его в сторону и наверх. Правая рука, сжимавшая настоящий меч, лежала сверху, и, смещая нижнюю, Эеншард предотвращал оба удара, замирая на миг и, наконец, атакуя по-настоящему, без злости, с холодным расчетом, нанося прямой удар. Эймар спешно отклонил его меч коротким клинком и попытался завершить сбитый удар своим мечом.