Звездные всадники

Зан Тимоти

– Пока только в первом приближении, – ответил тот, – но вроде бы очень похоже на обычный пояс астероидов. По крайней мере, отсюда; стоит подойти слишком близко, и гравитационные поля сильно искажают картину. – Рэндал повернулся в Ферролу: – Знаешь, ты, по-моему, прав: наличие тут большого количества крупных валунов играет существенную роль. По крайней мере, дважды замеченные нами аномальные движения возникали откуда-то из-за темной стороны камней. Там, наверно, можно укрыться от радиации – конечно, если речь идет о

чем-то более мелком, чем звездный конь.

– Да, – согласился Феррол. – Приглядись-ка к самой черной дыре. Все-таки не вредно представлять, с чем имеешь дело.

– Ладно.

Рэндал отвернулся к своим сканерам, а Феррол включил связь с шаттлом. Упоминание о звездном коне…

– Вис-каа? Это ты?

На экране появилось лицо темпи или, точнее, та его часть, которую можно было разглядеть между шлемом-усилителем и золотисто-голубым шейным платком.

– Фе-роо?

– А-а, Пла-зии. Я так понимаю, Вис-каа отдыхает?

– Да, – ответил темпи. – Он слишком много отдыхает.

– Все вы слишком много отдыхаете, – буркнул Демарко.

Феррол бросил на него сердитый взгляд.

– Понимаю, Пла-зии, и мне очень жаль, – сказал он темпи. – В последние три дня Эпилогу пришлось несладко, но и вам тоже. Однако это окупило себя. Мы нашли сообщество космических созданий, во многом похожих на те, которые мы ищем.

– Знаю, – ответил Пла-зии. – Эпилоннинни уже заметил их.

Со стороны Демарко послышался отрывистый смешок, но на этот раз Феррол даже не потрудился бросить в его направлении осуждающий взгляд.

– Рад слышать это, – сказал он. – Что еще Эпилог тебе поведал?

– Не понимаю вопроса.

– Я хочу знать, какое впечатление это место производит на Эпилога, – развил свою мысль Феррол. – К примеру, не испытывает ли он тревоги или физических страданий из-за радиации черной дыры? Или, может, его беспокоит, что даже на таком расстоянии гравитационные поля слегка искажены? – Он бросил взгляд на яркие кружки на дисплее. – Или, что еще важнее, не чувствует ли он угрозы со стороны обитающих тут созданий?

– Эпилоннинни не чувствует угрозы, – быстро ответил Пла-зии.

– Хорошо. Если вдруг что-нибудь изменится, сообщи мне сразу же, ладно?

– Твои желания совпадают с нашими.

– Да, конечно… Я сказал просто на всякий случай. – Феррол обвел взглядом мостик. – Колхейз, начиная с этого момента твоя единственная работа заключается в том, чтобы следить за аномальными движениями в направлении Эпилога или поперек его пути, – приказал он одному из членов экипажа. – Рэндал?

– Масса черной дыры примерно в сто раз больше массы солнца, – сообщил тот. – Очень быстро вращается. Сейчас мы на расстоянии около трех миллионов километров от нее.

Феррол попытался припомнить все, что знал о черных дырах.

– Есть какой-нибудь релятивистский эффект? – спросил он. – Структурное смещение или другие орбитальные

аномалии?

– Нет, на таком расстоянии нет, – ответил Рэндал. – Конечно, если мы хотим получше разглядеть этих твоих зверушек, придется подойти поближе.

– Правильно. И что бы мы ни увидели, не забывай о деле. Особенно следи за уровнем радиации и гравитационными градиентами. А если увидишь что угодно, вызывающее у тебя беспокойство, немедленно сообщи мне. Ясно?

– Да, сэр.

Ну, вроде бы все готово. Феррол сделал глубокий вдох и перевел взгляд на экран. Там уже полыхали около двадцати кружков; самый ближний обозначал место на расстоянии двадцати тысяч километров в направлении черной дыры.

– Давай, Пла-зии, – сказал Феррол. – Подводи нас поближе… Очень медленно, очень осторожно.

Глава 26

Астероид был крупный, с отвесными склонами. За его неровными краями можно было хорошо укрыться от бледного призрачно-голубого света далекой черной дыры. Белое пятно прожектора «Скапа-Флоу» медленно скользило по нему, задерживаясь около каждого затененного участка, прежде чем двинуться дальше. Глядя на дисплей, Феррол покачал головой.

– Ну, я сдаюсь, – сказал он, не обращаясь ни к кому в частности. – Куда эта проклятая тварь подевалась?

– Влево, мне кажется, – ответил Демарко. – Вон за тем… смотри, вылезает!

Черная тень отделилась от астероида и быстро пронеслась сквозь пространство, уйдя за край дисплея, но потом следящая система поймала ее и снова поместила в центр. Примерно полуметровая в поперечнике, она летела не прямо, а сворачивала под прямым углом, чем напоминала порхающую бабочку. Вот и все, что дало двадцатиминутное пассивное наблюдение.

– Давай возьмем ее, Мал, – сказал он. – Как только будешь уверен, что не промахнешься.

– Ладно. Ну, пошла…

Пушка выстрелила сетью, и корабль слегка дернулся. Феррол затаил дыхание… и в последний момент «бабочка» круто развернулась. Слишком поздно: сеть опутала ее и начала сжиматься…

В бледно-голубом свете короткая вспышка разряда от сети была хорошо видна. «Бабочка» еще раз судорожно дернулась и обмякла.

– Тауни, готово, – сказал Феррол в интерком. – Сматывай сеть.

– Сейчас.

«Бабочка» на дисплее медленно заскользила к кораблю. Феррол выгнул плечи, растягивая затекшие мышцы; в душе нарастало чувство опустошенности и разочарования. За четыре часа медленного дрейфа в каменном кольце они заметили, идентифицировали и зафиксировали на пленке не меньше пятнадцати различных видов космических созданий. Четыре из них – нет, уже пять – поймали сетью, оглушили или убили с помощью электрического разряда и доставили на борт для дальнейшего изучения.

И во всем этом проклятом зверинце они не обнаружили ни единого хищника.