Звезда ведьмы
Шрифт:
Рагнарк опустил к ним морду. Его глаза не уступали пламени позади него — такие же яркие и голодные.
Блит выхватил меч, поднимаясь на ноги, отталкивая Сайвин за спину, готовый стать ее щитом.
«Чертов дурак!» — выругался Тайрус. Его первый помощник выбрал не лучшее время для проявления галантности. Тайрус снова хлестнул лошадь, но он все еще был слишком далеко.
Тут слева появился отряд дварфов во главе с Веннаром. Они одновременно упали на одно колено, держа луки в руках. Стрелы взлетели по смертоносной дуге, нацеленные на дракона.
Рагнарк встряхнулся, расправляя крылья, и снова заревел в гневе.
Дварфы приготовили новые стрелы. Веннар закричал:
— Еще!
Снова последовал залп, но на это раз дракон был готов. Стрелы были отброшены подставленным крылом и посыпались на пол.
Рагнарк повернул шею, снова наклоняя морду к Блиту и Сайвин. Дракон заревел, обнажая длинные клыки. Блит напрягся.
Тайрус почти добрался до них, он заходил с левой, раненой стороны дракона.
— Эй! — закричал он, чтобы привлечь к себе внимание.
Взмах крыла чуть не сбил его с седла. Тайрус пригнулся, затем прыгнул, пролетев по воздуху над широким крылом, раскинув руки. Он призвал остатки своей магии в пальцы. Они мгновенно почернели.
Из-за туши дракона поднялся крик.
Затем Тайрус приземлился на Рагнарка. Он загнал пальцы под толстые чешуи, в нежную плоть под ними, и освободил свою магию. Он почувствовал, как чешуя затвердела, поймав его пальцы в ловушку. Это помогло Тайрусу: плоть начала превращаться в камень. Дракон попытался сбросить Тайруса, но принц пиратов вплавился в чудовище. Бросившись на Рагнарка, Тайрус использовал свою магию со свирепой скоростью, опустошая свое сердце. И снова он почувствовал тупое отсутствие интереса к собственной смертности.
Чувства схлынули. Он слышал рев тревоги, и где-то далеко он чувствовал, как дракон постепенно перестает сопротивляться, становясь безразличным, как и он сам. Гранит растекался по крыльям, по длинной шее, по когтистым ногам. Затем, с последним посылом магии, все было обращено в камень.
Оба, дракон и всадник, были пойманы в ловушку на веки вечные.
Тайрус прислушался к своему сердцу: оно превратилось в трепещущий мешок с извивающимися змеями. Он позволил себе упасть во тьму. Все кончено.
Он соскользнул с холодного камня к чему-то более теплому. Затем вокруг стало светлее, он купался в этом свете, свет обвивал его. Он почувствовал какое-то прикосновение к своим губам. Ему потребовалось время, чтобы понять, что это поцелуй.
Он знал, кто обнимает его. Лишь однажды он ощущал вкус этих губ, но этого было достаточно. Камень в его сердце растопился радостью. С его губ слетело имя: «Мишель…» Ему не ответили. Он все еще был слишком далеко, он чувствовал это.
«Мишель, я иду к тебе». Теплый свет сопротивлялся ему, удерживая его на расстоянии: «Нет, моя любовь, ты должен оставаться». Его сердце разбилось. «Не для чего. Ты всегда была моим светом». — «И всегда буду… Но сейчас не твое время». — «Я хочу этого», — сказал он так твердо,
Ее голос стал суровее: «Ты хочешь умереть как пират… но то, о чем я прошу тебя, намного труднее. — Последовала долгая пауза. — Ты должен не умереть как пират, а жить как принц. В тебе нуждаются. Ради меня, живи как принц».
Тайрус искал слова, чтобы возразить, но глубоко внутри себя он понимал, что она права. Он обнимал ее еще мгновение, купаясь в ее свете, вбирая его своим сердцем. Затем он отпустил ее. «Обещай мне…» — прошептал он. «Ты знаешь, что я уже сделала это».
И больше ничего. Он был один.
Частица тепла и света, что осталась у него, растопила камень вокруг сердца. Кулак из мышц в его груди слабо забился… один раз, второй, и снова, сильнее, отсчитывая время до тех пор, когда они смогут воссоединиться снова.
Камень оттаял, превратившись в плоть. Он почувствовал, как соскользнул со стены гранитного дракона, но внизу его уже ждали руки, чтобы подхватить. Зрение вернулось к нему, но мир потемнел с тех пор, как он в последний раз его видел. Он посмотрел направо и налево. Флетч и Хурл удерживали его на ногах. Над ямой позади них языки пламени потухли.
— Огонь погас, как только умер дракон, — объяснил Хурл, верно истолковав его озадаченное выражение лица.
Тайрус несколько раз глубоко вдохнул, выгоняя камень из уголков своей сущности.
Дракон заполнял собой мир с одной стороны — гранитная скульптура совершенной формы. Он сидел на задних ногах, голова на изогнутой шее опущена к полу. Тайрус был достаточно близко, чтобы почувствовать жар его тела. Как будто он стоял рядом с огромным углем, только что вытащенным из камина.
— Блит, — начал Хурл, привлекая его внимание. — Он…
Северянин покачал головой.
Тайрус вспомнил: дракон, его первый помощник и Сайвин. От страха его ноги подогнулись. Он взглянул на Флетча, но житель степей отвел взгляд.
— Отведите меня к нему, — приказал Тайрус.
Они обогнули группу дварфов, с изумлением разглядывающих каменного дракона, и подошли туда, где Веннар стоял на коленях рядом с Блитом. Кровь лужицей собралась рядом с ними. Сайвин сидела на коленях у ее кромки, спрятав лицо в ладонях и рыдая.
Тайрус поторопился, уверенный, что Блит уже умер. Но тот был жив. Веннар подложил ему под голову толстый валик из свернутой одежды. Тайрус не сразу заметил, что левая рука Блита оторвана прямо от плеча.
Когда Тайрус опустился на колени, Веннар сказал:
— Дракон начисто откусил ему руку.
Блит пытался заговорить, но закашлялся. Показалась кровь.
Тайрус взял его за руку.
— Мне следовало быть быстрее, — пробормотал он. — Мне жаль.
Блит покачал головой:
— Жизнь пирата коротка. Короче, чем у принца.
Тайрус нахмурился:
— Я не принц…
— Не повторяй этого снова, — свирепо выпалил Блит и снова закашлялся. Он ловил ртом воздух и кашлял с каждым вдохом. — Я знаю, ты всегда был принцем. Самое время и тебе увидеть это.