Звезда под бичем

Герберт Фрэнк Патрик

«Это может быть естественный феномен, – сказал себе Мак-Кей. – Это может быть неразумная форма жизни. Дым может идти и от очага возгорания». Из предосторожности Мак-Кей достал из кобуры маленький излучатель и сунул его во внешний карман куртки, откуда его можно было выхватить в любой момент.

Шум постепенно становился громче. Мак-Кей тяжело ступал по пыльной полевой дороге, поднимающейся на плоскую возвышенность. Солнце опускалось за горизонт. С тех пор, как он начал свое путешествие, светило прошло по небу, по крайней мере, пять своих диаметров.

«Что,

во имя всех чертей, что означает этот барабанный бой?» – думал Мак-Кей. Достигнув широкого хребта возвышенности, он остановился и взглянул на простиравшуюся вдаль плоскую низину с выкорчеванными кустарниками. Приблизительно в центре ее находилось около двух десятков круглых глиняных хижин с коническими, поросшими травой крышами, окруженных овальным забором из жердей и переплетенного колючего кустарника. Из дымовых отверстий на крышах большинства хижин и от костров снаружи поднимались вверх тонкие нити дыма и сливались в воздухе над поселком. Свободное от хижин пространство низины было усеяно коричневыми силуэтами животных.

Темнокожие парни с длинными палками охраняли скот, видневшийся возле хижин; мужчины, женщины и дети занимались своими делами.

Мак-Кею, чьи предки происходили с планеты Каолай и тоже были темнокожими, эти люди казались чем-то обеспокоенными. В нем пробудилась память предков, внося смятение в душу. Где же во Вселенной люди могли деградировать до таких примитивных условий жизни?

То, что он видел здесь, было похоже на картину из ранней истории цивилизации Земли.

Большинство ребятишек и многие из мужчин были обнажены. Женщины носили юбки из травы или лыка.

Может быть, это какая-то секта, которая пропагандирует возвращение к древнему естественному образу жизни?

Полевая дорога вела вниз в долину, проходила через проселок, выходила с другой стороны и исчезала за ближайшей возвышенностью.

Мак-Кей пошел дальше. Он надеялся, что сможет получить воду у жителей деревни.

Из самой большой хижины, расположенной в центре деревни, доносился барабанный бой. Возле этой хижины ждала двухколесная телега, запряженная четырьмя огромными рогатыми животными с хомутами на шеях.

Мак-Кей, подойдя ближе, рассмотрел поклажу. Между двумя высокими бортами были беспорядочно навалены странные предметы – плоские пластины, свертки материи, жерди с металлическими наконечниками.

Барабанный бой прекратился и Мак-Кей увидел, что его заметили. Дети, пронзительно визжа, бегали между хижинами и указывали на него. Взрослые выходили из низких входов в хижины или бросали свою работу и вставали. Все уставились на него.

Над деревней повисла напряженная тишина.

Мак-Кей вошел в деревню через брешь в колючей изгороди. Черные лица, лишенные всякого выражения, следили за каждым его шагом. Множество запахов ударило в нос. Запахи тухлого мяса, навоза, пота, древесного дыма и еще какой-то едкий смрад.

Тучи насекомых роем летали над тягловыми животными, запряженными в телегу, которые лениво помахивали хвостами.

Когда

Мак-Кей подошел к центру деревни, из самой большой хижины вышел рыжебородый белый мужчина. На нем были шляпа с плоскими краями, запыленная черная куртка и бледно-коричневые брюки. В руке у него был бич того же типа, что использовал паленка. Увидев бич, Мак-Кей понял: он на правильном пути.

Мужчина ждал у входа – угрожающе выглядевший тип со злыми глазами и тонкими губами в зарослях бороды и усов. Он взглянул на Мак-Кея, кивнул нескольким чернокожим, которые стояли слева от Мак-Кея, сделал жест в сторону повозки и снова обратил внимание на Мак-Кея.

Два высоких чернокожих подошли к тягловым животным и поправили упряжь на их головах и шеях.

Мак-Кей теперь мог рассмотреть груз телеги вблизи. Плоские пластины были изрезаны и разрисованы различными узорами. Они напоминали спинные панцири паленков. Внимание, с которым разглядывала его эта парочка, поправлявшая упряжь, ему не нравилось. Здесь таилась какая-то опасность. Мак-Кей опустил левую руку в карман куртки и нащупал трубку излучателя. Он чувствовал и видел жителей деревни, столпившихся вокруг. Спина зачесалась. Он почувствовал себя голым и беззащитным.

– Я – Джой Мак-Кей, уполномоченный Бюро Саботажа, – сказал он, останавливаясь шагах в восьми от рыжебородого. – А вы?

Мужчина сплюнул в пыль и пробормотал что-то похожее на «Добречер».

Мак-Кей сглотнул. Он не нашел в этом ничего общего с приветствием. Странно, подумал он. Он не мог поверить, что существуют люди, чья речь была ему совершенно непонятной.

– Я выполняю официальную миссию Бюро, – сказал Мак-Кей. – Сообщите об этом вашим людям.

Бородатый мужчина пожал плечами и сказал:

– Да'льдач.

Кто-то позади Мак-Кея крикнул:

– Крауликидо!

Бородач взглянул в том направлении, откуда раздался голос, потом снова на Мак-Кея.

Мак-Кей смотрел на бич. Мужчина держал его за рукоятку; конец бича волочился по пыли. Бородач уставился на Мак-Кея Мак-Кей спросил:

– Откуда у вас бич?

Мужчина взглянул на свою руку, сжимавшую рукоятку бича.

– Бич? – спросил он. – Нужен для быков.

Мак-Кей подошел ближе и протянул руку к бичу.

Бородач медленно покачал головой, угрюмо взглянув на него. Реакция была недвусмысленной.

– Мак-Кей, – сказал он. Потом постучал рукояткой о борт телеги и головой сделал знак садиться.

Мак-Кей снова посмотрел на содержимое телеги. Это, несомненно, были предметы, сделанные вручную. Он знал, что на экзотических и декоративных вещах можно было заработать бешеные деньги. Всегда находилось множество людей, которым надоедали вещи, производимые конвейерным способом на заводах и фабриках. Ко если эти вещи были изготовлены здесь, в деревне, тогда это было похоже на подневольный труд. Или же здесь царило крепостное право. Игра Эбнис могла принять извращенные формы, но здесь, казалось, была изощренная и хладнокровная эксплуатация.