365

Либрем Альма

— Она ж закрыта последние месяца два. Регине вроде как не нравилось, что кто-то там отдыхает, когда надо работать.

Игорь только запустил пальцы в волосы жены, выдёргивая из них шпильки.

— Ну, — он продемонстрировал девушке её украшение, — если ты не пожалеешь эту шпильку, то мы вполне можем переночевать там…

Саша не возражала. Она щёлкнула по кнопке монитора Игоря, отключая и его, и ускользнула в коридор, отключая за собой свет. В темноте можно было расслышать только мягкие шаги девушки, и Ольшанский следовал за нею, в темноте по памяти пытаясь отыскать

нужную дверь.

Они столкнулись уже там, у комнаты отдыха.

— Подсвети-ка, — попросил Игорь, вручая Александре мобильный. — О, здесь даже замки простые…

Саша повиновалась, одной рукой держа телефон, а вторую опустив на плечо Игоря.

— Ты никогда не подрабатывал вором? — со смехом поинтересовалась она у него. — А то так бойко вскрываешь замки…

— Нет, дедушка научил. Готово! — он открыл дверь и с полупоклоном пропустил Сашу вперёд. — Прошу!

Александра переступила порог, поймала его за запястье и утянула следом за собой. Игорь только успел закрыть дверь — изнутри она закрывалась на защёлку, — и, подумав, что, возможно, это не лучшее место для признаний в любви собственной жене, крепко обнял её и поцеловал её в губы.

35

29 марта 2018 года

Четверг

— Итак, уважаемые, сегодня мы проведём наш митинг внутри, — Игорь закрыл дверь и провернул ключ в замке. — Выйти, если есть желание, может каждый, но работать будем в таком режиме. Иначе Регина и какая-нибудь очередная служба клининга точно не дадут нам возможности всё закончить. Никто не против?

Коллеги отрицательно замотали головами. Игорь знал, что любой дедлайн заканчивается серьёзными завалами и большим количеством задач, поставленных на выполнение, но в этот раз ситуация была катастрофическая. Они с Сашей вчера только в три часа ночи обнаружили место ошибки, а потом ещё целый день прорабатывали концепцию исправления, а ведь до прибытия заказчиков оставались считанные дни.

— В таком случае, — Ольшанский вскинул руку, в которой сжимал несколько исписанных мелким почерком листов бумаги, — перейдём к исправлениям. Файлы, в которые мы не вносим изменения, уже закрыты, чтобы никто ничего не испортил. Я оставил вам только ту часть, которую будем редактировать. Работать придётся всем параллельно, там достаточно большое количество кода, потому давайте сразу договоримся относительно названий, дополнительных переменных и так далее. Придётся переделать момент с конвертацией, отступить от стандартного алгоритма…

Дверь задрожала. Игорь оглянулся на неё, мысленно поблагодарил Сашу за здравую идею закрыться на ключ — тот было не так уж и трудно взять на посту охраны, — и громко спросил:

— Кто там?

— Клининг-сервис, откройте! — вполне ожидаемо отозвались снаружи. — Я должна у вас убрать!

Знакомое гудение робота-пылесоса заставило программистов переглянуться и заулыбаться. Опять! Сколько б они не говорили Регине, что представители клининг-сервиса только мешают, тем более в период дедлайна, Разумовская не прислушивалась. Но сейчас был один из тех дней, когда она, вероятно, в очередной раз отсутствовала

на работе.

— Мы заняты! — отозвался Ольшанский. — И открывать вам не будем. День обойдёмся без уборки.

— Как же так?! — удивилась женщина по ту сторону двери. Она постучала вновь, подёргала дверную ручку и куда-то ушла.

— Вернёмся к обсуждению, а то это никогда не прекратится, — Ольшанский вновь повернулся к команде. — Так вот, по поводу стандартного алгоритма и конверта…

Дверь задрожала, но выдержала. Судя по стуку, на этот раз убираться у них планировала женщина богатырской силы.

— Ольшанский, что вы там делаете? Эта милая леди сообщила мне, что ей не дают выполнить профессиональные обязанности, — издевательски произнёс Эндрю. — Вы откроете или нет?

— Нет! — хором ответили ему.

Ольшанский подошёл к двери, посмотрел на замок, подумал, что совсем скоро придётся его чинить, если так продолжится и дальше, и вкрадчиво полюбопытствовал:

— Эндрю, ты знаешь, какие штрафы грозят фирме за невыполнение условий договора по проекту? И кто по договору их выплачивает, если что?

Голландец ответил не сразу, сначала, вероятно, ему пришлось возобновить в памяти собственный черновик договора.

— Большие, — усмехнулся он. — Ну, и выплачивает виновный в срыве.

— Так вот, передай женщине, которая сейчас так сюда прорывается, что виновной в срыве будет она. И ей придётся работать бесплатно целую вечность, чтобы всё выплатить. Надеюсь, это понятно? Молчание я расцениваю как знак согласия.

За дверью зашептались. Женщина, очевидно, уточнила, какой на самом деле штраф, соотнесла его с ущербом от неубранной комнаты — раздался испуганный вскрик, — а потом робот-пылесос зашумел в противоположном от их кабинета направлении.

— Победа! — одними губами прошептал Игорь, обращаясь к своим подчинённым. — Пылесос мы уже победили, остался только код!

Обрадовались, кажется, все, кроме Севы. То ли он так страдал по Америке, то ли грустил по несчастному роботу, но выражение его лица осталось таким же кислым.

34 — 33

34

30 марта 2018 года

Пятница

Закрытая дверь на некоторых действовала, как красная тряпка на быка: то есть, зрение вроде бы черно-белое, раздражает эта тряпка точно так же, как и синяя, зелёная и любого другого цвета, но приходит наглая зверюга приходит именно к конкретному человеку, пытаясь забодать его насмерть.

Так было и с Региной. Даже хуже. И хотя она ни разу не постучалась, потому что это точно было ниже её достоинства, можно было услышать, как постукивали каблуки чужих туфель у двери. Смешно говорить, что это кто-то другой: в их офисе кроме Саши была только одна женщина — Разумовская.

Игорь раздражённо встал со своего кресла и тихо подошёл к двери. Звук повторился, потом — он готов был поклясться, — кто-то случайно задел дверную ручку.

Он провернул ключ в скважине и резким движением открыл комнату. Регина с трудом успела отпрянуть.