2788
Шрифт:
На мгновения меня опять охватило глупое и неисполнимое желание родиться в другой семье, у обычных, средних родителей, которые ничего особенного от сына не ждут. Родителей, которые были бы довольны и горды тем, что я занял второе место по школе.
Впрочем, я несправедлив к маме. Знаю, она тоже немного разочарована, куда уж без этого, но старается никогда этого не показывать и помогает мне втайне от папы.
Я вздохнул, убрал в карман свой обычный глядильник и вынул из тайника под полом другой, секретный. Простая дешевка, но с одним огромным преимуществом над навороченной моделью, подаренной
Я услышал, как за спиной открылась дверь, оглянулся и увидел, что оба друга пришли вместе. Они тщательно закрыли дверь, и Маколл раскинул руки:
– Трепещите, угнетенные дельтанцы! Вам грозит тлетворное влияние гаммита!
Валин стукнул его и тут же повернулся ко мне:
– Как твое вчерашнее свидание? Тебе удалось чего-нибудь добиться от подружки?
Я вынул еще два глядильника, передал их друзьям, закрыл тайник под полом, вернул на место плиту, встал и только после этого ответил:
– Получил пощечину, был обозван сексуальным извращенцем и лишился подружки.
– Ох. – Валин плюхнулся на стул и вздохнул. – Свидание явно не удалось.
– Извращенцем? – переспросил Маколл. – Что ты с ней пытался сделать?
– Взять ее под руку, – ответил я. – Мне казалось, что ей хочется, чтобы я вел себя посмелее, но, очевидно, я ошибся.
– И все? Ты точно больше ничего не задел?
– «Ни одна уважающая себя дельтанка не станет даже за руки держаться с парнем без контракта помолвки», – передразнил я свою бывшую подружку, приводя ее отповедь слово в слово. Затем вернулся за стол, положил глядильник и сердито продолжил: – Можно подумать, я отказывался от помолвки! Отец бы, конечно, разъярился и заявил, что нельзя отвлекаться от учебы, но я бы настоял на своем. Мне просто хотелось хоть чуть-чуть уверенности.
Маколл рассмеялся:
– Чуть-чуть уверенности в том, что тебе не придется выдержать жуткие споры с отцом, и оказаться юридически связанным на месяцы, и все это ради помолвки с ледышкой?
– Ну да, – признал я. – Трудно понять, почему тебя держат на расстоянии – потому что ее сковывают дельтанские правила приличия, или потому, что ей самой ничего не хочется.
Маколл сел на последний свободный стул и меланхолично покачал головой:
– Уже пять лет, как родители притащили меня на Геркулес ради своей треклятой карьеры, а я так и не могу привыкнуть к тому, насколько консервативны здешние пуритане. Будь я по-прежнему на Асгарде, в секторе Гамма, и встречайся с тамошней девушкой...
Несколько минут мы молчали, каждый мечтал о том, как здорово было бы встречаться с девушкой в секторе Гамма. Маколл переехал в двенадцать, у него самого настоящей подружки никогда не было, но он видел, как целовался старший брат. А мы с Валином могли судить только по гаммитским фильмам. Вообще-то их не посмотришь до восемнадцати без специального разрешения родителей, но у Маколла двойное гражданство – и дельтанское, и гаммитское, – поэтому у него доступ свободный, он и нам с Валином показывал. Мне больше всего нравился сериал «Сталея из джунглей».
– Хотел бы я встречаться со Сталеей... – вслух размечтался я.
– Дикой девушкой
– Не такой он и нелепый, – не согласился Валин. – После Исхода цивилизация чуть не распалась. В начале двадцать пятого века многие миры после отказа старых межзвездных порталов действительно оказались в полной изоляции.
– Да, но джунгли? – возразил Маколл. – Военные не допустят колонизацию нового мира, если на континенте для заселения остались джунгли. Да еще такие, в которых чудища водятся.
Я прервал спор друзей:
– До нереалистичного сюжета мне дела нет, я не об этом. А о том, как Сталея перебрасывает своего друга через поляну, запрыгивает на него и зацеловывает. Если бы моя подружка, то есть бывшая подружка, хоть немного...
– Чтобы дельтанка так тебя целовала, одной помолвки мало, – хмыкнул Маколл. – Подозреваю, что и женитьбы может не хватить. А бросок через поляну плохо кончится, если приземлишься на камень.
– Друг Сталеи о камни никогда не стукается, – мечтательным голосом произнес Валин. – Она всегда бросает его на что-то мягкое, а как она целуется! Жаль, что каждый раз титры идут, как только доходит до интересного.
– Какой ужас! Примерным дельтанским юношам не пристало в семнадцать лет предаваться грешным мыслям о целующихся девушках! – Маколл покачал головой в притворном неодобрении.
– Я совсем не примерный, – парировал я. – Не веришь, спроси моего отца. Ладно, главное, что мне нравится в Сталее, – она не скрывает, чего хочет от своего парня. Если бы мне с сразу объяснили правила, может, я и не разошелся бы со своей подружкой. – Я вздохнул, помолчал, потом продолжил: – Ладно, может, и хорошо, что мы разбежались. Одному проще. Я бы не мог уйти с Геркулеса сам, только вместе с невестой, и...
– Забудь о ней! – прервал меня Маколл. – Пора браться за дело, нам задали прочесть, как фракция экспансионистов получила поддержку большинства в две тысячи триста семидесятом.
Каждый из нас включил свой тайный глядильник, и какое-то время мы в полной тишине читали материалы про победу экспансионистов, в результате которой военные продолжили открывать для заселения планеты сектора Бета. Мне казалось, что автор статьи рисует эту победу слишком радужными красками, как несомненное достижение. Поспешная, жадная колонизация чуть не привела к полному краху цивилизации, из-за нее потеряна огромная часть знаний человечества. Если бы мы подождали, пока двести миров сектора Альфа нормально разовьются, наука сегодня была бы на несколько столетий впереди.
Я, конечно, не папа, и не считаю, что наука важнее всего, но катастрофа стоила человечеству не только научных знаний, но и огромной части истории, культуры и...
Громкий звонок из-под крыши купола возвестил о начале первого урока. Мы убрали глядильники, выждали ровно пять минут и осторожно выглянули наружу. Никого не увидев, быстро добежали до соседнего купола, заскочили в открытую дверь и аккуратно прикрыли ее за собой.
– Добро пожаловать, – поприветствовал нас Ларссон, учитель истории. – Я только что объявил, что пришли первые результаты экзаменов.