777
Шрифт:
– Левое подполье, правое подполье… что вы несете? – пробормотал Муров, делая Павлу знаки, что им пора идти.
– Вам удалось там побывать? Вы оттуда узнали о самолете?
Амурдинов окончательно развеселился. Он допил водку и схватил Лару под локоть:
– Танцевать! Я хочу танцевать!
Но Алексей тут же оттолкнул его в сторону, и Тагиф неожиданно сам для себя рухнул на пол.
– Толку от него ноль, – процедил Муров, ведя Лару к выходу из кафе.
– Ну отчего же, – расплатившись, догнал их Павел. – Этот шут гороховый
– Я попробую пробить старые связи Тимура, если вам так уж надо туда попасть, – пожала плечами Лара.
Джинсы в угол,
В сердце дрожь –
Перепутала.
Время кукол,
Та же ложь,
Миновало.
Рассмеялся
Мне в лицо,
Время в ступоре.
Но остался
Мендельсон.
Что ж, бывает.
И рассмеялась.
– Алексей, не забудьте на генеральный прогон завтра! – послышался сзади крик Амурдинова, и Муров поморщился.
4
Тимур обеспокоенно смотрел на сжавшегося в комок Ветрова.
– Ему бы врача, он же кровью истечет… – пробормотал Тимур. – Хотя бы пулю вынуть и плечо перевязать. У пассажиров наверняка есть антибиотики! Николай, ведь ваш напарник погибнет, а вы пойдете под трибунал за такое!
– Ты умеешь все это делать, умник? Тогда вперед. Но наручники с тебя я не сниму, так и знай.
Тимур толкнул в бок Андрея и попросил его поискать у пассажиров лекарства – антибиотики, перекись или хлоргексидин, бинты, чистые салфетки и бутилированную воду, а сам подошел к Ветрову и одним легким движением разорвал рубашку на окровавленном плече.
– Так и есть, пуля застряла. Этого я и боялся. Мне ее не вынуть, я не хирург да и вообще не врач.
– Чего тогда вообще лезешь? – лицо Николая искривилось в насмешке.
– Я военный и первую помощь оказать смогу, но не уверен, что он протянет пять часов. Самолет надо сажать, пока топливо не закончилось. Джин! – он потряс за плечо снова отключившегося корейца.
– Что такое? – на английском отозвался Ли, и Тимур устало закатил глаза.
– Помогите мне, Ли. Зажмите рану, кровь никак не останавливается…
– Кто его так? – обеспокоенно спросил Ли.
– Позже расскажу.
Через несколько минут подоспел Комаров со всеми найденными на борту медикаментами, а потом достал из-за пояса нож
– Полей водкой, накали и вскрой. Не знаю, когда мы сможем договориться с Джином и где сядем. Если его напарник сошел с ума, то мы-то по крайней мере не можем смотреть на все это равнодушно.
– Никогда не приходилось ковыряться в ранах, – пробормотал Тимур, неохотно беря нож.
– И я слышу это от спецназовца? Твоя Лара была бы сильно удивлена, если бы увидела тебя сейчас таким. Она поди была бы уверена, что ты без малейших сомнений сделаешь это, – и Андрей ободряюще похлопал того по плечу.
Тимур шумно выдохнул и вылил половину бутылочки водки из бизнес-класса на лезвие, оставшуюся часть – себе в горло. Затем поднес к ножу зажигалку, прокалил его и наклонился над все еще кровоточащей раной.
– Кровь никак не останавливается. Похоже, задета артерия, и надо все это зашивать. Во что же мы вляпались-то…
– А я тут и набор для кройки и шитья у одной дамочки уволок, – хитро подмигнул Комаров. – Достанешь пулю – шитьем займусь я сам. Я знатно штопаю джинсы, уж, наверное, справлюсь с такой крошечной дырочкой.
Тимур сунул в рот Ветрову тряпку, собранную в тугой комок, и наклонился над раной, из которой продолжала хлестать кровь. На секунду он обернулся к Андрею, тот ободряюще кивнул, прикрывая глаза, и достал из набора иголку, выбирая нитку покрепче. Тимур лукавил: когда-то давно ему уже не раз приходилось копошиться в чужих ранах – выуживать из них не только пули, но и осколки снарядов и даже ошметки костей. Он вполне освоил профессию полевого хирурга – как и любой другой из его однополчан – но в мирное время с ужасом вспоминал обо всем этом. Нож вошел глубоко, и Ветров закричал, выплевывая тряпку. Кажется, Андрей засунул ему в рот что-то основательнее, потому что тот сразу заткнулся и лишь беспорядочно дергался и мычал.
– Будешь дергаться, он располосует тебе всю руку до локтя, – и Комаров надавил полицейскому на грудь, прижимая его к креслу.
Пуля засела в мышце, и Тимур внутренне вздохнул с облегчением, что не в кости, что значительно усложнило бы его задачу. Его руки предательски дрожали, но извлек пулю он достаточно быстро и со злостью швырнул ее на пол.
– Говоришь, никогда такого не проделывал? – усмехнулся Комаров и протянул ему иглу. – Я ее уже обеззаразил, можешь зашивать.
– Но ты…
– Товарищ хирург, мне до вашего мастерства далеко, мне все это знакомо только в теории. Так что, не будем рисковать жизнью этого пусть и неприятного человека.
Через полчаса все было кончено, и Андрей протянул Тимуру еще одну бутылочку с водкой:
– Заслужил. И иди поспи хоть немного, а я попробую нащупать Джина. Эти ублюдки правы – самолет надо сажать уже сейчас, не дожидаясь, когда кончится топливо.
Тимур отключился практически сразу, как его голова коснулась спинки кресла, и Андрей наклонился к Ли: