24 часа
Шрифт:
Истошно вскрикнув, девочка обвила руками шею матери.
– Нам пора, – неумолимый Хики двинулся к машине. – Давай прощайся!
– Не-е-е-т! – рыдала Эбби. – Не-е-е-е-т!
Прижимая к груди безутешную девочку, Карен умоляюще посмотрела на своего мучителя:
– Очень прошу, позволь мне остаться с ней до утра. Ну что это изменит?
– Я уже сто раз объяснял, – протянул руку Джо. – Отпусти ее!
Обнимая худенькие плечи дочки, Карен сделала шаг назад. Она понимала: ничего хорошего не выйдет, но в данный момент не разум руководил ее действиями.
– Прекрати! – вскрикнула Карен. – Прекрати, ей же больно!
– Тогда отпусти, черт подери!
Чувствуя, что вот-вот разрыдается, Карен разжала объятия. Душераздирающий крик сорвался с губ Эбби.
Приказывая себе держаться, несчастная мать схватила сумку-холодильник и передала Хьюи. В ней осталось еще несколько шприцев и пять ампул инсулина, в том числе один хумалог.
– Пожалуйста, держите лекарства под рукой. Если Эбби станет плохо или она потеряет сознание, позвоните мне, и я скажу, что делать!
На лице гиганта отразились страх и недоумение.
– Да, мэм, обязательно…
– Заткнись, тормоз! – орал Хики. – Веди девчонку обратно!
Прижав ладони к широкой груди Хьюи, Карен умоляюще заглянула в глаза.
– Я знаю, ты добрый христианин… Умоляю, не трогай мою девочку!
Рот Коттона безвольно открылся, обнажив желтые зубы.
– Не трогать твою девочку?
Подтолкнув малышку к двоюродному брату, Хики схватил пленницу за локоть и потащил к "форду".
– Эбби, завтра утром я за тобой вернусь! – пообещала Карен. – Проснешься, а я уже здесь…
Девочка продолжала визжать так громко и отчаянно, что несчастной женщине пришлось зажать уши. Что угодно, только бы не слышать, как страдает доченька! Помочь-то она все равно не сможет… Ну что же это такое?! До машины осталось метров десять, когда Карен, двинув Джо по голове, понеслась на свет фар второй машины.
Она была совсем близко, когда подоспевший Хики ударил по затылку чем-то тяжелым вроде молотка. Распростертая на влажной траве, Карен услышала, как хлопнула дверца, а потом скрип шин и скрежет разболтанного ремня вентилятора: пикап Хьюи уезжал прочь по лесной дороге.
На двадцать восьмом этаже отеля "Бо риваж Билокси" в Кипарисовом люксе номер 28021 зазвонил телефон. Подоспевший Уилл схватил трубку первым.
– Джо? – закричал он. – Это Джо?
– Уилл? – неуверенно проговорил знакомый голос.
– Карен!
Услышав в трубке плач, Уилл едва не растерял остатки мужества: по пустяками Карен Дженнингс не плачет.
– Ты видела Эбби? – нервно сглотнув, спросил он. – Смогла сделать укол?
– Уилл, она так перепугана! Я вколола восемь кубиков, оставила еще несколько ампул и шприцы. Это было ужасно…
Карен закричала, а потом в трубке послышался голос Хики:
– Ну, умник, можешь успокоиться. Инсулин доченьке переправили. Так что давай!
– Подождите!
Кричать
– Эй! – позвала Шерил. – Все будет в порядке, все наладится. – Потянувшись, она коснулась его плеча.
Вспылив, Уилл швырнул ей в голову телефон, и девушка упала на кровать. Нужно было отнять пистолет, и немедленно, но мерзавка вцепилась в него мертвой хваткой. Царапаясь и выкручивая друг другу руки, они катались по белоснежному покрывалу. Отчаянно боясь остаться без оружия, блондинка прижимала пистолет к груди. К черту осторожность, терять нечего: Уилл схватил его двумя руками и изо всех сил дернул.
Раздался треск ткани, и пистолет остался в руке Уилла. Отскочив от кровати, он прицелился в блондинку: безоружная, она прятала от него окровавленную руку.
– Что за черт?!
Платье порвалось на груди, обнажив прозрачный черный бюстгальтер. Но Уилл смотрел не на упругую, прекрасной формы грудь. Его внимание привлекло целое созвездие синяков, грязными пятнами покрывающих ребра и живот. Один из них, овальной формы, уходил под черный шелк бюстгальтера.
– Кто тебя так?
Девушка прижалась к резной спинке кровати. Движение инстинктивное, доведенное многократным повторением до автоматизма…
– Никто. Так, пустяки.
– Это не пустяки, а следы побоев.
Шерил прикрыла грудь подушкой.
– Пустяки! А ты, парень, только что совершил большую ошибку.
"Пистолет отнял, злость сорвал, что делать дальше?"
– Хочу кое-что спросить, – начал Уилл.
– Да пошел ты…
– Ты одобряешь это похищение?
Она молчала.
– Мне кажется, нет. Думаю, это идея Джо, а не твоя. А еще думаю, ты пыталась его отговорить. Поэтому он тебя избил, верно?
Красивое лицо стало похожим на маску.
– Для побоев причины не нужны, – пробормотала девушка, вмиг утратив былое красноречие. – Никаких причин не нужно…
Уилл мысленно вернулся в дни, когда работал в отделении экстренной помощи. За те шесть месяцев он увидел больше следов физического насилия, чем за всю остальную жизнь. А объяснения попавших в больницу женщин очень напоминали рассказ Шерил: скупые, мрачные. Но разве за одну ночь решишь семейные проблемы этой девушки? Со своими-то разобраться не получается… Ужасная, леденящая мысль промелькнула в сознании Дженнингса.
– Почему со мной ты? – потребовал он.
Взгляд Шерил пустой, непонимающий.
– Спрашиваю, почему здесь не Джо? То, что он ненавидит меня всем сердцем, очевидно. Окажись он сейчас в этом номере – мог бы всю ненависть выплеснуть! А я бы терпел – выбора-то нет… – Опустив пистолет, Дженнингс шагнул к кровати. – Шерил, что-то тут не сходится. Почему мужчина не сидит с мужчиной, а женщина с женщиной? Мужчине же проще справиться с обезумевшим от страха отцом! Джо всегда так поступает? Всегда выбирает женщину?