365
Шрифт:
— Дурное предчувствие.
— Ты ж в это не веришь.
Он передёрнул плечами, но не проронил ни слова. И вправду не верит, никогда не верил, но сейчас почему-то никак не мог избавиться от ощущения, что что-то пошло не так.
— Думай о хорошем, — Саша поцеловала его в щеку и обвила шею руками. — Может быть, у нас наконец-то начнётся светлая полоса.
— Да, — согласился Игорь. — Может быть.
Даже если для этого придётся принимать ну уж очень радикальные решения.
30 — 29
30
3
Вторник
Заказчики оказались довольно приятными людьми, выглядевшими куда проще, чем тот же ван Дейк, опыт общения с которым был и у Игоря. Они часто и много улыбались, могли похлопать по плечу или даже обнять совершенно незнакомого человека и так энергично трясли руку Ольшанского при знакомстве, что тот едва сдержался, чтобы не отойти от них метра на три.
Тем не менее, то, что сверка технического задания с полученными результатами проходила успешно, не могло не радовать. Они сидели уже третий час над кодом, просматривали перечень функций, пересматривали, всё ли сходилось — и пока что не нашли ни единого существенного отличия.
— Простите, — обратился к Игорю Джеймс, кажется, программист из центрального отдела, — мы можем общаться без переводчика?
— Да, — подтвердил Ольшанский. — Только попрошу вас не спешить.
Понимать американский английский, ещё и произносимый так спешно и громко, было просто разве что для Саши, владевшей языком на высочайшем уровне.
Джеймс кивнул.
— Хорошо, — безо всякой надменности согласился он. — Я постараюсь говорить помедленнее. Скажите, какую методику вы использовали для проработки альтернативных дизайнов. Я не вижу здесь такое количество паттернов, что удовлетворило бы наши запросы.
— Мы не компоновали всё вместе, — ответил Игорь, — и не делали полноценную сборку. Тут прописана математика, которая позволяет, взаимодействуя с пользователем и считывая его контекстные вызовы функций, подсчитывать всё автоматически и выдавать нужный паттерн, собирая его по кусочкам. Обратите внимание вот на эту линию наследования.
Джеймс на мгновение застыл, словно раздумывая над чем-то, и почесал затылок. В его взгляде мелькнуло что-то подозрительное.
— Скажите, Игорь, а где вы учились?
— В местном политехническом университете.
— И вы изучали подобные методики?
— Нет, — удивлённо ответил Ольшанский.
— Тогда откуда вы взяли эту математику?
Игорь кашлянул, пытаясь вникнуть в суть вопроса.
— Это наша разработка, — ответил он. — Изучал заграничные статьи, материалы, на их основе достаточно легко было спроектировать этот вариант. Если вы беспокоитесь об авторских правах на этот алгоритм, то…
Но Джеймс только жестом попросил его замолчать и вновь склонился над кодом. Казалось, прошло минут двадцать, прежде чем он оторвал взгляд от математического блока и обратился к своему начальнику, мистеру Лэвису, явно ничего не понимавшему в программировании.
В такой спешной английской речи Игорь не был в силах понять ровным
Ольшанский сначала забеспокоился, что что-то пошло не так, и в его работе коллеги нашли что-нибудь непозволительное, но потом решил, что волнение точно ничем ему в жизни не поможет.
Джеймс же закончил разговор и ободряюще улыбнулся.
— Потрясающая работа, — отметил он. — Вы довольно молоды для такого результата. У нас на такие алгоритмы тратят намного больше времени. Вы работали в одиночестве?
— Только первоначальная идея. Дальнейшую разработку мы проводили вместе с коллегами.
Тем временем мистер Лэвис поднялся со своего места, взглянул на Регину и промолвил:
— Полагаю, нам с вами нужно пообщаться наедине.
Разумовская вздрогнула, метнула в Игоря предупредительный злой взгляд, словно намекала, что если услышит что-то, что её не устраивает, то точно уволит без выходного пособия, и поднялась.
— Конечно. Пойдёмте, мистер Лэвис, — с трудом выдавила из себя она. — Я найду место, где нам никто не помешает.
29
4 апреля 2018 года
Среда
Следующим утром заказчики в офис не приехали, прибыла только Регина, и буквально с порога вызвала его к себе. Игорь, признаться, не понимал, что могло вызвать такой интерес с её стороны, но знал, что отказаться не имеет права.
Его провожали несколько тоскливыми взглядами. Некоторые, казалось, ждали, что Регина устроит закрытую казнь в кабинете, особенно Пётр, страшно боявшийся начальства и вжимающийся в угол при виде Разумовской.
Но Регина выглядела очень довольной. Игорь понятия не имел, что именно так её обрадовало, но удивился одному только предложенному стулу.
Никогда прежде она не избегала возможности усадить сотрудника, даже самого хорошего, на "стажёрское" неудобное место, но на этот раз весьма чётко указала на другой стул, предназначенный обычно для заказчиков.
— Я не думала, — начала она, — что скажу это после всех тех конфликтов, которые у нас произошли, но заказчики в восторге от твоей работы.
— Очень приятно это слышать.
Разумовская хмыкнула. Она остановилась у Игоря за спиной, и Ольшанский почувствовал, как женщина сжала спинку его стула, словно пыталась превратить пластик в пыль.
— Да, мне тоже вчера было очень приятно, — подтвердила она. — я не думала, что услышу подобные слова от таких важных людей. Но мистер Лэвис сказал, что Джеймс просто в восторге от того, что увидел. Он что-то там твердил об уникальном алгоритме, но я не вникала… — ещё бы — Разумовская ведь давно уже ничего не понимала в современных технологиях на уровне, необходимом для руководителя фирмы. — Что ж, я должна поздравить и тебя… Выпей воды, — она силком впихнула Игорю в руку стакан. — Ты едешь в Америку.