Звезда ведьмы

Клеменс Джеймс

Рагнарк сложил крылья и волнообразным движением скользнул к руинам. Большая серая скальная акула, исследовавшая корабль, устремилась прочь, как только тень дракона прошла мимо нее.

Сайвин не обратила внимания на хищника, ее взгляд был прикован к обломкам. Корпус корабля развалился пополам от удара. Мачты срезало, но паруса по-прежнему оставались в путанице такелажа, и течение шевелило их, отчего они напоминали призраков. «Что произошло?» — спросила она саму себя.

Но она не была одинока в своих мыслях.

— Странно пахнет, — прошептал Рагнарк. — Плохо. Мы

уходим.

— Нет, мой милый гигант. Мы должны искать.

Она почувствовала тень его беспокойства, но и одобрение.

— Я должна взглянуть поближе. Ты можешь перенести меня к сломанной части?

Вместо ответа Рагнарк свернул тело в тугое кольцо и устремился на морское дно, к неровному пролому в корпусе корабля. Ил всколыхнулся под его брюхом и ноги процарапали песчаное дно.

— Ты сейчас уйдешь? — спросил Рагнарк, и в его мыслях слышалась печаль.

— Я должна. Ты же знаешь.

— Я знаю. Мое сердце будет скучать по тебе.

Сайвин проверила пару баллонов с воздухом и гарпуны за спиной. Удовлетворенная, она высвободила ноги из поддерживающих их чешуй. «Не бойся, моя любовь. Ты всегда в моем сердце».

Сквозь нее прошло ощущение теплоты, посланное драконом.

«Скоро увидимся».

Она выплюнула сифон, который давал ей возможность разделять запасы воздуха дракона, и позволила воде поднять себя с места. Как только она оторвалась от дракона, морское дно всколыхнулось тучей ила и песка. Глубокая тень пронеслась под ней, завихряясь и концентрируясь. Сайвин оттолкнулась ногами и замахала руками, чтобы удержаться на месте посреди вращающегося облака, и стала ждать.

Была еще одна причина, по которой Сайвин попросили исследовать останки корабля. У нее был свой собственный эксперт в том, что касалось кораблей и мореплавания.

Из облака позади нее внезапно возник Каст, обнаженный, с яростно ищущими глазами. Она поплыла к нему с улыбкой. Его черные волосы, не заплетенные в обычную косу, развевались вокруг лица, его татуировка в виде дракона сияла на щеке и шее. Его глаза встретили ее. Хотя она не могла мысленно разговаривать с ним, то же самое теплое ощущение прошло сквозь нее. То, что они разделяли, было более старой магией.

Он подплыл к ней и обвил длинными руками ее талию, заглянув в глубину ее глаз. Проведя с ней столь долгое время, он чувствовал себя в море так же свободно, как и она. Она потянулась к баллону с воздухом, но вместо этого его губы нашли ее. Он поцеловал ее нежным поцелуем.

Поцелуй был слишком коротким. Он по-прежнему не мог задерживать дыхание так долго, как истинные мираи.

Она передала ему баллон с воздухом, и он взял в рот кончик дыхательной трубки. Она смотрела, как он делает два вдоха. Он жестом показал, что с ним все в порядке. Она высвободила второй баллон и сделала то же самое, затем устремилась к разбитому корпусу эльфийского корабля. Они поднялись на несколько пядей и нырнули вниз, к темным внутренностям корабля. Каст держал ее за руку. В холодной воде его ладонь казалась теплым угольком.

Вдвоем они проскользнули в пролом корпуса, напоминавший раскрытые в зевке челюсти. Эльфийский корабль-разведчик не был

большим, меньше, чем две длины драконьего корпуса. Его нос вмещал всего три кают-компании и маленькую кухню. Корма заканчивалась складским помещением.

Каст жестом показал, что он мог бы проверить каюты в передней части корабля. Она кивнула. Прежде чем покинуть левиафана, они проанализировали ситуацию. Поскольку тело родственницы Мерика не всплыло, возможно, оно лежит под обломками.

Сайвин потянулась к плечу и высвободила один из двух своих гарпунов. Она передала оружие Касту, помня о скальной акуле, шнырявшей до этого вокруг корабля. Затем она достала свой собственный гарпун и встряхнула пару светящихся шаров размером с кулак на его торце. Они вспыхнули зеленым сиянием, заливая деревянные внутренние шпангоуты корабля болезненным светом.

Каст последовал ее примеру, затем поднял свой гарпун в салюте и скользнул к ней. Он проверит носовую часть корабля; Сайвин достанется корма.

Повернувшись, Сайвин стала рассматривать хаос ящиков и бочек, заполнявших кладовую. Некоторые плавали у нее над головой. Содержимое других было достаточно тяжелым, чтобы они лежали на палубе. Она переместила взгляд дальше в темный трюм. Свет шаров на ее гарпуне не мог проникнуть в дальний конец.

Бросив взгляд через плечо, Сайвин увидела, как ноги Каста исчезли в люке. В одиночестве она вернулась к мрачным внутренностям складского отсека корабля. Подняв гарпун над головой, она отбросила распорку и скользнула в центр нагромождения обломков. Спрятан ли хоть какой-нибудь ключ к разгадке судьбы корабля среди этих ящиков? Она плыла медленно, выискивая что-либо подозрительное.

Своим гарпуном Сайвин оттолкнула плавающий ящик, потревожив большую морскую черепаху. Обитательница океана посмотрела на нее с явным раздражением и поплыла прочь.

Сайвин двинулась глубже в трюм.

Вскоре она обнаружила, что скользит над маленькими, странной формы бочками. Каждая из них была идеальной овальной формы и размером не больше человеческой головы. Они выглядели словно крупные яйца. Но самым странным был их цвет: глубокий эбеновый — такой темный, что яйца, казалось, скорее поглощают свет, чем отражают его. Она подплыла ближе, заинтригованная, и увидела прожилки серебра, разбегавшиеся по черному, словно трещины на скорлупе.

Сайвин наклонилась ближе, и неожиданно поняла, что же она обнаружила. Милосердная Небесная Мать! Почти задохнувшись в панике, она отшатнулась, загребая руками воду. Она оттолкнулась гарпуном от загроможденной палубы, но ударилась спиной о шпангоут, удерживаясь над лежащей внизу мерзостью. Она двинулась узкими кругами. Предметы были разбросаны повсюду. Здесь было больше сотни.

Ее глаза расширились в страхе.

Они все были сделаны из черного камня! Яйца из черного камня!

Она попятилась от кладки, отбрасывая ящики, плававшие под потолком. Она доплыла до разбитой секции корпуса и посмотрела на солнце, сияющее высоко над океаном, яркое размытое пятно на поверхности. Свет наполнил ее силой, как если бы его чистота могла стереть то, что стояло у нее перед глазами.