Звезда ведьмы
Шрифт:
— Крал, — Елена кивнула.
Мерик склонил голову.
— Я согласен с лордом Тайрусом. До тех пор пока мы не узнаем больше о предупреждении моей родственницы, нам следует действовать с открытой душой. Если мы потеряем доверие друг к другу, мы потеряем все.
Взгляд Елены встретился с золотыми глазами чужеземца.
— Так скажи нам, мастер Квэйл, что ты узнал?
Все взгляды сосредоточились на невысоком человеке. Он заговорил неторопливо:
— Пока вы сидели здесь и зализывали раны, Черный Зверь трудился как пчелка в своем логове на
— И что это за цель? — спросил Эррил.
— Ах, ты наконец-то начал думать своей головой, старый рыцарь. С тех пор как Темный Лорд подобрался к твоим берегам, вскипятив земную твердь в своем огнедышащем вулкане, ты пытался выпроводить его из этих земель, как захватчика, с которым необходимо разделаться.
— Да ну? — усмехнулся Эррил. — А что бы ты предложил нам сделать? Принять его с распростертыми объятиями? Пригласить на чай?
Арлекин рассмеялся лающим смехом:
— Я бы с удовольствием посетил подобное чаепитие.
Арлекин схватил кружку кофе, изящно изогнув руку. Его голос стал заискивающим:
— Еще сладкого печенья, господин Черное Сердце? Еще сливок?
Он выпрямился, его глаза были полны злого веселья.
— Может быть, твое чаепитие покончило бы с веками кровопролития.
Елена почувствовала, как Эррил окаменел рядом с ней. Она заговорила, не давая ему разразиться гневом:
— Мастер Квэйл, пожалуйста, что ты такое говоришь?
— Что вам никогда не заставить уйти Черное Сердце Гульготы с этих берегов, — Арлекин поставил кружку на каминную полку. — Никогда.
— Наши силы выдворили его с Алоа Глен, — проворчал Верховный Килевой.
Арлекин повернулся лицом к мужчине в два раза выше него:
— Вы выдворили его полководцев, полулюдей, у которых была лишь иллюзия величия, — не Черного Зверя. И при этом вы потеряли половину своих людей.
Елена внутренне похолодела. Странный малый был прав.
— По сравнению с Блэкхоллом этот остров — не более чем пробка в ванне, — он оглядел комнату. — Кто-нибудь из вас был в Блэкхолле?
— Я видел его издалека с границ Каменного Леса, — сказал Эррил.
— И у нас есть карты, схемы и морские карты, — добавил Хант, стоявший рядом с отцом.
— Морские карты? — Арлекин покачал головой и взглянул на лорда Тайруса, словно бы не веря в глупость того, что он услышал. Затем он снова повернулся к остальным. — Я прошел через его залы… как шут, дурак, развлечение для верхних этажей пустотелой горы. Там свыше пяти тысяч комнат и залов, лиги коридоров с чудовищными достопримечательностями на каждом повороте. Так послушайте же, что я скажу. То, что ты, Эррил из Стенди, видел… то, что ты нанес на карты, капитан Хант… это ничто.
Арлекин взмахнул своей пижонской шляпой.
— Это всего лишь облако на вершине истинного Блэкхолла. То, что вы видите над волнами, умножьте в три — нет, по меньшей мере в четыре — раза, и получите то, что лежит под морем, — он обвел пристальным
Тишина повисла в комнате.
Затем один серебряный колокольчик зазвенел среди сотен, украшающих одеяние Арлекина.
— Я предлагаю вам ту помощь, которую могу.
Он повернулся к Ханту:
— Лучшие карты, более детальные схемы их укреплений. В столь исполинском месте, как Блэкхолл, легко не заметить такого крошку, как я, да еще и изображающего шута. Но даже я, со всеми моими умениями, мог попасть лишь на самые верхние уровни этого омерзительного места, словно воробей, прыгающий по черепице на крыше, — он оглядел комнату вновь. — Поверьте этим словам, если не верите остальным. Вам никогда не победить Блэкхолл.
Елене показалось, что мир вокруг потемнел.
— Ну и зачем нам в таком случае сломя голову кидаться навстречу року, да еще и чтобы успеть за один месяц, — спросил мастер Эдилл, — если все, что нас ждет, — это поражение?
Арлекин печально вздохнул.
— Потому что иногда утратить жизнь в битве — это не самый худший исход.
— Что же хуже? — спросил Верховный Килевой.
Арлекин посмотрел на владыку Дреренди так, словно тот был ребенком.
— Утратить мир.
Начали раздаваться пораженные голоса, но лорд Тайрус заговорил со своего места рядом с очагом:
— Послушайте, что он скажет.
Арлекин, казалось, не заметил реакции остальных и продолжил:
— Веками Аласия сражалась за то, чтобы скинуть Черного Зверя с этих берегов. Маги древнего Чайрика отдали всю свою кровавую магию, стремясь добиться этого. Армии теряли жизни своих людей на этих берегах, до тех пор пока земля не покраснела от крови. В течение пяти веков восстания жестоко подавлялись его черным кулаком. И для чего все?
— Освободить наши земли, — прорычал Эррил. — Скинуть тяжесть его ига с наших плеч!
— Но кто-нибудь спрашивал: почему?
Эррил открыл рот, чтобы ответить, но на его лице отобразилось замешательство.
— Что значит «почему»? — выпалил он.
Арлекин прислонился к каминной полке:
— Почему Черный Зверь пришел сюда?
Выражение замешательства на лице Эррила стало явственнее.
— Пять сотен зим ушло на то, чтобы узнать, что Черное Сердце не из Гульготы, что на самом деле он огр, предок твоего друга Толчука.
— Что ты имеешь в виду?
— Вы не знаете своего врага; вы никогда не знали. В Блэкхолле вы видите остров и думаете, что вам все понятно, и не предполагаете, что существуют глубины, скрытые под ним. То же самое и с хозяином острова. Вы не знаете ничего. Почему этот огр покинул эти земли так надолго? Почему он появился среди дварфов? Почему он вернулся как завоеватель с войсками и магией? Почему он удерживал эти земли так долго? Почему он расположил Врата Плотины на местах стихийной магии вокруг Аласии?