1632
Шрифт:
– Ох, эти мягкосердечные американцы, - проворчал он.
– Мы бы сделали лучше.
– Хватит, - скомандовал Маккей.
– Здесь командует генерал Стирнс.
Леннокс смолк, но было достаточно очевидно, что он не был доволен. Майкл решил объясниться.
– Я понимаю, что у нас было бы больше шансов разгромить всю армию, если бы я подождал. Но наша первая обязанность состоит в обеспечении безопасности Айзенаха. Без этих пушек у испанцев вообще нет шансов пробить его стены.
Леннокс воздержался от очевидного возражения. У них в любом случае нет шансов. Алекс
– Полагаю, ты хочешь, чтобы мы погнали ублюдков после того, как БТРы разорвут артиллерию в клочья?
Майк кивнул. Алекс стал ещё более энергично дергать бородку.
– И ты по-прежнему намерен...?
– Да!
– ответ Майкла был мгновенным и недвусмысленным.
– Гоните их к Вартбургу, Алекс. И не подвергайте своих людей большей опасности, чем нужно. Я хочу, чтобы наши потери были как можно меньше.
Выражение на лице молодого шотландского офицера достаточно ясно говорило, что он не испытывал восторга по поводу планов Майкла. Но он воздержался от спора. Александр Маккей определенно не считал Майкла Стирнса "военным гением", но он непоколебимо верил в субординацию и принцип единоначалия.
Мгновением спустя Маккей и Леннокс начали отдавать приказы кавалеристам. Через несколько секунд район сосредоточения конников бурлил лихорадочной активностью, как пчелиный улей в разгар летнего дня. Утрамбованная земля становилось ещё тверже под копытами тысяч топчущихся лошадиных ног.
Айзенахские ополченцы, охранявшие ворота, были тут единственными пехотинцами. Но они могли привести в движение механизм ворот, будучи под защитой каменных стен караульни. Майкл же был на открытом месте. Он прыгнул обратно к лестнице и побежал вверх, опять перепрыгивая через две ступеньки за раз. Он ни в малейшей степени не испытывал желания оставаться, будучи пешим, на площадке, где тысяча всадников выстраивала своих скакунов для атаки. Стук. Плюх. Ой, я извиняюсь. Сэр, я очень сожалею по поводу происшедшего.
Как только он вернулся на стену редута, Гейл снова протянула ему радио. Он искоса посмотрел на неё.
– Проблемы?
– Нет, - ответила Гейл.
– Если не считать того, что Фрэнк приказал мне передать тебе, что ты мягкосердечный слабак.
Майкл улыбнулся. Он снова поднес бинокль к глазам.
– Да, я знаю, - пробормотал он.
– Это грязная работа, но кто-то же должен ее делать.
Улыбка Майкла исчезала по мере того, как он изучал испанские терции за стенами Айзенаха. Вся армия включала шесть терций, примерно двенадцать тысяч человек, по его оценкам, плюс примерно две тысячи кирасир, расположенных на флангах строя. Это не являлось такой уж огромной армией, по меркам того времени, но это все же были достаточно значительные силы. Достаточно большие для того, чтобы обратить сельскохозяйственные земли, через которые они прошли, в бесплодные пустоши. Майкл мог видеть горящие фермы за их спинами. К счастью, сельские жители давно уже укрылись в стенах Айзенаха. Но разрушения были, тем не менее, достаточно сильными.
Испанская пехота была в примерно пятистах ярдах. Командир испанцев остановил свою пехоту, чуть не доходя до дороги, в то время как артиллерия начала занимать позиции по другую её сторону, чуть ближе к стенам. Было совершенно очевидно что, он намеревался начать свою атаку на Айзенах с артобстрела.
Дорога шла с севера на юг, к западу от города. Теперь она официально называлась Федеральная дорога номер 26. Дорога номер 4, по которой
– Мягкосердечный...
– прошипел Майк, обращаясь к самому себе.
– Нет, Фрэнк, не совсем так. Просто я знаю, куда ведет иная дорога.
Он опустил бинокль и повернул голову на северо-восток. Меньше, чем через три секунды, он увидел первый из БТРов Гарри, с грохотом выскочивший из-за невысокого холма, скрывавшего их приближение.
– Господи, как же меня тошнит от того, что сейчас произойдет, - пробормотал он.
Гейл недослышала его реплику.
– Что-то не так с БТРами?
– Нет, Гейл, - мягко ответил Майк.
– Всё в порядке. Гарри порвет испанцев на части.
– Он бросил на нее быстрый взгляд: - Именно это меня и беспокоит.
Гейл, в свою очередь, недоуменно фыркнула. Было очевидно, что она его не поняла.
– И вот эта твоя реакция - именно то, что волнует меня больше всего, - подумал Майк. Он опять поднес бинокль к глазам, сосредоточившись на молниеносной атаке Гарри. Дай им несколько лет, и слава Кортеса и Писарро может и поблекнуть. Настоящие чистокровные идальго,черт бы их подрал.
***
– Огонь!– заорал Леффертс, сидящий в бронированной кабине переднего БТРа. Эффект его слов, донесенных до других БТРов установленными на машинах Си-Би радиостанциями, был подобен извержению вулкана. Ружья, выглядывавшие из бойниц, прорезанных по обоим бортам бронированных грузовиков-углевозов, открыли огонь. Большинство из них было перезаряжавшимися вручную помповками или магазинками со скобой, но хватало и самозарядок. Их скорострельность, разумеется, не дотягивала до стандартов автоматического оружия, но она, тем не менее, потрясла до глубины души испанских пехотинцев, в изумлении глазевших на БТРы.
Американские солдаты, стрелявшие по находившейся справа от грузовиков испанской пехоте, просто старались стрелять настолько быстро, насколько это было в их силах. Не было смысла тратить время на прицеливание. Передние шеренги испанцев были меньше чем в тридцати ярдах от дороги. Практически каждая пуля, выпущенная с такого расстояния в толпу стоящих плечом к плечу людей, находила свою цель.
Стрелки, сидевшие по левому борту броневиков, должны были тратить какое-то время на прицеливание перед каждым выстрелом. Им было поручено перебить орудийные расчеты, а каждый канонир или ездовой был индивидуальной целью, а не частью плотно сбитой толпы. Но дистанция была столь же минимальна - даже еще меньше, если говорить о крупнокалиберных пушках - так что прицельный огонь не был такой уж сложной задачей.