90-е
Шрифт:
Я поморщился и решил потерпеть — ему можно. А еще настал тот самый момент, когда дающий становится просящим. Достав из рюкзака (ручная кладь) книжку с шутками комик-дуэта "Два бита", где в 70-х выступал режиссер, протянул Китано.
— Подпиши!
— Хо, и где ты откопал эту рухлядь?! — С улыбкой спросил Такеши и подписал, — И как тебе наши убогие шутки?
— Нашел несколько прикольных цуккоми, — Пожал плечами я и убрал ценный раритет обратно.
— Наши с Дзиро-саном номера имели некоторый успех. Было весело! — Улыбнулся
Я тоже машина юмора!
— Имено тогда я понял, насколько публика привыкла к традиционным сюжетам, избитым клише и предсказуемым развязкам, — Неожиданно вывел он мораль из своих воспоминаний.
— И пошел умирать в фильмах? — Предполжил я.
— Не, это было уже сильно позже! — Отмахнулся он.
Какое-то время посмотрели на красиво освещенные солнцем облака под нами, Такеши заскучал и предложил:
— Давай сыграем!
— Давай! — Охотно согласился тоже заскучавший я.
Такеши попросил у стюардессы два пластиковых стаканчика. Никак не показав удивления, она сходила в эконом-класс и принесла посуду оттуда. Режиссер закурил еще одну сигарету и достал из кармана игральный кубик.
— Если я выиграю, ты пристроишь мою передачу в телевизор! TBS отказалась продлевать контракт, несмотря на отличные рейтинги!
— Это "Замок"? Я думал тебе просто надоело. Сколько там эпизодов? Сто?
— Сто сорок.
— Жуть! Я бы сломался на двадцатом.
— До меня мало кто добирался, поэтому особо работать не приходилось! — Отшутился он, — TBS жадные, а с деньгами "Хонды" я могу воплотить пару задумок, сделав шоу еще лучше.
— Хочешь снова быть графом Такеши? — Хохотнул я.
— А кто бы не хотел быть графом? — Хохотул он в ответ.
— А если выиграю я?
— Проси что хочешь! — Щедро предложил Китано.
А мне ничего не надо! И свое, и мое кино он снимет и так. Пофигу, что-нибудь придумаю.
— Согласен.
Он закинул кубик в стаканчик, встряхнул и поставил его на столик вверх дном:
— Чет-нечет? — Покосившись на стаканчик, спросил Такеши.
Фыркнув (кого обмануть хочешь? Я вообще-то все твои фильмы смотрел!), резко протянул руку и вырвал из пальцев зазевавшегося Такеши стаканчик. Указав на прожженную сигаретой дыру, позволявшую хитрому режиссеру увидеть кубик, спросил:
— Это тебя в Синдзюку [злачный район Токио, где Китано работал барменом] научили так вести дела?
Такеши без малейшего смущения хохотнул и развел руками.
— Передачу я бы и сам с радостью посмотрел, но как же фильмы?
— А что фильмы? Один выпуск в неделю не сильно меня загрузит, — Пожал он плечами.
— А почему ты сам не попросил Ито-сана?
— А ты видел это отношение? — Обиженно спросил режиссер, — Отчитал меня как школьника!
— А я уже привык! — Улыбнулся я.
— Ты и есть
— Отличное цуккоми, "Бит Такеши"! — Оценил я.
— На троечку! — Улыбнулся он.
— Хорошо, попрошу.
— Тебе он не откажет, — Заметил очевидное Такеши.
— «Хонда» меня очень любит! — Покивал я.
— Пф, не обольщайся! — Фыркнул Китано, ткнув в мою сторону огоньком сигареты — для солидности, — В их глазах ты всего лишь корпоративный архив! Они «тебя любят», — Изобразил он кавычки, вложив бычок в рот, — Только пока ты на коне!
— Да, я знаю, — Кивнул я, — Придется и дальше оправдывать ожидания больших дядек! — Беспечно улыбнулся.
— Я мог бы снять одну из твоих комедий! — Внезапно сменил он тему, — Мне понравилась та, про двух невероятно тупых гайдзинов!
— Зачем тебе? Это же субпродукт на экспорт. А ты — самобытен, Такеши-сенсей. Снимай свое, хочешь — здесь, хочешь — прямо в Голливуде!
Такеши вздохнул.
— Бюджетов хочется? — Понимающе спросил я.
Китано грустно кивнул.
— Хватит давить на детскую жалость! — Не повелся я.
— Мне понравилось снимать такое кино! — Перестал притворяться режиссер.
— Ты к индусам как относишься? — Спросил я.
— Как к колонизированным дикарям, — Пожал плечами Такеши, — Но если надо, сниму и про индусов. Только песни сам пиши! — Хохотнул он, — А вот станцевать я могу!
Под моим удивленным взглядом Такеши встал с кресла и попытался отстучать на ковре прохода чечетку.
— Мистер Китано, простите, не могли бы вы перестать? Это небезопасно! — Попросила его стюардесса-гайдзинка. Он извинился и сел на место.
— Не понадобится, в песнях и плясках соревноваться с аборигенами все равно не сможем, поэтому кино будет серьезное, — Изрядно развеселившийся от чечеточника-Китано, улыбнулся я, — Про восстание Сипаев.
— Батальные сцены, да? — Оживился Такеши.
— В том числе!
Не откладывая, оставил не голодного, но снова закурившего режиссера тупить в иллюминатор, и отправился в ресторан, где заказал лосиный сыр с белой икрой и говядину Кобе, после чего изложил проблему (это о передаче — про фильм с индусами пока говорить рано) мужикам. Они грустно вздохнули и согласились попробовать — но только из уважения ко мне! Дополнительно Ито-сан многозначительно пожаловался:
— Каналу не хватает подростковой дорамы!
Как бы условие, но как бы и нет. А я что — я не против:
— Три девушки-волшебницы борются со злом и держат семейное кафе!
— Я не знаю, что любят подростки, так что оставляю это на тебя, Иоши-кун! — Легкомысленно отмахнулся глава фонда.
***
И снова здравствуй, Индия! Не хочешь меня отпускать, да? Я этому очень рад, но увы, я не твой попаданец. И слава богу — даже не хочу представлять, на что похоже родиться неприкасаемым и не иметь возможности есть лепешки три раза в день.